Ради тебя сквозь время и пространство

– Что, прости? – рыцарь явно опешил от услышанного, но тут же опомнился, беря эмоции под контроль. – Разве не ты под угрозой смерти запретил мне.. – Кэйа. На этот раз я хочу, чтобы ты был рядом. Просто.. Я думаю, он был бы рад снова видеть нас вместе. И ты тоже его сын. Отец очень любил тебя, ты знаешь. – Дилюк пересилил самого себя ради этих слов, лишь бы звучать убедительнее. Только вот кого он пытался этим убедить? Кэйю, до сих пор питающего чувство вины перед молодым Рагнвиндром, бесконечно пытающимся вернуть прежние тёплые отношения? Вряд-ли в этом есть необходимость. Конечно, Дилюк скорее убеждал самого себя. Ещё год-два назад Рагнвиндр не допустил бы и мысли о том, что предательство брата может быть прощено. Проглотить кусок мыла казалось проще, чем упомянуть отца и голубоглазого рыцаря в одном предложении. События пятилетней давности беспрестанно душили винодела во снах, навевая детские воспоминания и превращая их во что-то омерзительное. Что-то одновременно манящее и отталкивающее. Нередко Дилюк путался в своих же чувствах, не понимая, что должен делать дальше. Отпустить прошлое оказалось не так просто. Потому им винодел и жил. До недавних пор.

***

" – Как я мог так слепо довериться тебе? Скажи, как?! – От стен некогда оживленного поместья громким эхом отбивался хриплый голос юноши. Стук тяжёлых сапог по старым, местами багровым от крови доскам сливался с тактом биения сердца синеволосого парня, что сидел оперевшись спиной о дверь. Голос брата за запертой наглухо дверью, казалось, исходил из глубин океана. Затуманенный разум отказывался воспринимать то, что слышал и видел Кэйа. Он позволил себе сидеть неподвижно, наблюдать за алой жидкостью, стекающей из полученных клеймором ран. – Я никогда не прощу тебе этого, предатель. И отец.. Если я замечу тебя у его могилы.. Тебе не жить, Кэйа. – Родное имя отдавало неприятной горечью на языке. Дилюк знал, что рыцарь не останется на винокурне после такой ссоры, но всё же надеялся, что его ещё слышат. Ему пора уходить. Бесшумно выдохнув, Альберих поднялся на ноги, мастерски игнорируя ноющее от травм тело. Конечно, раны полученные в бою можно исцелить. Не раз приходилось. Но заживут ли раны, оставленные где-то в глубине хрупкой души? Можно только надеяться. Сжав рукоять своего местами окровавленного меча, рыцарь побрёл к выходу из винокурни. Больше ему здесь делать нечего. Больше его здесь не ждут. " Бархатный голос парня напротив моментом вывел Рагнвиндра из раздумий. – Показывай дорогу. Ах, точно. Кэйа не знает куда идти. На мгновение винодел растерялся, но вспомнил свой же запрет. Неужели рыцарь всё же послушал Дилюка? Слова брата действительно что-то значили для него, или же сам Альберих не горел желанием повидаться с покойным мастером? – Здесь недалеко.. Солнце давно уже опустилось за горизонт, уступая место бледной луне, что холодным светом заливала узкие улочки города свободы. Приятный ночной ветерок касался волос парней. Альберих шагал чуть позади винодела, скрывая под синей чёлкой любопытные взгляды, которыми одаривал брата. В блеклом свете луны кожа Рагнвиндра казалась совсем белой, а рубиновые глаза будто пылали жгучим огнем, и свет этот отдавал неощутимым теплом. "Красивый.." Большую часть пути парни провели в полной тишине. Город спит, а с ним и природа вокруг. Шелест листвы на деревьях совсем не разбавлял душной атмосферы. – Мы почти пришли. – Младший Рагнвиндр свернул с тропинки в лесную чащу, попутно заставляя себя взять плетущегося рядом капитана за руку. Такой жест винодел позволял себе только в юности. Однако сейчас он показался ему необходимым. Мало ли глупый рыцарь заблудится, отойдя всего на несколько шагов.. Глупо беспокоиться о подобном, но только