So good..

Через пять минут на столе оказалась ещё одна пустая стекляшка из-под другого вина, но на этот раз это было опустошено Ливией. Черноволосая игриво и очень пьяно смотрела на своего спутника. - Поехали домой, - будто выдавив из себя эту фразу, произнесла Оли, с очень не трезвым видом и голосом. Положительно кивнув и ухмыльнувшись ей, он сел на диван, оперевшись спиной к спинке, поправив на себе джинсы, он стал заказывать такси, почти не осознавая того, на какие он кнопки жмёт и что делает. Перед лицом все казалось мутным. Оливия залезла на его ляшки, оставляя из между своими, лицом к парню. Приблизившись своими бедрами к его, она не стала ждать, а уже постепенно двигала ими вперёд назад, смотря на лицо блогера, которое с каждой минутой всё больше растекалось, как масло по блинчики. Она делала это долго: каждое движение было более проницательным, чем предыдущее. Пальцы Макса невольно съезжали с экрана телефона на бёдра Лив. Но такси, он кое-как, да и вызвал. Прижавшись носом к виску Брайна, девушка обвила его шею руками и стала ещё уверенее подпрыгивать, ощущая, как что-то твёрдое вжимается в её интимную зону. Оба посмотрели друг на друга, улыбнулись, кусая губы и продолжали доставлять друг другу удовольствие. Руки Макса лежали на её талии, иногда проскальзывая по спине, помогая, и так неугомонной подруге, ещё сильнее ускоряться. От шумного и жаркого дыхания Оли, боковая сторона лица блогера взмокла насквозь. Но это не мешало удовольствию. Алкоголь снёс голову окончательно. До самого утра. *** Солнечные лучи заглядывали в окна знакомой квартиры. Свежий ветер, исходящий от окна, начал опустошать пропитые головы. По всей спальне валялась раскиданная во все стороны одежда. Постельное белье было полностью помято. Казалось, что здесь прошёлся шторм и разрушил всё, что попадалось на пути. Единственное что напоминало о спокойствии - не тронутые, так как были принесены лишь утром, два стакана с водой и рядом по таблетке на двух тумбочках по бокам кровати. Заскрепели пружинки и послышалось хриплое мычание. Это был Максим. Не удивительно, это ведь его комната. Он медленно разворачивался, шипя от головной боли..