Сожги рисунок

Глава 11

Предательство и объяснение

Темно. Темней. Ещё темней.

И сколько слёз уже не лей,

Всё будет бесполезно.

Доверчива была к судьбе,

И зря, поверить можешь мне,

Ведь жизнь была прелестна.

— К-кто ты?.. — Тихо переспросила девочка в третий раз, надеясь, что она ослышалась. Британи и сама не заметила, как перешла на «ты» с незнакомым человеком, хотя возможно он всегда был к ней ближе, чем она могла бы подумать. — Я Ричард. Твой дядя по папиной линии и отец этого растяпы, в которого ты кажется влюбилась. Вот это сюрприз, правда? — Открыто насмехался он над ней, состроив иронично-мирную гримасу. Но заметив только большее смятение на лице родственницы, удивлённо изогнул бровь: — Тебе никогда обо мне не говорили? Печально, весьма печально. — Проговорил он как обиженный ребёнок, не получивший желаемое. Если бы не обстоятельства, то можно было бы подумать, что Ричард работает актёром в каком-нибудь зарубежном кино. Британи поняла, что нужно немного потянуть время и возможно что-то случится. Она не знает, что с ней хотят сделать, но почти уверена, что нужно будет сжечь для них пару рисунков (например с деньгами, машинами или другой ценностью), и тогда её отпустят. Пока надо лишь растянуть время… — Но я правда о вас никогда не слышала, зачем же от меня скрывали родного мм… Вас? — Она не хотела заканчивать вопрос словом «дядя». — Не волнуйся, всё, что надо я сейчас объясню. Максим, завяжите ей рот. Не хочу, чтобы она мешала мне своими разговорами… или криками. Британи насторожилась. Заговаривать Ричарду зубы или кричать, прося о помощи с кляпом во рту было невозможно. — Начнём с того, что я с твоим отцом родные братья, но тебе об этом не сообщили. Я думаю моя «семья» стёрла меня из своего генеалогического древа после того, как узнали, что у меня проблемы с законом. Даже мой родной брат не соизволил меня упоминать при дочери! Ну ладно, и где же твой отец сейчас? Где-то там, — Ричард указал пальцем в потолок, — а виной стала его собственная невнимательность. Кстати, говоря, про семейные узы. Мы тут совсем забыли про Даню. Получается он тебе двоюродный брат, хоть и приёмный. И именно благодаря ему ты здесь. Всё было подстроено, заранее спланировано и осуществлено. Эй Даня, зайди сюда, посмотри на сестричку. Британи невольно издала глухой стон. Понимать, что человек, к которому ты питаешь любовные чувства оказался предателем, понимать, что всё его хорошее отношений к девочке было обычной постановкой, было очень трудно для Британи, у которой друзей до этого момента никогда не было. В комнату вошёл Даня, отец знаком велел, чтобы сын подошёл к нему и парень выполнил «приказ». Повисла гробовая тишина. Может зрение обманывало девочку, но ей показалось, что Даня выглядел иначе: и без того бледная кожа стала ещё более серой, скулы ещё больше выделялись, алые губы помертвели, а волосы потеряли пышность. Голова была опущена и из-под полуоткрытых век призрачные глаза смотрели в пол. Лицо не выражало никаких эмоций, кроме опустошённости. Он наверняка не просто так смотрел вниз, он, скорее всего, не хотел поднимать глаз на девочку. Кажется, это заметил и Ричард. Он положил руку сыну на плечо и что-то прошептал на ухо, но Британи не могла услышать ни слова из сказанного. На самом же деле, отец Дани сказал: «Подними глаза. Ты не должен робеть перед своей собственной жертвой. Что тогда из тебя получится в будущем». Но Даня так его и не послушался, и тогда Ричард с силой сжал ему плечо, что даже от девочки не укрылась боль и безысходность в глазах бывшего друга. Он наконец поднял голову. Взгляды встретились. Британи до сих пор не могла поверить, что он способен на такое, но в тоже время она его ненавидела за то, что эмоции, которые Даня показывал ей, были поставными. Парень же смотрел… с сожалением? Или ей опять показалось? Но как только Ричард отвернулся, чтобы сказать что-то охраннику, Даня одними губами произнёс «прости» и ещё пару секунд посмотрев на девочку, вышел из комнаты. Заметив его отсутствие, Ричард глубоко вздохнул и продолжил свой рассказ: — А теперь приступим к самому интересному — зачем же ты здесь? У тебя есть необычный дар, который ты унаследовала. В нашей семье иногда появлялись люди, которые имели такой же дар, как и ты. Но они встречались очень редко, а последнее столетие вообще не подарило нам вестей об «особенных». До НАС, конечно. Я обнаружил свой дар относительно недавно, лишь пару месяцев назад, но мой талант сильно отличался от твоего. Так как в то время я был единственным носителем этой особенности в мире, знавшем о ней, моя сила была намного лучше, масштабнее и могущественнее. Я мог сам рисовать то, что мне нужно и сжигать это. К сожалению, в определённом лимите, мне до сих пор неизвестном. Я мог делать