так Дилюк смог оправдать свой же поступок. Преодолев множество колючих веток, деревьев и кустарников, братья вышли к небольшой поляне. Местность была хорошо скрыта от любопытных глаз, и, по видимому, только Дилюк мог навещать отца. Так жаль, Кэйа ведь тоже хотел. Правда хотел этого. Больше чем кто-либо другой хотел увидеть знакомое имя, пусть уже на холодном надгробии. Хотел бесконечно извиняться, рассказывать, вслушиваться в тишину, обволакивающую каменную могилу. Хотел сказать столько всего, что не успел. Рагнвиндр остановился в нескольких шагах от надгробия, отпуская наконец руку рыцаря и оборачиваясь на него. – Кэйа? "Здесь покоится мастер Крепус" "Рад ли ты видеть меня, отец?" Альберих сделал всего пару шагов к могиле, прежде чем упасть на колени прямо перед ней. Дрожь в руках и учащенное сердцебиение волной настигли капитана. Потерять самообладание и разреветься на глазах у брата капитан счёл бы непростительным для себя. Однако, неожиданно для него самого, эмоции взяли над рыцарем верх, загоняя в угол. Кэйа провел тонкими пальцами вдоль аккуратно выгравированной на надгробии надписи. – ..Пап? – Смешанные чувства настигли Рагнвиндра. Почему Кэйа позволяет себе такое обращение к мастеру на его глазах? Слезы капитана беззвучно разбивались о сырую землю, пока тот уже в сотый раз перечитывал проклятую надпись. – Прости меня, папа.. Я не смог спасти тебя. Я не стал примерным сыном и хорошим рыцарем.. Я не смог защитить.. – Каждое новое слово давалось Альбериху с трудом. Слезы беспощадно душили, выбивая из лёгких хриплые вздохи и всхлипы. – Мне жаль, правда.. Я так сожалею обо всем, что произошло! Слышишь, пап?!.. Я безумно люблю вас, правда.. Если бы я мог все исправить, клянусь, я бы пожертвовал чем угодно ради нашего счастья.. Ради того, чтобы все мы снова были вместе! Я.. Я скучаю.. Рагнвиндр застыл на месте. По щекам уже бежали горячие слезы. Неужели, вызваны они были искренностью брата? Неужели это настоящий Кэйа? Тот Кэйа, что не скрывается за фарфоровой маской безразличия. Тот Кэйа, которого Дилюк знал с детства. Тот потерянный, искренний ребёнок, всем сердцем полюбивший приёмных отца и брата. Мальчик, безмерно любивший всех вокруг. Теперь Дилюк видит. Кэйа такой же, как и он сам. Они оба скучают по старым временам, оба живут прошлым. "Вот оно как.." Краем глаза рыцарь уловил блеск алых волос, владелец которых с тихим вздохом опустился на землю возле капитана. Лёгким касанием плеча Рагнвиндр обратил на себя внимание Альбериха и развёл руки в стороны в приглашающем жесте. Кэйа без раздумий бросился в объятья младшего, уткнувшись в его грудь и давая волю своим эмоциям. Уж слишком долго он скрывал их. Много боли накопилось в хрупком теле за столь долгое время. Сейчас Альберих чувствовал себя абсолютно беззащитным, слабым. Таким опустошенным.. – Тише, Кэйа. – Рагнвиндр принялся осторожными движениями поглаживать синеволосую макушку в надежде успокоить брата, хоть и сам еле скрывал прерывистые вздохи, сопровождающиеся новыми волнами соленых слез. Безумно тяжело. – Мне так.. Жаль.. Люк.. – Я знаю. Несколько часов, проведённых на холодной земле показались Дилюку вечностью. Теперь на его холодных руках мирно сопит капитан рыцарского ордена. Его тело по-прежнему мелко подрагивает, напоминая о совсем недавней истерике, что невольно перенёс Альберих. Винодела и самого уже клонит в сон, только вот правильнее было бы сначала донести рыцаря до винокурни, уложить в тёплую кровать с кучей мягких подушек, а уже потом и отдохнуть самому. Так он и собирался поступить, но слабость неожиданно сковавшая капитана будто передалась и Рагнвиндру тоже. Сон на холодной сырой земле не входил в планы парня, однако усталость взяла верх, в момент забирая и Дилюка в царство сна.

