Полюби, если сможешь

Успокоившись, Томас возвращается обратно. Он купил пакетики зелёного чая и какие-то дешёвые шоколадные конфеты, чтобы у Дамиано не было лишних вопросов, так как Том чувствует, что сегодня не очень спокойный день. Скользя по асфальту своими новенькими кроссовками, подошва, которой замёрзла насквозь, Том замечает, что кто-то уходит со стороны его дома. "Дом многоквартирный, так что все имеют право ходить туда. Чего это я?" – успокаивает себя Раджи и продолжает скользить как маленький ребенок поблизости дома. Благодаря этому детскому катанию, Том забыл на время, что его ждёт Дамиано. "Пусть подождёт немного! Из-за него я постоянно в страхе! Не было и дня, чтобы я не волновался!" – делает заключение для себя парень. То чуть не роняя продукты, то сам не падая, Раджи всё-таки возращается, чтобы Дамиано не начал волноваться, ибо учитывая как долго он успокаивался, пока бегал, придумывал себе оправдание и возвращался сюда, скорее прошло около часа. Резко по голове как щелчок проносится мысль: "Но мой дом таунхаус..." Томас быстро бежит в сторону дома. Поворачивая, за угол он боится увидеть картину, где Дамиано выводят оттуда как преступника. Сердце, сжатое как изюм, быстро бьётся, да и адреналин в крови усугубляет всё его волнение. К счастью, никого рядом нет, поэтому со спокойной душой, Том стучится в дверь. Никто не открывает. Снова стучится, даже не слышно, чтобы кто-нибудь близился к двери. Раджи копается у себя в карманах, чтобы самому открыть дверь ключом, но его нет. Том вспоминает, что он оставил их на столе и забыл взять, когда убегал от Дамиано. – Сука, – ругается Том, но продолжает стучать, но уже вместе с ногами, – Открывай! Ты меня убить здесь хочешь?! – орёт парень. После бесчисленных попыток взламывания двери веточками, Том всё же понимает, что ему лучше пойти домой. – Имбецил обидчивый, – обзывает Дамиано Том. Спускаясь по скользкой лестнице, Раджи замечает бумажку. К удивлению, он не заметил его, когда поднимался. Скорее очень сильно волновался, что Дамиано поймали. Парень поднимает записку и читает: "Томас, спасибо тебе, что помог мне в трудную минуту. За это я тебе буду вечно благодарен. Прости меня за то, что доставил тебе столько хлопот. Из-за меня и моих действий, ты скорее всего чувствуешь себя некомфортно. Прости меня. Однако я не могу совладать своими же чувствами. Они к тебе настолько сильны, что даже спустя 4 года я смотрю на тебя как в первый день, когда ты впервые пришёл в среднюю школу. Ты тогда одел красный свитер, черные шорты и белые гольфы. Набор не самый соблазнительный, однако даже этого было достаточно, чтобы заставить меня влюбиться в тебя. Я не хочу доставлять тебе проблем, поэтому я пойду и сдамся. Я люблю тебя и прости меня." Эмоции внутри Тома бурлили всё сильней и сильней. Казалось будто его голову ударили огромной кувалдой и всё развалилось на кусочки. В душе парня было буря эмоций. Вспоминая свои насмешки и оскорбления на чувства Дамиано, Тому становилось так обидно и больно, а ведь это не с ним так поступали. Вытирая свои горячие слёзы, Томас бежит в сторону города, чтобы остановить Дамиано.

