Минус на минус

Браун вышла из кабинета под монотонные нотации учительницы о том, как халатно она относится к своему же образованию и, что ей следовало бы хоть раз подумать о других. Дверь кабинета с заржавевшей цифрой «6» закрылась с протяжным скрипом и тогда девушка шумно вздохнула. Она направилась в сторону школьного туалета, где обычно прогуливала уроки или курила, решив и в этот раз просидеть там до конца урока, а потом, на перемене, забрать свои вещи и смотаться домой, ведь сидеть ещё две пары было настолько невмоготу, что хотелось застрелиться. Девушка открыла хлипкую дверь в тесное помещение, ширина которого была максимум в полтора метра, если не метр. Её взгляд не мог не наткнуться на девчонку, стоявшую у широкого настенного зеркала перед раковинами, задрав ногу и согнув её в колене. В её руках был телефон, которым она закрывала лицо, явно позируя для фотографии, хотя делала она это то ли без интереса, то ли вообще неумело. Её лицо было тоскливым, хотя больше подойдёт слово — апатичным. Русая перевела взгляд на девушку, увидев её в зеркале, и опустила ногу, однако она словно даже не удивилась тому, что девушка зашла. Сама Агата изогнула брови и прошла вглубь уборной. — У тебя что, только начался пубертатный период? — хмыкнула брюнетка, прислонившись спиной к стене и скрестив руки на груди. Девушка заметила под раковиной граффити в виде глаза известного персонажа — Билла Сайфера, а в кармане недо-фотографа был чёрный перманентный маркер — самый дешевый из всех имеющихся в канцелярском магазине рядом со школой. — Классное граффити. Зачем зашкерила так? Не хочешь, чтобы твоё творчество увидели? — брюнетка едко усмехнулась, накренив голову на бок, от чего локоны упали на лицо, но та быстро их смахнула. — У тебя режим доебатора? — спокойно спросила младшая, повернувшись лицом к девушке. — Кто знает, — ответила Грейс, — В конце концов, ты на моей территории. — Не знала, что школу делили не только учителя по кабинетам. Я Лилит, — внезапно решила представиться девушка, аналогично Агате скрестив руки на груди. — Не то, чтобы я спрашивала, но... Агата. Или Грейс. Как красивше, — хмыкнула хулиганка, — Кто вообще называет своего ребёнка Лилит? Типа твои родители католики или что-то в этом духе? — Агата... святоша, значит? — съязвила в ответ Лилит, припомнив значение этого имени — «Святая». — Ещё чего. Мне бы сосал Дьявол, — Грейс ухмыльнулась и, оттолкнувшись от стены, подошла к младшей, рассматривая её поближе. От Лилит веяло эстетиков типичного ангстового тинейджеры, который слушает My Chemical Romance, Get Scared, Twenty One Pilots, The Used, изредка к этому списку прибавляются и Three Days Grace, правда сейчас популярность этой группы начала спадать и, кажется, вскоре она будет похоронена и вспоминать о ней будут так же редко, как о The Beetles. Возвращаясь к внешности новой знакомой, у девушки были средней длины вьющиеся волосы каштанового цвета, они были ей примерно ниже лопаток, её кожа была довольно бледной, у неё были пухлые губы, которые бы сразу бросались в глаза, если бы не то, как красилась девушка, привлекая внимание к своим глазам — её нижние ресницы были пучками, как у куклы, и они были длиннее верхних раза в два, да и сами глаза были красными, словно она рыдала часа два подряд. Она была в мятой, небрежно заправленной белой рубашке, чёрной юбке и в темно-серой джинсовой куртке, которая была ей такой большой, что края её были на уровне конца юбки. Лилит создавала ощущение хуманизации Бэмби, который узнал о том, что такое эмо. — Не думаю, что у тебя есть, что сосать, — Лилит запрыгнула между раковинами на столешницу и запрокинула ногу на ногу. — Ладно, твоя взяла. — Грейс достала из кармана пачку не самых дешёвых сигарет и перевела взгляд на каштановолосую, — Куришь? — Ага, поделишься сигареткой? Мои закончились, — девчушка усмехнулась, прищурив большие глаза. Брюнетка протянула ей вторую сигарету, которую Лилит охотно взяла, но увернулась от любезно предложенной девушкой зажигалки и прижалась концом сигареты к сигарете Агаты, а когда почувствовала, что её сигарета начала «гореть», отодвинулась от старшей и сразу сделала затяжку. Дыма не последовало. Грейс усмехнулась, закатив глаза, и сделала затяжку, выдохнув едкий сигаретный дым в лицо Лилит, от чего та тут же закашляла, жмуря глаза, которые начало щипать. — Ты никогда не курила, — хмыкнула Агата, забирая сигарету у подростка, — незачем тебе начинать, малышня. — А ты мне мать, чтобы нотации читать? — фыркнула Розенталь, насупив брови. Она красила брови, но даже тут шла против системы, делая их прямыми с закруглёнными краями. — Не хочу брать на себя ответственность за начавшего курить из-за меня ребёнка, — ответила Грейс, делая затяжку. — Не строй из себя взрослую, ты меня старше максимум на 4 года, — хмуро произнесла Лилит, спрыгивая со столешницы и запрокидывая на неё ногу, чтобы размяться, хотя и это она делала явно для того, чтобы удерживать внимание только появившейся крутой знакомой. Обычно на неё обращали внимание только какие-то ботаники или нерды, пытаясь сделать её своей «лолей» или же «лолитой». Агата же жадно пробежалась взглядом по худой ноге Лилит в чёрных полупрозрачных капроновых колготках, поднимаясь выше, но возвращаясь обратно из-за препятствия в виде юбки. Вторая этот взгляд, конечно, заметила, и поэтому чуть приподняла край юбки со стороны бедра, дразня старшую, кусающую губы от похотливого желания, появившегося внизу её живота. У взрослых вместо любви преобладает секс, и Розенталь это знала. Она чувствовала себя взрослой, когда таким образом дразнила старших или даже отчасти давала им того, что они хотели. Конечно, она контролировала ситуацию, не позволяя какому-то похотливому придурку забрать её невинность. В свою очередь, Грейс долго играться с собой не позволила и, прижав Лилит к столешнице, она подняла её за бёдра и усадила на прохладную керамическую поверхность, после чего накрыла её пухлые губы своими, жадно и властно целуя, изредка покусывая её нижнюю губу и чуть оттягивая её. Её пальцы забрались в волосы девчушки, перебирая их. Обычно она могла не сдержаться и сжать в кулаке волосы девушки, но с этой старалась быть более аккуратной, тем более учитывая, что это малявка лет 13. Младшая уже шумно дышала, когда девушка отстранилась и изогнула губы в довольной ухмылке. — Я даже без языка тебя целовала, а ты так устало пыхтишь. — хмыкнула брюнетка, положив ладонь на щеку русой и проводя большим пальцем по её нижней губе. — З-заткнись... — робко произнесла та, смущенно отводя глаза. — Что ж, Лилит... будем знакомы, — с едкой ухмылкой произнесла Агата, отпуская девушку.

***

С того знакомства прошло уже два года. Признать честно — Агата и подумать не могла, что её новая знакомая не исчезнет и будет, пусть и изредка, но общаться с ней. У девушки было довольно много друзей, да и девушек, с которыми она проводила время, поэтому сильно она не вникала в то, как там Лилит. Они изредка могли перекинуться сообщениями, либо, встретившись на улице, бегло поболтать, но не более. Она считала, что общение с Лилит и останется таким, либо когда-нибудь в конце концов сойдёт на нет, однако стоит ли говорить, что в первый раз она уже ошиблась...