что захочу. Я мог стать самым богатым человеком, стать президентом, а может даже мир захватить, если бы конечно не этот странный волшебный лимит не позволяющий мне, например получить столько денег или машин, сколько я нарисовал. Поэтому я разработал план и всё что мне нужно было — время. Но вдруг, погнавшись за азартом, в надежде преумножить свои владения я проиграл в казино буквально всё моё состояние. Я уже собрался снова рисовать, как понял, что моя сила не действует, ведь нарисованные мной вещи не оживают, в отличие от моих детских рисунков, которые видимо имеют большую силу. Тогда я потратил ещё много времени на поиск этой книги. — Ричард постучал пальцем по обложке той самой книги, которая и привела девочку сюда. — В ней я и нашёл ответ. Оказалось, что магия ослабевает, когда в это же время существует ещё хранитель, который тоже пользуется своим даром. После долгих поисков моих родственников, я нашёл тебя. Продолжение той истории, моя дорогая племянница, ты знаешь сама. Но вот её конец пока для тебя неизвестен, чего не скажешь конечно обо мне. Я знаю конец твоей истории и намерен огласить его. –Он остановился и посмотрел куда-то сквозь девочку, выдерживая драматическую паузу, как в кино. –Для того, чтобы моя способность полностью вернулась ко мне, я должен своими руками убить другого носителя дара. Снова повисла тишина. У Британи, которая всё это время пыталась стоять спокойно и ничем не выдавать свой страх, в глазах потемнело и коленки подкосились. Нет. Этого не может быть. Это шутка. Это розыгрыш. Это сон! НЕТ! Такого не может произойти! Но серьёзное лицо «дядюшки» убеждало в обратном… Девочка попыталась закричать, но послышался лишь приглушённый протяжный стон. Она упала на колени и, склонив голову, продолжала кричать, пока стон не перешёл на хриплые звуки. Из глаз полились слёзы, одна за другой падая на холодный бетон. Тысячи мыслей проносились друг за другом. Бесполезные варианты побега… цели в жизни… воспоминания… неосуществлённые мечты… лица родных и близких… планы на будущее… ошибки прошлого… Всё это быстрым вихрем пронеслось у девочки в голове. Какое-то время, Британи думала, что уже сошла с ума, но вдруг вихрь стих. Вновь тишина. Она больше ничего не чувствует. Или это показалось? Она скоро умрёт. Ну и ладно. Зачем расстраиваться, если другого варианта нет?.. Внезапная равнодушность нахлынула на девочку, она уже ничего не могла поделать. Британи подняла голову и осмотрелась. Ричард разговаривал с кем-то из охраны, но заметив, что девочка успокоилась, знаком приказал ему отойти. Странные эмоции бурлили в голове, но лицо Британи выражало лишь грусть. Беззвучные слёзы ручейком катились по розовым щекам. — Теперь мне нужно убедиться в твоём даре. Я хочу своими глазами увидеть, как рисунок, сожжённый тобой оживает. — Ричард взял рюкзак Дани и вытащил из него рисунки, принадлежащие девочке. (теперь понятно, почему Даня «забыл рюкзак» у неё в комнате). — Ты можешь выбрать любой, только живее. Девочке развязали руки и грубо толкнули к столу с рисунками. Британи уже схватила первый попавшийся (кажется с изображением подушки), но тут на глаза ей попалась красивая чёрная кошка. Лучше, уж если она умирает, то подарит жизнь другому существу. Ей дали спичку и она подожгла последний в своей жизни рисунок. Через минуту в комнату зашла кошка, что не удивляло уже ни Ричарда, ни Британи. Пушистая, с гладкой чёрной шерстью и карамельно-медовыми глазами, она грациозной походкой направлялась к девочке. Остановившись у самых её ног, кошка вопросительно посмотрела на «создательницу». Британи присела и погладила животное. Потом она наклонилась к ней и обняла, еле заметно прошептав «Ну всё, прощай. Теперь уходи отсюда». Кошка, как будто поняв девочку, тихо мяукнула и скрылась за дверным проёмом. «Может, когда я умру, я вселюсь в эту кошку и буду жить спокойной жизнью…» — начала размышлять девочка, но опомнилась, решив что странно думать про реинкарнацию в одного определённого животного, когда их миллионы, но в её положении, наверное, можно было бы думать о чём угодно. — Мда, мило. — Ухмыльнулся дядя, всё это время наблюдавший за девочкой. — А теперь давай к делу. Я заметил среди твоих рисунков один очень необычный. Удивлён, что маленькая девочка нарисовала такое, но это лишь сыграет мне на руку. Я думаю, что будет символично, если ты умрёшь от собственного творения? Ричард вытащил из стопки один лист с изображением пистолета. Детали были хорошо прорисованы, а внизу была маленькая надпись «заряжен», аккуратно и старательно выведенная детской ручкой. «Зачем же мне нужен был такой рисунок. Хотя, я кажется начинаю припоминать, но… Если это так, то это может спасти мне жизнь!»… Тем временем рисунок пистолета уже горел ярким пламенем в руках дяди…