Эта жизнь меня ненавидит...

      Что же происходит между этими двумя? Наверное, неправильно быть уверенным в том, что они друг друга ненавидят. Да, безусловно, они думают об этом, Антон даже говорит напрямую, но вся эта химия не может быть просто ненавистью. Это... Это что-то большее. Это что-то светлее и лучше. Но сколько же скелетов в шкафу у этих двух... Многое они друг от друга скрывают, но их причины на это были похожи: "не подпускать к себе слишком близко" и "не омрачать его мир своей жизнью".       Какими бы разными они не были, они все равно похожи. Антон вспыльчивый, Арс тоже, но они оба по разному реагируют на это. Если мальчишка говорит прямо и эмоционально, то Попов (это пока что не касается этого мальчика) строго, серьёзно и с каменным лицом. Эмоциональный подросток-школьник и строгий учитель русского и литературы. Это странно, как они могут вообще дружить? Разве только в школе и говорить исключительно о учёбе, но нет же, эти люди тянутся друг к другу.       С мыслями подобного характера проснулся шатен, замечая, что рядом никого. Ранее, уже осеннее утро. Прохладный воздух всё пытался пробраться под одеяло юноши, но тот слишком сильно укутался. Крики ворон и шелест деревьев. Всё это так хорошо.. Только не хватало одной детали для того, чтобы это утро стало идеальным: тепла прижимающегося крепкого тела, рядом с которым можно было чувствовать себя под защитой. Куда делся Попов?       Мальчик лениво открыл глаза, приподнимаясь на локтях и осматривая комнату. Никого нет. Антон потянулся к телефону и, посмотрев на время, понял, насколько рано он проснулся и насколько рано куда-то ушёл этот брюнет. Шесть утра. Как же рано! Можно было снова лечь спать, но уже не хотелось.       Укутавшись в толстое одеяло и надев тапочки, которые стояли рядом с кроватью, Шаст отправился в разведку. Может, ему вообще померещилось, что было сегодня ночью, и учитель спал на диване? Как некрасиво ложиться на кровать хозяина квартиры, а его выгонять на диван. Стало неловко. В мыслях, парень заходит в гостиную, но там было пусто. На кухне тоже никого. Туалет, ванная - всё чисто, никого не было дома. Ладно, Попов, надеюсь ты хоть вернёшься, ибо мне бы в школу сегодня пойти, меня Шеминов убьёт, если я не прийду на историю.       Подросток всё так же лениво прошел в ванную. Посмотрев на себя в зеркало, он понял, насколько был сейчас похож на кокон гусеницы, из которого вот-вот должна была вылететь бабочка, но лишь лениво вылез Шастун. Разочарование. Ну, пора бы этой "бабочке" умыться и сходить в душ.       Гель для душа с солёной карамелью и клубничный шампунь, видимо, ещё не тронутый. Много разных интересных гелей и шампуней: этот мужчина, наверное, любит разнообразие запахов. Да, захотелось использовать именно нетронутый шампунь. Нет, ну а что? Попов сам позвал его к себе. Знал же, что мальчик сходит в душ и ничего не прятал, так что, как говорится, буква Ю – похуЮ.       На крючке висело бледно-голубое полотенце, к которому и потянулся Антон, держась за дверцу душа, чтобы не упасть.       Выйдя лишь в одном полотенце, завязанном чуть ниже пупка, парень заметил мужчину. У Арса было немного сбито дыхание, он был в спортивной одежде, которая идеально облегала красивое тело. Антон, даже не закрыв дверь в ванную комнату, стоя в проходе, замер, внимательно разглядывая мужчину. Опять эта хуйня, опять он залип, ну падок Антон на красоту, ну что поделать?       Арсений, в свою очередь, взаимно залип на мальчика, стоявшего лишь в полотенце. Его худое тело выглядело нездоровым, даже при плохом освещении учитель заметил какие-то непонятные отметены на теле. — Антон, а это что такое?.. — вопросил мужчина, уже подходя в плотную и аккуратно держа руку школьника, разглядывая шрамы. На рёбрах и ключице тоже красовались розовые линии. — А? — шатен не сразу отлип взглядом от россыпи родинок на теле учителя. Он посмотрел на место прикосновений и понял, на что обратил внимание мужчина. — Ничего!.. — быстро ответил юноша, резко выдёргивая руку, но мужчина сделал хватку крепче, все так