***

– Добрый день... То есть уже вечера, – обращается к полицейскому, сидящему у входа, Дамиано, – Извините, – наклоняется он, чтобы хорошо увидеть лицо мужчины, – А можно мне следователя Маттеро Моретти? У меня срочное дело к нему. – Мальчик, заявление о краже или мелкое хулиганство не в его компетенции, – лениво отвечает тот и даже не смотрит в сторону Давида. – Нет, я про убийство, то есть про смерть ученика старшей школы Дореса Ковинского. Я знаю про то, что скорее никто не знает, поэтому мне срочно нужен следователь Маттеро Моретти, – спокойно отвечает Дамиано. Полицейский ошарашенно смотрит на парня и сразу же звонит куда-то. Мужчина встаёт, выходит со своей "будки" и берёт Дамиано за руки, будто Давид какой-то задержанный и он вот-вот сбежит. К ним подходят ещё двое мужчин и сопровождают их комнаты того самого следователя. От этого Дамиано становится ещё более стрёмно. – Подожди здесь, – говорит один из полицейских, – Он скоро придёт, просто ушёл по... – и его в бок бьёт другой, а тот, что говорил пыхтит от боли. – По делам, – наигранно улыбается ударивший. А после все дружно выходят из кабинета. Дамиано осматривается и замечает фотографию его семьи. От волнения Давид начинает кусать свои губы, ибо кажется, что иначе он просто здесь всё разнесёт. Обыкновенная мебель, пыльные кубки за какие-то достижения и множество стопок документов и незакрытых дел. Какие-то старые факсы и книги из серий детективных романов писателей вроде Агаты Кристи, Джеймса Эллройа и Артура Конана Дойла, конечно. – Как примитивно. "Шерлок Холмс"? – шепчет Дамиано, смотря на книги. – Это классика, – кто-то отвечает сзади него. Парень оборачивается и видит мужчину средних лет. Седые волосы и борода, которые обычно делают людей некрасивыми, придают ему больше харизмы. Строгий как его лицо костюм, сидящий влитую, подчеркивает его широкие плечи и мускулистые руки. Мужчина хорошо сохранился для своего возраста и скорее всего у него нет отбоя от прекрасного пола даже тех, кто ему годятся в дочери. Его карие глаза, блестящие от света лампы, показывают его любопытство. – Добрый вечер, а вы Маттеро Моретти? – с некоторым сомнением протягивает руку Дамиано, быстро вскочив со стула. – Нет, – улыбается мужчина и в ответ протягивает свою, – Маттео, – чуть громче говорит мужчина, делая особый акцент на "о". – Ах, извините, я плохо запоминаю имена, – неловко смеётся Давид и обратно садится, – Просто слышал ваше имя только один раз. – Так ты что-то знаешь про смерть Ковинского... Ээмм, – протягивает Маттео и вопросительно смотрит на Дамиано. – А, да! Я Дамиано Давид, – сразу отвечает парень и отводит взгляд. Лицо мужчины моментально меняется с дружелюбного на серьезный. – Тот, что сбежал из дома? – спрашивает мужчина и шокированно, смотря на Давида, – Поэтому ты меня знаешь? – Да, – отвечает Дамиано.

***

Томас звонит в дверь дома Дамиано, хотя знает, что его здесь нет, однако это последний шанс Раджи, так как в ближайших полицейских участках его не было. В голове бардак, а в ушах неприятный звук оглушения. Все пальцы трясутся от напряжения и страха. Ресницы уже слиплись от слёз, из-за которых глаза парня сильно опухли. Дверь открывает женщина. Её глаза не меньше Раджи тоже опухли. Она что-то тихо шепчет, вроде: "Кто вы, молодой человек?". – Дамиано... Вы знаете где он? – умоляюще спрашивает он женщину, а та ещё сильнее начинает плакать. Том понимает, что сейчас у неё начнется истерика и собирается просто уйти, чтобы продолжить свои поиски, как сзади неё стоит Дамиано. От удивления Томас начинает тереть свои глаза, ведь ему кажется, что это сон. Но нет, это правда он! – П-привет, – неловко улыбается Дамиано, – Мам, успокойся уже, – ласково говорит он ей и приобнимает ее. От шока у Раджи просто челюсть по земли открыт. Просто ему даже сказать нечего. – Я понимаю, что ты чувствуешь, но... – Дамиано смотрит на свою маму, – Может зайдешь? Томас всё ещё стоит с открытым ртом и смотрит на него, молча. – Значит зайдешь, – сам себе отвечает Дамиано.

