Глава 2 «Воспоминания»
2 июля 2021 г., 01:00
«Если не умеешь загнать воспоминания в дальний угол мозга и начинаешь беспокоиться — башня поедет неотвратимо. Сделай пофигизм своей жизненной философией и радуйся жизни.»
Джон Кинг «Человеческий панк»
Не сказала бы, что наша семья прямо-таки богатая, но, сколько я себя помню, мы никогда и ни в чём не нуждались. Буквально с момента нашего рождения и отец, и мать окружали нас и лаской, и вниманием, и всем тем, что нам было нужно. Появление на свет двойняшек произвело сильное впечатление на всю семью: все ждали мальчика, но родилась ещё и я, как бы в подарок. Баджи доставалась вся любовь матери, меня же холил и лелеял отец. С самого раннего детства мы с братом всегда старались держаться вместе. Если он нашкодил, я брала на себя половину вины — и наоборот. Благодаря этому мы выросли, не имея никаких секретов за душой друг от друга. Но счастливой жизни не суждено было долго продолжаться: нам пришлось очень рано повзрослеть. Отец долгое время скрывал ото всех нас свою болезнь. Поэтому, не успев насладиться жизнью, он внезапно ушёл. Его смерть оставила на каждом свой отпечаток: брат стал закрываться ото всех, но не от меня, что не могло не согревать душу; я же практически перестала улыбаться, лишь в присутствии Баджи я чувствовала себя живой; мама, пытаясь заменить отца, совсем забыла о своих обязанностях, как матери, поэтому поддержание уюта и домашнего очага в дальнейшем легло на мои плечи. Уже тогда мы поняли, что теперь ближе друг друга у нас с Баджи нет никого. Единственным нашим врагом стало время, которое неумолимо летело вперёд. Не успев вдоволь наиграться, мы уже оказались за школьной партой. Отношения с одноклассниками у меня не задались с самого начала, единственным другом до конца так и оставался Чифую. До сих пор помню, как не хотела идти в школу, умоляла, стоя на коленях и захлёбываясь слезами, мать, чтобы она меня перевела, но все попытки оказались тщетными. Баджи, наоборот же, легко шёл на контакт со всеми, с кем это было возможно. Чифую понемногу стал меня отвлекать от издевательского отношения одноклассников. Меня же это спасало относительно недолгое время. Однажды, возвращаясь после школы домой, я столкнулась с какой-то компанией странно одетых мальчишек. Среди их числа моё внимание привлекла девочка: изящно и красиво одетая, прямо как маленькая принцесса. Только всё впечатление портили злая ухмылка и какой-то лихорадочный блеск в глазах. Чуть присмотревшись, я с ужасом осознала, что передо мной стоит Каролина — моя одноклассница, с которой мы сегодня чуть не подрались. — Она? — подал голос какой-то парень, обращаясь к девчонке. Каролина утвердительно кивнула. Парень обернулся и пошёл на меня. Я тут же начала отступать. — Тебя мама разве не учила, что нужно делиться? — спросил он, щёлкая пальцами. Я как могла старалась сохранить остатки самообладания. — А её разве не учили, что нельзя брать чужие вещи без разрешения? Лицо Каролины исказила гримаса злости. Парень схватил меня за кофту и приподнял, прижав к стенке. Помню, её мне связала мама ко дню рождения. Я её очень любила и дорожила ей. Послышался треск разрываемой ткани. — А ты ещё и невоспитанная, выходит? — парень ударил меня в скулу. — Нужно научить тебя, как со старшими разговаривают! Не успев отойти от удара, я отлетела от стенки и, больно ударившись ногой и локтем, упала на землю. В глазах застыли слёзы злости и обиды. Чтобы не закричать от боли, мне пришлось закусить нижнюю губу. Этот жест так и остался со мной на протяжении всей жизни. Вставая на ноги и поправляя кофту, я побежала на парня, который как раз отвернулся, что и стало его ошибкой. Запрыгивая ему на спину в считанные секунды, мои зубки резко впились его ухо. Парень зарычал от боли, пытаясь сбросить меня с себя. — Ах ты маленькая шавка! — ему всё же удалось задуманное, из-за чего я вновь упала, практически на то же место. Он медленно приближался ко мне, держась за ухо. — Ну всё, сучка, сейчас я тебя убью! Парень замахнулся на меня своим огромным кулаком. Вся жизнь промелькнула перед глазами: первая ангина, первый поход, первая ночёвка у Чифую и даже, как иронично, первое сентября. На моё счастье из школы выбежал Баджи. Молниеносно среагировав, он бросился на парня и одним ударом отбросил его от меня на несколько метров. — Ты как, цела? — брат казался очень обеспокоенным. — Как видишь, — ответила я, всхлипывая и