Полюби, если сможешь

Последующие дни Том был забит учёбой, так как скоро День всех Святых, начнутся выходные, а перед ними нужно сдавать контрольные, да и домашних заданий достаточно. Хотя это скорее оправдание, чтобы забыть о том, что произошло. Всё время Томас избегал Итана, когда он просил погулять с ним. Это глупо, ведь этот парень ничего плохого не делал, однако Раджи казалось будто он его предал. Каждый день Том винит себя в том, что его безпочвенная обида отдалит их, и то тяжёлую дружбу, но это слишком трудно. "И почему именно он? Что в нем такого, что... Это очень тупо! Дамиано? Он серьезно?! Боже! Мне жаль тебя, Итан," – думает Том. Раджи ничего ещё Виктории не рассказывал. Он боится, что она разозлиться на него за то, что ничего не рассказал с самого начала. Сейчас, как считает Томас, поздно что-либо объяснять. Может Вик и послушает, но это уже не вернёт её доверие. Она будет разочарована в нём. И всё же Том обязан ей рассказать. – Томас! – с кухни кричит его мама, – Помнишь? На выходные мы должны сходить на кладбище! Если что просто напомнила, чтобы ты ничего не планировал в тот день! – Чудно! Пока мои сверстники зависают на вечеринках, я буду по кладбищам гулять... Какой я счастливый! – тихонько ворчит Том, чтобы его мама не услышала. Парень собирает свой рюкзак, надевает наушники и бежит на остановку. Вспомнив, что он в грязной футболке и в домашних штанах, Раджи обратно бежит домой. Том напяливает первый попавший худи и свободные джинсы. По дороге он звонит Виктории. Вик: Алло? Том, что тебе надо? Я вообще-то спала... Том: Красивый рассказ, очень интересно! Но мне нужно тебе кое-что сказать, то есть рассказать... То есть сознаться! В общем всё сразу! Вик: Что? Сознаться? Это хорошо! Тогда я к тебе? Том: Нет, я уже бегу к тебе. Вик: В смысле? Я здесь голая вообще-то! Только проснулась от полуденного сна! Том: О, боже... Извращенка! Думаешь, что мне будет интересно смотреть на твой тощий зад и нулевой размер груди? Извините, у меня уже имеется! Вик: Ну, ты грубиян! Ладно, жду! Том: И приберись в комнате! Явно срачь устроила! И такси закажи, а то я пропустил свой автобус. Вик: Ах, ты! Избалованная тварь!Отключаюсь!

***

– Ну, мальчик. Где это твое признание, сознание? – игриво спрашивает Вик, усаживаясь рядом с Томом. – Начну с начала... Всё началось давно! Когда я перешёл в среднюю школу, я думал, что буду таким же крутым как ты. И в общем меня однажды обидел один мальчик. Очень сильно обидел. Тогда я ещё не знал, что значит, когда обижают, поэтому расплакался, а он начал ещё сильнее меня травить. И потом всё пошло наперекосяк. Этот парень... Это был Дорес, – вздыхает Том, вспоминая его издевательства, – Он постоянно выливал на меня всю свою агрессию и избивал, но я терпел... – О, нет... – шокированно шепчет Вик, уже переменившись в лице, – А я... Я ведь... Я такая жестокая! Я шутила над этим... Прости, меня... Я такая дура! Так вот почему ты злился... – Нет! Сейчас дело не в этом... Я продолжу. В общем это продолжалось очень долго, пока... Пока меня не спас Итан. Помнишь день, когда я пропал? В тот день Ковинский меня сильно избил. Я даже подумал, что у меня ребра сломаны, но оказался ушиб. И вот Итан побил Дореса, я, конечно, этого не очень отчётливо видел, но что-то припоминаю. В общем он отвёз меня к себе домой и вылечил. Из-за этого я... Я не утверждаю, но думаю, что, наверное... Наверное, я гей и влюбился в него! Хотя может я и бисексу... – Что? – спрашивает Вик и удивлённо смотрит, – Дорес? Гей? в Итана? Объясни мне, почему... – Я не знаю. Но я не уверен, это лишь теория. – Почему ты мне ничего ничего не рассказал? – возмущается Вик и бьёт парня по спине. Том только кричит от боли и пересаживается на другое место, подальше от Вик и ее тяжёлых кулаков. – Но это ещё не всё! – Ещё не всё? Ты охренел или да?! – яростно кричит де Анджелис. – Согласен, охренел. В общем я влюбился, но потом этот Дамиано пришел и всё испортил! – Томас злится, вспоминая их обоих. – А что случилось? Он что-то сделал с тобой? – Нет... Просто он теперь тусит с Итаном, и кажется, Итан влюбился в него. И теперь мне остаётся только страдать. Мне даже шанса влюбить его в себя не дали! – бесится парень. – Чего? Шанса? – заливается смехом Вик, – В любовных делах шанс не нужен, нужна всего лишь холодная голова. – Ты что куришь? Какая ещё голова? Что за чушь? – смеётся Томас. – Не чушь, а правда! Кстати, про курево идея хорошая, – подмигивает девушка, – В общем тебе нужно думать. Работай головой, но не так как обычно, а стратегически! Любовь – это война двух сторон! Вечная борьба, если кто-то не тот войдёт в территорию любви или сделает что-то не так – откинется сразу! Считай и не было этого человека. Так что, Том, думай! – Вик, я так люблю тебя! Спасибо, что не разозлилась на меня! – Томас бежит обнимать свою подругу, но она смотрит на него своим яростным взглядом, поэтому он сразу садится обратно, – Думать головой... Но я не умею думать стратегически. – Подумай хорошенько! У тебя есть главный туз в рукаве! – злобно хихикает Виктория, будто злодей из мультфильма. – Но у меня ничего такого нету! Или... Ты про то, что я думаю? – Может быть. Я не знаю о чем ты думаешь. – Я уверен, что мы думаем одинаково.

***

На завтрашний день, обговорив с Вик все подробности плана, они пришли к одному выводу: у Тома есть шанс. Хоть какая-то радостная новость и поддержка Виктории подняли парню боевой дух. По дороге в школу Раджи заметил машину скорой помощи и полицейских. От этого Тому стало как-то нехорошо, но подумав, что наверняка это проверка, он пошел дальше. Парень пришел как обычно рано, чтобы пойти в кабинет музыки и поиграть на пианино, но увиденное в коридоре его шокировала: врачи уносили чей-то труп. Лица не было видно, ибо его, естественно, закрыли, но Томас увидел руку мертвеца. Здоровая, бледная, покрытая венами рука мужчины. Но Раджи шокировало не то, что он увидел чей-то труп, а то что Том знал этого человека. Эту руку он никогда не забудет. От испуга Томас падает на пол и наблюдает как тело выносят из школы. – Раджи? – удивлённо спрашивает его учительница и подбегает к нему, помогая встать на ноги, – Том, ты так рано пришел. Я только что отправила вашему классу сообщение, что занятия отменяются до следующей недели. Я знаю, что это трудно и тяжело принять, но прошу тебя никому не рассказывай об этом. Потом директор школы известит всех об этом, поэтому прошу, не надо пока что волновать своих одноклассников, хорошо? – Я понял... – быстро бросает Том и идёт обратно домой.