же не отпуская руку мальчика, яро рассматривая шрамы, будто ничего не случилось, и мальчик даже не пытался выдернуть руку. — Антон, мне повторить свой вопрос? — уже строже сказал мужчина, поднимая леденящий кровь взгляд. Антон уже чувствовал панику, потому что по этому взгляду было не ясно, что будет, если мальчик ответит. Его ударят? Изнасилуют? Или же наоборот, пожалеют? По головке погладят? Вряд ли... — Я жду ответа, Шастун. — немного громче, но всё так же строго добавил препод. Стало не по себе. Он всегда старается угодить мальчику, всегда такой хорошенький, но сейчас в его глазах блестели искры ярости, и хрен знает, на Антона, или нет. — Порезы... Арс, отпусти меня! Мне больно! — заскулил мальчик, но мужчина все так же продолжал рассматривать это всё. Он смотрел на рёбра, руки и ключицы так, будто вообще впервые в жизни увидел тело. — Я понял, что порезы, откуда? — уже немного мягче, но все так же строго спросил голубоглазый. Антон растерялся. Хер знает, что отвечать на такие вопросы. Не может же он сейчас этому мужчине как на духу рассказать всю свою жизнь от начала и до конца. — Арс, ты не знаешь моей ситуации, отпусти уже! — снова скулит мальчик, уже более яро. — Ты прав, не знаю, — щн резко отпустил руку школьника и пусто смотрел перед собой, он был зол, это было видно, — я не буду к тебе лезть, живи дальше со своими переживаниями наедине, но как захочешь, можешь высказаться мне,— не отворачивая взгляд от пустого места, как робот сказал мужчина, — но знай, — господи, когда же это всё закончится? Школьник до жути напуган действиями мужчины, он не знал куда себя деть, — мне ужасно не нравится это, и я очень разочарован и зол, — нет, ну а что скрывать? Правда же, пусть парень знает, что это расстраивает и злит мужчину. — Окей, Арс.. — тихо произнёс мальчик.       Мужчина вошёл в свою комнату, из шкафа достал сухое полотенце и прошел в душ, оставляя подростка наедине со своими мыслями. Что это было? Почему ему не похуй на это? Ему должно быть безразлично, что я с собой делаю и почему, это не его дело, я не хочу омрачать его внутренний мир своими проблемами, но и у него, я уверен, есть, что скрывать. Он точно что-то скрывает за этой "заботой" и желанием угодить, сотку даю. А кому даю? Самому себе, похуй.       Каждый раз, закрывая глаза, мужчина теперь видел лишь тонкие, но в бывшем глубокие полосы на бледной коже. Это злило всё больше и больше. Он пытается покончить с собой? Не ясно. Но он намеренно приносит себе увечия и это уже звоночек о том, что всё далеко не хорошо. И как же помочь этому бедному парню? Что для него сделать, чтобы он перестал так себя калечить?

***

      На завтрак был вчерашний ужин. Арс не хотел готовить, ибо настроения не было. Мужчина лишь с интересом рассматривал мальчика, пытаясь понять причину его действий. Антону было не по себе от такого внимания, хотелось побыстрее провалиться под землю, лишь бы не быть под таким давящим взглядом. Это сложно. — Эх, Антон-Антон, — начал мужчина. Мальчик аж вздрогнул от неожиданности, — что же ты с собой делаешь-то, а? — интересуется голубоглазый, уже немного успокоившись. Мальчишка лишь вскинул бровь, взглядом ожидая объяснений. — Ладно, не обращай внимания, надеюсь, ты таким больше не балуешься, — Арсений Сергеевич с надеждой смотрел на юношу, тот в свою очередь, лишь пожал плечами. Брюнет с жалостью смотрел на мальчика. Хотелось просто прижать его к себе и согреть своим теплом и любовью. Так, стоп. Любовью? А чё это Арсению своего ученика согревать любовью? Что за бред? С ума сошел уже, Арс, конкретн, — кушай-кушай, я пока пойду оденусь. Если кухня снова будет убрана, заранее спасибо, моя домохозяюшка,— Арс кое-как сдерживая свою улыбку, послал воздушный поцелуй. — Ой, да иди ты, Арс! — раздражённо вскрикнул шатен уходящей фигуре. Спустя секунду, послышался самодовольный короткий смех. Многие люди готовы отдать всё ради такого уютного утра. Тёплый свет солнца, заливающий всю кухню. Приятный тёплый душ. Красивая квартира. Вкусный завтрак. А рядом любимый человек.. А у меня это утро настало...       