Заслоненное солнце

      Дверь в квартиру с противным скрипом открылась. Признаться, к Огаю давно так не вламывались. Да и не нравилось ему это. Обычно, нарушителям покоя прилетала пуля в лоб. Но сейчас все по-другому. На пороге стоял весь мокрый, липкий и грязный..       — Фукудзава-доно? Что привело Вас сюда в столь поздний час? — сигарета мигом полетела в пепельницу, а сам Мори уставился на супруга.       В ответ молчание. Опять! Опять он игнорирует его, будто специально причиняет боль. Будто бы специально убивает. И будто бы невзначай звучит этот похоронный марш... Кого хоронят? Здравый смысл Мори. И от чего-то ему резко захотелось вновь зарыться в эти волосы руками, кратко поцеловать в щеку и обнимать его, мило улыбаясь. Нет, не обнимать — душить! Душить до посинения, пока тот не начнет задыхаться и молить о пощаде. Кричать, звать на помощь, к несчастью тщетно. А потом целовать эти приоткрытые губы: влажно, страстно и до чего же жадно впиваться в них, кусать до крови и не отстраняться часами. Ох, чертов воздух, почему он не может быть неограниченным? Но сейчас из эмоций не осталось даже скупых слез. Он прогорел, как спичка. За ним последуют другие, такие же несчастные и невинные души, попавшие под воздействие этого человека. Этого серебряного волка. Для Мори он — чёртов искуситель, воплощение всего прекрасного и некогда любимый супруг. Иными словами, дьявол. Тот, что делает помешанным на себе. Словно в сладком бреду заставляет тихо и невнятно выстанывать его имя, моля о большем. Действительно дьявол.       И вот, в Огая вновь летят документы о расторжении брака. Он, уже зная содержимое, беспощадно рвет их и смотрит на супруга.       — Да как ты не можешь понять? Я не собираюсь ничего подписывать, я не дам тебе этот развод! — Кричит Мори со слезами на глазах. В эту же секунду тот оказался зажат в стену. Перед ним нависал его объект некоторого обожания.       — Хорошо, не хочешь по-хорошему — будет по плохому. Я сыграю с тобой в "любовь". И я превращу твою жизнь в ад, Огай Мори! Такой ад, что ты через неделю убежишь, поджав хвост. Ты сам виноват в разводе. И ты сам подпишешь эти чёртовы бумаги. Я перекрою тебе доступ к чёртову кислороду...