потирая нос ладошкой. Баджи ласково провёл ладонью по щеке, убирая волосы и открывая своему взору приличный синяк под глазом. После этого на брата было страшно смотреть. Подняв руку для хорошего удара, он побежал на парня, который всё ещё лежал на асфальте. — Нет, не трогай моего братика! — завопила вдруг Каролина. Баджи на секунду замешкался, но всё равно нанёс приличный удар лежащему. Я медленно поднялась с земли. — Баджи, оставь его. — Рея, помолчи пожалуйста и не делай резких движений. У тебя, вероятнее всего, сотрясение, — брат продолжал наносить удары, пока парень не затих. Мне же оставалось только равнодушно наблюдать за ужасом Каролины. «Хах, так тебе и надо», — мысленно произнесла я. Баджи тем временем выяснил, что произошло со слов друзей того парня. Как оказалось, да и впрочем, как и было на самом деле, моей вины не оказалось. Парень извинился и даже похвалил за ту неожиданную атаку. — Никогда не видел, чтобы девчонка была способна на такое, — мы пожали друг другу руки. — А с тобой, Каролина, я поговорю дома, — парень за ухо увёл свою верещавшую сестру. Брат посмотрел на меня с восхищением. — И какую же атаку ты провела, сестричка? — с улыбкой спросил он, сажая меня к себе на плечи. — Запрыгнула ему на спину и укусила за ухо, — со смущением ответила я. — Умно, — похвалил меня Баджи. — Идеальное нападение для твоего телосложения и роста. С тех пор эта атака стала фирменной в моём арсенале. Она не раз мне помогала в битвах против громил. Зачастую никто не ожидал, что такое вообще можно провернуть. — Придётся мне, Рея, учить тебя самообороне, — сказал брат, сидя у меня в комнате и накладывая лёд на мою травму. Когда мама пришла домой, разумеется, завалила нас кучей вопросов. Мы отвечали односложно, не посвящая её в подробности. Баджи сдержал своё слово, и уже через неделю после случившегося я отрабатывала удары под его присутствием. — Резче! Да, вот так. Сильнее! — комментировал он каждый мой удар. К концу тренировки костяшки были сбиты, волосы растрёпаны, дыхание прерывалось. — Ты умница, Лорель, — брат обнял меня. Снял со своего запястья резинку, взял мои волосы и ласковым быстрым движением собрал их в высокий хвост. — Так лучше, — улыбнулся он, показывая свои клычки, вызывая тем самым у меня ответную улыбку. Прошло некоторое время с начала наших тренировок. И Баджи, и я очень изменились. Брат стал реже появляться дома, ссылаясь на прогулки с друзьями. Ещё больше замкнулся в себе, резко и, мне казалось, даже грубо отвечал на вопросы матери. Я к этому времени благодаря тренировкам почти в идеале освоила основные и даже придумала парочку своих собственных приёмов. Тем не менее, в глаза бросались перемены, происходящие с братом, как бы он не старался скрыть их от меня. Тогда я и предположить не могла, что он уже связался с какой-то бандой, и до последнего не обращала особо на это внимание, ссылаясь на переходный возраст. Пока не стало слишком поздно. Как-то ночью мне захотелось выйти на улицу — обычное дело для нас с братом. Бессонница очень часто напоминала о себе. Недолго думая, я решила зайти за Баджи. Часы показывали уже далеко за полночь. Мягко касаясь ногами пола, чтобы не разбудить маму, я тихо прошла в комнату брата и застала его за очень странным занятием: он сосредоточенно складывал что-то в шкафу. На его кровати я заметила рюкзак и стопку вещей. — Куда-то собираешься? — брат вздрогнул и повернулся ко мне. — Рея, а входить без стука — некрасиво, — он тепло улыбнулся, но глаза выдавали его с головой. — Решила тебя пригласить прогуляться, да вот только ты уже куда-то намылился, — я скрестила руки в районе груди и села на кровать, ожидая объяснений. Баджи тяжело вздохнул. — Хотели с Чифую сделать тебе сюрприз, да видимо, не получится, — брат устало потёр виски. Я выгнула бровь, показывая своё недоверие. — Завтра мы идём с ночёвкой к нему. Я и твои вещи хотел по-тихому собрать, пока ты спишь, — он потёр затылок, виновато улыбаясь. На моих губах непроизвольно заиграла улыбка. — Выдумщики. Вечно всё усложняете, — я встала с кровати. — Пошли, прогуляемся.***
Немного побродив по ночным улочкам, мы вернулись в свои комнаты нашим любимым с ним способом — через окна. На утро брат ушёл из дома… навсегда.… Разумеется, Чифую ни о чём не знал, и ни о какой ночёвке и речи не шло. С этих самых пор мне всё снился один и тот же сон: как Баджи уходит из дома, а я никак не могу ему помешать.