Так, я только что в своей голове назвал Арса любимым человеком? Что за бред? Почему?.. Безусловно, Арсению хочется доверять, но вот подпускать к себе слишком близко... Это как с гитарой: он ведь не будет просто стоять и смотреть на струны, он будет играть, и возможно заденет какую-то струну так грубо, что она порвётся. Этого допускать не хотелось, но и на его струнах хотелось играть аккуратно, чтобы не задеть случайно не ту струну, чтобы не портить мелодию...       Вот это ты философ, Шастун, я тебе удивляюсь. Пиздец. Такое придумать, это ещё надо уметь. Струны, люди, Арс, Господи, уже понятия не имею о чём думал. Не путаться в своих мыслях? Такое бывает вообще? Кажется, люди, у которых всё в порядке с головой – вообще святые.       Антон просто думал, насколько же мало они ещё знакомы с Арсением, и насколько быстро всё происходит. Хотелось снова оказаться в его крепких объятиях. Ощущать тепло его тела. Чувствовать себя под защитой... — А губозакаточную машину ты не хочешь? — подумал парень, отвечая на свои же мысли.       Когда в тарелке оставались лишь небольшие следы от томатной пасты, юноша лениво встал из-за стола, положил в раковину посуду и, тяжело вздохнув, начал мыть. Шатен протёр стол. Нет, ну вроде чисто, я вчера нормально тут убрал.       Мальчик направился в комнату, совсем забыв о том, что там Арс. Мужчина стоял в одних боксерах и уже держал в руках чёрные брюки. Шаст залип. Красивое тело. Россыпь родинок. Отличный мужчина, выглядит сногшибательно. — Я конечно не стесняюсь своего тела, — начал учитель, вырывая парня из своих мыслей, — но так неловко, когда ты в упор пялишься, даже не моргая... — Антону стало до жути неловко, брюнет смеялся. Подросток покраснел, уши горели ярким пламенем, а в горле пересохло. Что с тобой, Антон? Какого хуя ты так смотрел на него? Нет, он тебе не нравится..(а так ли это?..). Как же неловко, Господи, за что?.. Будь ты проклят, падкий на красоту Шастун!.. Зачем так пялиться??!?! Как я теперь ему в глаза буду смотреть?.. В его тёплый океан с бликами от яркого солнца... ой бляяять... Ты когда-нибуть успокоишься, Шаст, блять?!?!?       Пока школьник сидел в гостиной на диване и думал, Арсений успел одеться и уже вышел из комнаты. Юноша заметил, что учитель стоял в проходе в комнату и, скрестив руки на груди, с насмешкой смотрел на мальчика. Но Антон не поднимал взгляд. Он смотрел в пол, замечая, как препод начал приближаться. — Та успокойся ты, и не такое было, — улыбался брюнет, присаживаясь рядом с мальчиком на диване, но Антон его игнорировал, всё так же летая где-то в мыслях, в воспоминаниях о ситуации минутой-двумя ранее.. Арс присел на ноги напротив мальчика, слегка коснулся подбородка юноши и приподнял его лицо, приказывая смотреть прямо в глаза, — ну ты чего? Все нормально. Думаешь, я не знал, что такое может случиться, если я зову тебя к себе? — снова эта улыбка, только немного другая... Какая-то она хитрая, но она резко сменилась на искреннюю (Как он это делает? Чёртов Попов). — Я... Ам... Извини, случайно вышло... — ответил юноша. — Ага, случайно, охотно верю, — с насмешкой не поверил мальчику Попов. — Эй, я просто падок на красоту, ничего более, — игриво ответил мальчишка, шутя. — Оу, спасибо за комплимент, — хитро сказал мужчина, вставая на ноги. — А.. Э-э.. Ты не так понял!.. — Антон засмущался. Он не знал, что на это отвечать. — Та ладно тебе, ты тоже симпотяжка, — добавил Арс и скрылся за стеной. Он назвал меня симпотяжкой? Что? Мир сломался? Или у меня шизофрения? Ладно, я уже ничему не удивляюсь, ну вот просто не вижу смысла, вообще. — Ты ещё не готов? — заглянул в комнату Арсений Сергеевич. — Давай, быстренько собирайся, тебе ещё домой зайти, чтобы книги в школу взять, — добавил мужчина.       