***

– Эй! Здесь есть кто-нибудь? Темно.. И так холодно. Сны посещают Дилюка крайне редко, а если ему и доводится запечатлеть нечастое сновидение, то это конечно воспоминания из его прошлого, кошмары. А этот сон.. Это что-то другое. Абсолютная пустота вокруг, тяжёлый воздух, кажется даже дым, обволакивающий по-прежнему уставшее тело. Куда ни посмотри – вокруг тьма. – Дилюк? "Знакомый голос.. Откуда?.." – Дилюк, обернись! Рагнвиндр, на секунду застыл в полной растерянности, но следуя команде повернулся, всматриваясь в пустоту. – Что здесь.. – не успев договорить, винодел был схвачен за руку. Кто-то сильно потянул его на себя, заставляя бежать следом сквозь темноту. От неожиданности, сковавшей разум, Дилюк даже не стал сопротивляться. Оставалось надеяться, что его выведут отсюда. Несколько секунд, и дым обволакивающий Рагнвиндра стал понемногу рассеиваться. Тёмный силуэт, буквально тащивший винодела за собой, приблизился, позволяя наконец себя рассмотреть. – Да что ты себе.. Кэйа? Альберих явно не собирался отпускать руку брата, лишь внимательно осматривал того. Во взгляде рыцаря точно виднелось беспокойство, а глухой стук его сердца разрезал давящую тишину. – С каких пор ты мне снишься? – на лице Рагнвиндра проскользнула ухмылка. – Ты тоже уснул? – рыцарь неосознанно сжал запястье мастера сильнее. – Что-то не так, Кэйа? Это всего лишь сон, разве нет? – Это не сон, это что-то другое.. – О чем ты? – У меня не получается проснуться, Люк. Я бродил здесь слишком долго.. Потом услышал тебя и сразу же побежал на голос. – Хочешь сказать, мы оба теперь застряли в этом сне? – Рагнвиндр не спешил верить словам стоящего перед ним рыцаря. Возможно, это действительно просто сон, и воображение самого Дилюка играет с ним злую шутку. – Почему ты так спокоен? – Брось, Кэйа, это всего лишь мой сон и ты скорее всего просто образ, созданный моим разумом. – Голос Дилюка звучал гораздо серьёзней, чем минутой ранее. Верить словам этого Альбериха не хотелось, но и рыцарь не собирался отступать. – Но я говорю правду, Дилюк! Это не похоже на сон. И ты, и я, мы настоящие! Поверь.. – Тонкая ладонь в перчатке легла на губы капитана, заставляя того замолчать. Рагнвиндр собирался вновь возразить словам старшего, но не успел. – За вами так забавно наблюдать. – Мелодичный женский голос эхом разнесся по безграничному пространству. Его обладательница, кажется, пока не спешила показаться. – Кто вы? – Винодел медленно убрал руку от лица рыцаря, взглядом пытаясь приметить источник звука. – Я хочу помочь вам. – В интонации говорящей промелькнула улыбка. – В особенности тебе, Кэйа. Альберих настороженно вслушивался в каждое слово неизвестной, судорожно пытаясь сообразить, что та имеет ввиду. Не дождавшись ответа, девушка продолжила: –..Я знаю насколько тяжело в одиночку нести груз прошлого. – Кэйа ощутил касания тонких холодных пальцев у основания шеи, затем на собственных плечах. – Чувство вины не позволяет тебе дышать свободно, причиняет боль. А единственный, кто может помочь, отвергает. И чтобы не страдать, иногда хочется покончить со всеми тяготами раз и навсегда. Я права, Кэйа? Альберих стоял неподвижно, боясь даже выдохнуть. В уголке единственного глаза мелькнула слеза. Нежный женский голос звучал за спиной, совсем близко. Дилюк пытался разглядеть силуэт, стоящий за капитаном, однако различимо было лишь слабое свечение. – Поэтому я здесь. Чтобы помочь. – Ощущение чужих рук пропало с плеч рыцаря, и он набрался смелости обернуться. Весь туман в миг рассеялся, помещение на секунду осветилось, будто от удара молнии. Парням пришлось рефлекторно зажмуриться, да бы привыкнуть к яркому свету. Когда же зрение пришло в норму, им удалось наконец разглядеть необычную девушку. Поразительно длинные волосы, белоснежные у корней, абсолютно чёрные в концах, волнами лежали на острых плечах. Экзотический наряд придавал красавице величественный вид, даже слишком. Платье, отдалённо напоминающее кимоно, прекрасно подчеркивало стройное тело, а широкая белая лента, переброшенная через плечи практически покрывала оголенные ключицы. Худые, длинные пальцы украшены множеством винтажных колец. На груди золотое на вид