Мне хорошо...

Лилиан и Феликс танцуют. Как к этому пришло — никто не знает, да и задумыватся об этом, на самом деле, не хочется — сейчас на свете существуют лишь он и такая хрупкая она, грациозно поворачивающаяся в свете луны. Казалось, женщина соткана из света, и стоит тени мелькнуть, как все сразу же пропадет, раствориться в мгновении и никогда не вернется на круги своя, поэтому Феликс сжимает талию чуть крепче, чем нужно, и вглядывается в сверкающие синевой глаза напротив чуть пристальное, чем кажется. Зрительный контакт нарастает настолько, что в атмосфере можно увидеть сверкающие молнии, но на сегодня они вдвоем полностью слепы. Лилиан кажется ему идеальной — намного красивее, чем император, которого он привык видеть ежедневно или, даже, несомненно прекрасной принцессы, — рыцарь, кружа женскую фигуру в очередном развороте, без сомнения говорит это ей. — Вам бы быть аккуратнее, сэр Феликс, — в ответ смеётся колокольчиком его пара — Посторонние подумают, что это оскорбление императорской семьи. И Феликс замолкает, улыбаясь, поворачиваясь вместе с леди Лилиан, и они продолжают кружиться по веранде дворца, полностью отрешенные от гомона очередного бала в истории правления Клода Обелия. Лилиан не любит танцевать, но для него всегда сделает исключение. Она была предана многим людям — семье, Диане, после — императорскому дворцу. Лилиан точно знает, что навсегда останется вместе с принцессой — ее дорогой дочерью — даже если придётся пройти сквозь огонь и виселицу. И она была готова, пока рядом он. Ведь рядом с ним, сейчас, её душа принадлежит лишь звонкой жизни, трели искусственных птичек, песни капели и постукивании каблуков об кафель при очередном шаге. Они оба будут счастливы, пока они есть у края жизни, и они будут жить, пока не настанет время смерти. Завершение танца не ознаменует реверанс, как наказано регламентом, его запечатает, словно воск письмо, поцелуй, такой же секретный и тайный, как и все их прошлые встречи под луной. Двоица, сплетенная с друг другом, останется так чуть дольше, чем следовало бы, и зайдёт чуть дальше — о таком, к счастью, учебники о манерах и правильном поведении молчат — да и бог с ними. И пока у него в секретном кармане лежат обручальные кольца, а у неё в голове планы о свадьбе и дальнейшей жизни… Все будет хорошо.