***

Дамиано проводит Тома в свою комнату и запирает дверь, чтобы родители не слышали их разговор, хотя они просили оставить ее открытой, так как боялись, что их сын снова может сбежать из дома. – Я понимаю, что у тебя много вопросов, но скажу одно, что, – не успевает договорить Давид, как получает крепкую пощечину по лицу. В глазах Тома видно, что он не настроен на дружелюбный разговор. – Ты... Как ты так мог! – орёт Раджи, вытирая снова капающие слёзы. – Прости, – шепчет Дамиано, – Я правда думал, что меня обвинят в убийстве Дореса. Но оказалось, что... – Да плевать мне на этого Дореса! – кричит Том, – Почему ты бросил меня? Почему заставил чувствовать себя монстром? Почему заставляешь всё время волноваться за тебя? – больше утверждает нежели спрашивает Раджи. – Ты волновался? – удивляется Дамиано. – Почему ты ушёл? – уже тихо задаёт вопрос Том, – Это потому что я снова оттолкнул тебя? – Виктория... Она пришла, – отвечает Дамиано. – Что? Зачем? Как она нашла тебя? – всё продолжает спрашивать Раджи. – Я не знаю, но когда она увидела меня, она была в шоке, а потом начала задавать вопросы и сказала, чтобы я не портил твоё будущее. Я подумал, что она права и поэтому ушёл. Прости... – Как она... Но я же был осторожен! – злится сам на себя Томас. – Это сейчас совсем неважно, – успокаивает парня Дамиано, взяв его за замерзшую руку, – Главное, что я теперь не буду прятаться и... И теперь ты снова станешь колючим ёжиком. – Ты прав, а как тебя выпустили? – Я пришёл к следователю сам, всё рассказал, а он сказал, что правда подозревал меня, так как нашёл мои отпечатки на колбах, в которых были те самые наркотики, но потом все его подозрения улетучились, когда один парень спустя две недели после смерти Дореса рассказал, что увидел меня выходящим из класса, когда Дорес был ещё жив. Парень сам видел его и даже разговаривал с ним. И подтвердил он тем, что рассказал в какой одежде был Дорес в тот самый день. Но моим родителям пришлось заплатить штраф за моё сокрытие употребления наркоты Дореса и побег из дома. И ещё объяснительную нужно написать за мои прогулы... – Так вот что... Блин. Я так боялся, что тебя могут посадить в тюрьму. Но подожди, что ещё за колючий ёжик? – Ну, ты был очень грубым со мной, поэтому я называл тебя колючим ёжиком. С другими ты спокойный, а со мной сразу становишься злым, – оправдывается Дамиано, медленно отпуская руку Тома, но тот продолжает держать сильно. – Я злой? – подшучивает Томас, играя обиду, – Я думал, что ты меня любишь. – Нет, я люблю тебя, но... – Дамиано начинает запинаться и волноваться. – Значит это всё было ложью?! – Нет! С чего ты взял, что я лгал! Это правда, просто... – резко останавливается Дамиано, поняв, что Раджи шутит, – Ну, ты мелкий! – Чего? – заливается смехом Том и дурачит его, – Какой же ты наивный, Давид! Дамиано молча смотрит на него, не отрываясь. Томас замечает его пристальный взгляд и останавливается. А потом видит, что они до сих пор держатся за руки. Раджи хочет отпустить ладонь Давида, но он крепко держит его. После парень приближается к лицу Томаса настолько близко, что тот чувствует его горячее дыхание. – Нет... Не сбежишь ты от меня, – шепчет Дамиано и обнимает парня за талию. Томас даже боится дышать и не сопротивляется, как обычно.