Не она, а другая

      Ночь в Лиюэ всегда по-своему очаровывала собой. Плавно двигающиеся туда-сюда ветви на деревьях, бережно раскачиваемые тихим ветром. Лишь иногда тот запевал никому не известную мелодию. — Госпожа Нингуан, консультант из Похоронного бюро Ваншэн ожидает встречи с вами. На пороге роскошных покоев небезызвестной Воли Небес стоял миллелит, с некой дрожью в голосе оповестив свою хозяйку о визите очередного гостя её Нефритового дворца. Девушка, что расположилась на темно-алой кушетке недалеко от окна, плавно повернула голову в сторону нарушителя её покоя. Перед блондинкой стоял небольшой столик с кучей бумаг, почти растаявшей свечой и тёмно-серое, серебристое перо, с виду очень дорогое. Она отложила от себя какую-то маленькую, но довольно толстую книжку на стол. Книжка была похожа на своеобразный дневник. Страж нервно сглотнул под натиском спокойных, но в то же время строгих глаз главы Цисин. Вместо какого-либо ответа, оповещающего мужчину о том, что Нингуан его услышала, она неспешно поднялась с места и, смахнув в сторону белоснежные пряди, направилась к выходу. Миллелит молча ушёл с дороги, пропуская девушку вперёд. Легко петляя между коридоров собственного дворца, что Воля Небес самостоятельно возводила годами, от маленькой комнатки до десятков пролётов и окон, его владелица уже через пару минут достигла дверей, что вели на широкий балкон, открывающий действительно непередаваемые виды на гавань, и даже за её пределами, гораздо дальше. Ночной воздух встретил её мягкими касаниями слабого ветерка, немного запутывая волосы, но обдавая лицо приятной прохладой. На балконе, положив одну руку на перила, а другую элегантно держа за спиной, стояла фигура мужчины в темных одеждах. На звук открывающейся двери тот слабо повернул голову ко входу на балкон, ловя взглядом ярко-оранжевые глаза, почти точно такие же, как у него самого. — И что же привело вас сюда, мистер Чжунли? — бросая первый пришедший в голову вопрос, только через пару секунд уловив его суть, девушка неловко смеётся, приближаясь ближе к мужчине. Она прекрасно знала, зачем он здесь. Ради неё. Другой причины и не должно быть. Вместо ответа Чжунли глубоко вздыхает, возвращая своё внимание к окрестностям, что он до этого внимательно рассматривал, погружённый в свои мысли. Он будто выискивал взглядом что-то в кромешной темноте. Или, возможно, кого-то. На то, что мужчина отвлёкся от неё, Нингуан недовольство фыркает, но тут же меняется в настроении, подходя к архонту сзади и уклыдая руки на чужие плечи. Чжунли на это никак не реагирует, лишь с хрипом вздыхает, неоднозначно поведя плечом. Моракс старается смотреть куда угодно, но только не на неё. Не может. Нет желания. — Что-то не так? Чжунли? — Девушка отходит в сторону, чуть наклоняясь к чужому лицу и с тревогой вглядываясь в чужие янтарные глаза. — Нет, всё хорошо, — архонт запинается, — Нингуан. — Тут же поворачивает голову в сторону. Он мог оговориться, мог назвать её тем именем. Потому что привык говорить только его. Но всё равно давит слабую улыбку, от которой у любого появилось бы лишь одно отвращение. Но не у неё. Не у той, которая в такой ситуации приложила бы бледную руку к чужой щеке, нежно поглаживая пальцами. Улыбнулась в ответ искренне, так по-доброму. Так чисто. Так ярко. Так по-настоящему. Но она не улыбнётся. Ему улыбнётся другая. Тоже она. Но новая, ненастоящая; подделка. Она не придёт. Придёт её замена. Казалось, точно она, но не та. Она не утешит. Утешит другая, но точно не она. Больше никогда. Вместо неё подойдёт, скажет, прикоснётся, подарит улыбку другая. Но, казалось, она же. Более сильная, прочная, относительно всех испытаний этого сложного мира. Другая справится. Сможет защитить себя. Будет готова к сражению, будет стремиться к победе. Но это будет не она. Уже нет. — Почему ты совсем не смотришь на меня? — Из неприятных раздумий мужчину вырывает такой знакомый, но чуть более грубый голос. Чжунли даже с надеждой в глазах более активнее поворачивает голову, в надежде увидеть ту самую. Но в ответ на его янтарь смотрят лишь два блёклых солнца, с неприкрытым волнением сверкая в свете тусклой луны, словно та тоже не желает видеть Волю Небес. Словно знает, что эта с виду идеальная девушка, с мягким голосом и такими же мягкими белоснежными прядями, почти всегда заплетёнными в слегка неаккуратный пучок, всего лишь замена той, которую Моракс хотел бы видеть перед собой прямо сейчас. — Утром будет дождь, советую надеть что-нибудь потеплее, — последнее, что кидет на прощание архонт, после чего быстро разворачивается, делая ещё один глубокий вдох и удаляясь в полутьму коридоров Нефритового дворца. Проследовав к выходу из места, в которое мечтал попасть почти каждый второй житель Лиюэ, мужчина проследовал к самому краю, откуда уже с сопроводителем покинул парящую высоко в небе усадьбу. Единственное, чего ему сейчас хотелось — уйти как можно дальше оттуда. Нингуан, что так и осталась на балконе, со слегка помутневшим взглядом и осевшем в сердце негодованием из-за поведения Чжунли, слегка грубо сжала перила и с недовольным прищуром стала всматриваться в ночную пустоту. Она не понимала. — Что его не устраивает? На следующее утро, во время проведения церемонии Сошествия Гео Архонт Моракс пал мертвым телом перед всеми жителями Лиюэ.