Антон лениво встал с кровати, прошел мимо Арса, а тот в свою очередь, поторапливая школьника, легонько хлопнул его по пятой точке. Шастун от неожиданности аж подпрыгнул, но ускорился. В какой-то момент он поворачивается и вопросительно смотрит на учителя. — Я сказал, чтобы ты быстренько собирался, Шастун, — немного строже, пытаясь скрыть улыбку (ничего не вышло), сказал Попов. — Арсений Сергеевич, что это, мать вашу, только что было? — надевая свои штаны решает спросить юноша, не поднимая взгляд на Арса. Было неловко. — Ты о чём? — вопрошает мужчина. — Ну, аам... Вы мне сказали собираться, а потом... Ну, Э-э-э, пока я шёл в эту комнату.. Ну.. — мальчику стало неловко, он не ожидал такого вопроса от преподавателя. — Понятия не имею о чём ты, — мужчина театрально мечтательно закатил глаза, изо всех сил пытаясь скрыть улыбку, которая, к тому же, вообще не пропадала с его лица. — Ага.. Ну хорошо, 1:1 Арсений Сергеевич, — брюнет настолько заразительно улыбался, что это передалось и мальчишке, что уже надевал кольца и браслеты. — Зачем тебе эти украшения? — решает спросить голубоглазый, внимательно рассматривая большое количество колец и браслетов. — Это от отца, да и в принципе, мне с ними комфортно и я чувствую себя увереннее, — будничным тоном ответил парень, хотя на деле – ему хочется плакать. Снова воспоминания про отца. В этом Арсений не виноват, он задал самый обычный, нейтральный вопрос, а Антон его уже ассоциирует с чем-то грустным. — Прости, Антон, — начал мужчина медленно подходя ближе, — не хотел задевать что-то больное... — он был непозволительно близко, он снова был близко настолько, что его горячее дыхание касалось шеи мальчика, — прости, Антон, — повторил он шепотом, и его руки медленно потянулись к подростку, прижимая его к себе. — Ничего страшного.., — ответил мальчик куда-о в ключицу брюнета, — всё н-нормально.. — тихо добавил мальчишка. — Если что, я рядом, все хорошо, — сказал Арс, медленно и нежно поглаживая спину мальчика. Тот, в свою очередь, только сейчас ответил на объятия, прижимаясь к Арсению только сильнее. — Спасибо, — прошептал мальчик.

***

— Антон, ну ты где?! — раздражённо спросил мужчина, уже стоя у входной двери. — Сейчас, секунду! — нервно ответил мальчик, очень спеша. Он смотрел расписание и пытался понять, что ему нужно будет взять дома, а что положить. — Уже иду! — Давай быстрее, солнце, — Мягко сказал мужчина. Антон немного замер в ступоре, не понимая, как его только что назвал учитель и почему. — Что? Попов, что ты только что сказал? — уже надевая свои белые кроссовки, которые, казалось, пережили вторую мировую, вопросил мальчик, искренне не понимая. — Давай быстрее, — сказал будничным тоном мужчина, — давай, Антош, закончили бубнеть, быстренько едем к тебе, потом в школу, — нервно ответил брюнет. — Хм.. Прости, ко мне не получится, у меня мать дома, — саркастично сказал юноша, еле сдерживая улыбку, замечая значок загрузки в глазах препода. — Э-э-э.. — он что, покраснел?.. — Так, Шастун, за такие шутки и выпороть не жалко, — смятение на его лице превратилось в неловкость, прикрываемую агрессией. — За что, Арсений Сергеевич? — проскулил мальчик. — Не нужно меня пороть. — Ладно, не буду, — мужчина немного задумался, мысли были слишком грязными. Он махнул головой в стороны, выбрасывая свои мысли, — всё давай, выходим. — Окей, — Арс пропустил мальчика вперёд, открывая дверь. Шастун прошел вперёд, — тем не менее, 2:1 в мою пользу, Арсений Сергеевич, — с ехидной улыбкой сказал школьник, пока учитель закрывал дверь.       По дороге к дому Антона парни общались на различные темы, всё так же обходя тему жизни мальчика. Доехали довольно быстро, а жаль. Мальчик не хотел заходить домой, вообще. Не хотелось увидеть то, что видел и раньше, даже думать об этом не хотелось. Это ужасно. Что только не происходило у него дома. Это место и домом-то, сложно назвать. Там не ждут, не любят, не замечают, не волнуются и не заботятся. Эту женщину сложно назвать матерью. В её взгляде никогда не было нежности, сочувствия и переживания о сыне, что уже говорить о любви. — Ладно, я пошёл? — спросил мальчик, уже открывая дверь. — Подожди меня, — сказал брюнет, вытаскивая ключ. Он словил на себе вопросительный взгляд, — Антон, после первого сентября ты думал, что я тебя действительно пущу одного? — строго, но одновременно очень заботливо говорит мужчина, закрывая машину. — Не стоит, правда.. — стало стыдно. Они даже не зашли в подъезд, а уже стало стыдно за свою квартиру. За маму... — Нет, Антон, я тебя самого не пущу, даже не спорь, пойдём вместе, не бойся, — успокоил юношу препод. — Ладно.. — тихо сказал мальчик самому себе.        