украшение, чёрная нить с аккуратной подвеской в виде песочных часов. Внутри висящей стекляшки хаотично двигаются серебристые песчинки, издающие слабое свечение. Глаза янтарного цвета заметно контрастируют с бледной как снег кожей. На бледных губах застыла доброжелательная улыбка. – Моё имя Элиал. Я хочу, чтобы вы выслушали меня. – девушка окинула братьев холодным взглядом, продолжая удерживать ухмылку на лице. – Вам обоим тяжело сейчас, я права? Наш загадочный мастер не может доверять людям как прежде и скрывает свои настоящие эмоции под маской, а его явно дорогого друга уже который год изнутри пожирает чувство вины в перемешку с одиночеством. Бедняжки. – Ближе к делу. – На твоём месте, Дилюк, я бы не была столь груба. Поверьте, я могу изменить ваши жизни, это точно стоит нескольких минут терпения. – Во взгляде девушки промелькнуло раздражение, однако тёплая улыбка всё не сходила с её лица. – Вы правда можете помочь? Если это так.. Я не вижу смысла отказываться. – Кэйа, ты с ума сошёл? Мы ведь даже не знаем кто она. – Я понимаю. – Альберих тяжело вздохнул, решительно делая шаг навстречу незнакомке. – Каковы условия? Что мы будем должны взамен на вашу услугу? – Это уже другой разговор, ребята. – В глазах девушки загорелся огонёк, говорящий о её заинтересованности разговором. – Вряд-ли вы сможете сделать что-то для меня. Считайте мою помощь милостью богов к вам. Рагнвиндр наблюдал за диалогом из-за спины рыцаря, недоверчиво вслушиваясь в голос дамы. Чудес не бывает, молодой мастер с детства знал это, и помощь незнакомки, да и с по сути неисправимой проблемой, вызывала огромные подозрения. Кто знает, что она может и вообще, реально ли все, что сейчас окружает парней? Довериться Элиал Дилюку казалось просто глупым. В отличии от Кэйи. – Ты говорил, что пойдёшь на что угодно, чтобы всё исправить, верно? – Кивок рыцаря послужил желаемым ответом для девушки. – Тогда.. – Ты уверен, что стоит ей доверять? – Рука в чёрной перчатке легла на плечо Альбериха, слегка разворачивая того к говорящему. Нахмуренное лицо винодела выражало не злость или раздражение, как могло показаться, а беспокойство. Именно беспокойство. Страх перед неизведанным, желание отступить, но.. – Пути назад нет, Люк. Я сделал выбор, сделай его и ты. Помоги же мне исправить ошибки прошлого.. Нежный взгляд и искренняя улыбка на лице капитана туманом обволокли разум Рагнвиндра. Размышлять Дилюк более не стал. – Хорошо. Я согласен. – Решительный взгляд винодела направлен прямо на девушку. Та же с азартной ухмылкой протянула вперёд руку. – Небольшое символическое рукопожатие. Считайте это заключением нашего контракта. – первым пожал ладонь Альберих, за ним и Рагнвиндр. "Прошу, пусть все действительно получится.." Одобрительный кивок Элиал, громкое сердцебиение рыцаря и нарастающее беспокойство винодела. Тихий звук тиканья часов где-то в темноте. Секунды проносятся слишком долго. Кажется, девушка на чем-то сосредоточена. Тик. Так. – Сейчас. Девушка сделала несколько шагов назад, и, закрыв глаза, стала тихо что-то нашёптывать. На груди её замигала подвеска. Странный свет так и грозился вырваться из хрупкой стекляшки. Возможно, этого бы не произошло, если бы Элиал не поспособствовала освобождению силы, заключённой в сосуде. Сорвав побрякушку с шеи, и разбив о твёрдую землю, она выпустила на волю то, что в ней обитало. Чёрный туман вновь заволок все пространство вокруг, сильно ухудшая видимость. Земля под ногами кажется стала намного мягче. До такой степени, что постепенно начала поглащать стоящих на ней Дилюка и Кэйю. Попытки выбраться из ловушки успехом не увенчались, а сопротивление лишь добавило проблем. Из чёрной жидкости показались тонкие, чёрные как уголь очертания рук. Альберих готов был закричать, но не успел, ощутив костлявую руку, крепко зажавшую ему рот. Ещё несколько таких конечностей, появившихся из черноты, потащили капитана и младшего мастера на дно живой трясины. Последним, что отпечаталось в памяти каждого из братьев, был хищный блеск янтарных глаз и приглушенный женский смех. И вот снова темнота. – Удачи вам. Силуэт медленно уходящей в пустоту девушки растворился во тьме вместе с кошмарным сном.