Темная сторона луны

— Скажите, мистер Голд, вы вели себя хорошо последнюю неделю? — Белль, совершенно нагая, перекинула ногу через лежащего на кровати мужа и оседлала его грудь. — О, Белль, — пораженно выдохнул Румпельштильцхен, его рука тут же оказалась на груди девушки и последовала вниз, однако была перехвачена. С тумбочки Белль взяла длинную ленту, которую приобрела в интересном магазинчике на окраине Сторибрука, и, буквально оторвав от себя его руку, принялась привязывать ее к изголовью кровати. Маг не мог оторвать глаз от груди, которая была в паре сантиметров от его лица, и от этого становилось дурно. — Мистер Голд? — Д-да… — дыхание сбивалось все сильнее по мере того, как брюнетка двигалась, сидя на нем, и говорить становилось труднее. Но он нашёл в себе силы поднять взгляд на лицо жены. — Да. — Да-а? — протянула девушка в притворном удивлении и принялась за вторую руку. — Однако кое-кто поведал мне интересную историю… — она завязала последний узелок и игриво провела ногтями вниз по жилистой руке, намеренно оставляя следы и вызывая мурашки. Румпельштильцхен не знал, куда себя деть. Принцесса посмотрела в затуманенные карие глаза и вздохнула. — Не думаю, что вы честны со мной, мистер Голд. — Я… позволь объяснить, Белль! — он натурально задыхался, не столько от сидящей на нем Красавицы, сколько от возбуждения, и ему совсем не хотелось слушать проповеди по поводу его конфликта с Дэвидом. — Нет, нет, в этом совершенно нет никакой необходимости, — Белль улыбнулась и, держась за изголовье кровати, продвинулась чуть выше. Со стоном она опустилась на губы мужа, который, не теряя ни секунду, провёл языком по мокрым складкам, порождая приятную дрожь в женском теле. Брюнетка вскрикнула и двинула бёдрами, но стон вырвался не только из ее уст. — Я надеюсь, вы подумаете над своим поведением, мистер Голд, — задыхаясь, прошептала Белль, ее бёдра снова качнулись вперёд, и девушка замерла, когда Румпельштильцхен полностью вобрал в рот ее клитор, старательно доставляя удовольствие любимой. Белль вцепилась одной рукой в волосы Темного и сильнее прижала его голову к себе, он же, в свою очередь, с готовностью подчинялся своей принцессе. Колдун ни на миг не останавливался, вылизывая нежные складочки, и сам испытывал непомерное удовольствие, когда слышал сладкие стоны. — Румпель… о, милый… быстрее, пожалуйста, быстрее, — ее тело, казалось, жило собственной жизнью, а сама Белль уже и вовсе позабыла и про мистера Голда, и про его неподобающее поведение. Здесь и сейчас был только ее муж — лишь ощущения сильного языка и мягких губ на клиторе были центром ее вселенной. — Больше я тебя никогда не отпущу, Румпельштильцхен, — то ли простонала, то ли прорычала Белль, и выгнулась с вскриком, когда юркий язык проник прямо в неё, вытворяя невероятные вещи. «Я никуда не уйду» — пронеслось в голове Темного, и он подумал, что ещё чуть-чуть — и он может не выдержать. Мужчина совершил последние движения языком и захватил в жаркий плен чувствительный комочек. Все, как нравилось его принцессе. Девушка окончательно потеряла рассудок, и уже обе ее руки сжимали длинные волосы Голда, что не приносило сильного дискомфорта: в какой-то степени это даже приносило ему удовольствие. — Я… уже… о, Румпель! — брюнетка согнулась с громким криком, снова хватаясь за изголовье кровати, что есть мочи, и упала на свои руки. Ее тело безостановочно трясло, а сил не осталось даже на стоны, но она не переставала шептать имя мужа и бредовые признания в любви. Румпельштильцхен освободился от «оков» одной силой мысли и Белль легла на мужчину, вцепляясь стальной хваткой в его плечи. Маг тут же заключил в объятия свою драгоценность, вдыхая цветочный запах ее шампуня в попытке успокоиться. — Любимый, помоги мне, — она уткнулась носом в его шею, не забыв прикусить подбородок и лизнуть где-то ниже в качестве извинения, но ноги снова охватила судорога и брюнетка всхлипнула. — Тише, тише, Белль, — Голд провёл рукой по каштановым волосам, сам не совсем находясь в порядке. Его сердце вот-вот готово было отказать от нахлынувших чувств, раздиравших его на части: нежность к маленькому беззащитному существу, которое покоилось на его груди, и невероятная страсть к той львице, что совсем недавно возвышалась над ним. Румпель вздрогнул от воспоминаний и снова взъерошил длинные волосы жены, массируя и успокаивая. Белль подняла голову, все ещё трясущейся рукой дотронулась до колючей щеки, и поцеловала лучшего мужчину в своей жизни. Они так давно не были вместе. Она так скучала. Румпельштильцхен улыбнулся, разделяя чувства супруги, прошелся ладонью по её спине, а затем накрыл ягодицу, не отрываясь от губ любимой. Он сжал упругую плоть, а затем ловко перевернулся, меняясь с Белль местами. — Моя очередь, дорогая, — его губы тронула та самая улыбка, и он провёл большим пальцем по пухленькой нижней губе девушки. Она приоткрыла рот, впуская его, и не отказала себе в удовольствии прикусить нежную кожу. Румпельштильцхен наблюдал за этой сценой, затаив дыхание. — Шаловливая девчонка, — его палец оказался на свободе и он сжал нежную шею принцессы*, впиваясь в ее грудь поцелуями. Они так и не поняли, чей это был рык.