Зайдя в подъезд, они молча поднялись на пятый этаж и всё так же молча вошли в квартиру. Антон первый забежал в комнату, лишь бы побыстрее собраться и выйти из этого чёртового дома. В квартире пахло перегаром, как всегда. Всё те же ободраные обои, грибок, сыплющаяся штукатурка, духота. Мальчишка ожидал, что Арс либо сразу же убежит, либо его глаза полезут на лоб, но нет. Мужчина спокойно прошёл за мальчиком в комнату, осматриваясь. Ужасно хотелось провалиться под землю. Арсений. Видел. Квартиру. Антона. Блять, это представить сложно, что уже говорит о том, что это случилось? — Милая комната, — нарушил тишину старший, присаживаясь на диван. Шатен нервно продолжил собирать вещи, даже ускорившись. Окольцованные пальцы тряслись, сердце билось очень быстро. Было неловко. Арс увидел много лишнего, ему не нужно было появляться в этой квартире. — Эй, солнце, успокойся, все нормально, — успокаивающим тоном промолвил брюнет, присаживаясь на пол рядом с Антоном. Он заметил, как участилось дыхание подростка, как его трясло и как он нервничал, — правда, успокойся, я всё понимаю, ты-то, точно ни в чём не виноват, — Арс приобнял школьника, немного прижимая его к себе. Шасту стало спокойнее. Мужчина немного отстранился и повернул голову школьника на себя, вздёргивая его подбородок, заставляя смотреть себе в глаза, уже в который раз за этот день, — расслабься, я рядом, — после этих слов мужчина нежно прикоснулся бархатными губами ко лбу мальчика. — Зачем всё это?.. — тихо спросил парень растерявшись. — Что "это" — вопросил старший. — Ну это.. Вы зовёте меня к себе, проводите со мной тучу времени, заботитесь. Это.. Это странно, мы знакомы от силы дней шесть.. Вы.. То есть.. Ты. Не пойми меня не правильно, просто... Блять, — юноша не знал как объяснить то, что чувствует, это странно, это не правильно, — я.. Я боюсь тебе доверять, Арс.. Боюсь, но.. Но и не могу не доверять, ибо это не правильно по отношению к тебе, учитывая то, что чувствую я и.. — Антон резко встал на ноги, застегнул рюкзак и, оставив ключи, он выбежал из квартиры, стало до жути страшно. Может это не взаимно? Чем ты думал, Шастун? Зачем ты это всё сказал? Умом тронулся? Бляяять, Арс теперь меня ненавидит. Точно. Сукаа, ключи оставил!!! Блять! Ещё и телефон в машине Попова. Блять!! Ебаная ситуация!       Вылетев из подъезда, мальчик, немного подумав, присел на лавочку под домом. Арс уже вышел из дома. Он закрыл дверь квартиры и захватил книгу по русскому, которую и забыл юноша. Мужчина присел рядом с Антоном, боясь дотронуться. Он боялся что-либо говорить, ведь этот парень всё может перевернуть с ног на голову и не так понять. — Просто.. — Антон неожиданно даже для самого себя продолжил, — это... Это не правильно, понимаешь? У тебя есть парень, это один. Ты учитель, а я ученик, это два. Это вообще не правильно, но.. я.. я... — Антон думал над тем, что сказать, но как только он открыл рот, его губы накрыли губы Арсения. Вот так, сидя на лавочке, перед домом Антона. Романтика невъебенная.       Арсений нежно сминал губы ученика. Он аккуратно и даже как-то невесомо касался Антона, проводя мягкими подушечками пальцев по талии мальчика плавно, не отрывая рук, переходя к пшеничным прядям волос. Брюнет всё так же нежно всасывал верхнюю и нижнюю губу мальчика, будто пытаясь распробовать каждую из них. Он умело хозяйничал во рту юноши, нежно углубляясь в поцелуй. — Антон, — немного отстраняясь сказал мужчина, — ты сказал то, чего не мог сказать я... Но, мне кажется, что всё ещё впереди, мы никуда не спешим. Мне важно делать всё, чтобы ты был счастлив, а главное с тобой всё было хорошо... — мужчина задумался, а мальчик снова подался вперёд, продолжая наслаждаться этими приятными, бархатными губами.