Совершить шаг на встречу

***

       - Так, Шото, почему вдруг... - пытался вытащить хоть слово из него я.       Шото же сидел недалеко от меня и опёрся спиной о стену, прижимая колени к груди. Он молчал. Как только я его попытался отодвинуть от себя, он опустил голову и принял такое положение. Он не поднимал взгляда, а лишь виновато пялился на свои колени, в которые ему хотелось уткнуться и заплакать.        - Шото-кун, я тебя выслушаю, честно, но.. - "но", собственно, что? Но не плач? Так он не плачет. Но не смогу выслушать, если он будет молчать? Так это и без слов очевидно..        - Ми-ми-Мидория.. - тихо-тихо произнёс он и тут же смолк.        - Что?        - ..Я.. - опять смолк собеседник. Его голос дрогнул на этом слове, будто бы он хотел заплакать.        - Ты? - как можно мягче спросил я, как-будто боялся его спугнуть.        - Мне.. нравиться.. - почти без голоса прошептал он.        - Я? - решил уже не тянуть и без того очевидное продолжение, в ответ тот лишь кивнул.       - Ну, вот как ты это понял?        - Ты о чём?        - Что тебе нравлюсь именно я? Когда мы, когда-то, я уже и не помню когда, обсуждали влюблённости в нашем возрасте, то мы сошлись на излишнем детском или подростковом максимализме или желании показаться старше своего возраста.        - Это явно не то и не другое, - уверил меня он, утыкаясь лицом в колени и не желая смотреть в мою сторону.        - Допустим второе точно не про тебя, но тогда, может быть такое, что ты преувеличиваешь? - взывал я, подсаживаясь к нему поближе.        - Нет не может, - голос снова дрогнул.        - Прости, пожалуйста, но я должен сказать это сейчас. Я не могу принять твои чувства, - в комнате было темно, но я видел как сгорбленная спина, скрученного в комочек Тодороки вздымалась, будто бы он истерически плакал, но как не странно, при этом ни всхлипов ни ещё чего-то, что бы выдало его не было, - пойми, это не из-за чего-то там... или вдруг.. короче, я не могу просто взять и тоже влюбиться, я никогда и не думал о тебе в таком роде.        - Угу - всё что смог выжать из себя Шото и на этом он очень громко всхлипнул и мне оставалось только обнять его.        Дрожащее тельце было таким тёплым. Тодороки прижимался ко мне, а я лишь обнял его, гладя по спине. Руками он сминал мою научную рубашку. Тодороки плакал, нет, он рыдал, но как можно тише, чтобы не разбудить пап, что прекрасно себе спали и не знали что сейчас в одном доме с ними маленький (сколько ему там лет? 12-13? Я ахурменный автор, но я не помню.) мальчик сидел и дрожал, мальчик, которому вдребезги разбили сердце.        - Ну-ну, тише.. - успокаивал я его. осторожно водя руками по спине.        - Про..ти.. - сквозь всхлипы послышалось тихим дрожащим голосом, - ..Я..н.. длж-ж-жен..был..целов..ва-а-ать..(я не должен был целовать)        - Ну, тише-тише.. - прижимал я его.

***

      Ночь, подходящая к тому, чтобы закончиться, укутывала своим мраком. Казалось, в этой темноте может скрыться что угодно: слова, действия, мысли, слёзы. Всё было поглащенно, а с приходом дня всё что унесла эта ночь, будит забыто как сон. Но верилось в это с большой натяжкой. Хотелось бы забыть, да вот всё не как не выходит.       Изуку сидел на кровати и прижимал к себе мирно спящее тельце друга. От переизбытка чувств, эмоций и слёз он был измотан и сразу заснул, когда уже более-менее успокоился.       Он меня поцеловал, но это не так будоражело, как одни лишь обрывки воспоминания о поцелуях Каччана. Тогда они отзывались в сердце добротой и нежностью, а иногда, вспоминая их, мне было до скрипа зубов больно. Его прощальный поцелуй, который тогда сильно шокировал, остался не отрывком памяти, а полноценным воспоминанием. Даже сейчас, спустя столько времени, меня бросает в дрожь и вгоняет в краску, все те ощущения я уже забыл. Но помню страх, смятение, смущение, растерянность и ещё много чего, что вмиг, как только он открыл дверь машины и пока не хлопнул ею убегая, охватывали мой разум.       Но сегодня, меня поцеловал Шото-кун. Ничего что было тогда со мной не произошло. Я лишь растерялся, но..       Переведя взгляд на фигурку, что уже покрылась пылью из-за моего отношения к уборке, я понял, я безумно скучаю.       Да, странно. Я от него сюда сбежал, а тут хочу, видите ли переобуться. Хочу туда. К Каччану. К тому тирану, который явно ещё бы сто лет меня не видел. К нему.        - Мхг.. - прижавшись ко мне и поморщевшись, прогундосил Шото во сне.        - Ах, да, прости, наверное, плохо думать так при тебе после твоего признания, - прошептал я другу прижимая и поглаживая его по спине.       Хотя, нехорошо думать о чём? Я ведь не предаю Шото. Каччана я не люблю. Мне просто будет грустно, если он не скучает по мне.