Дети огня

Смерть придет. У нее будут твои глаза. Вопросительный взгляд. Чуть приподнятые в полуухмылке уголки губ. Заинтересованные лица одноклассников, взявшихся непонятно откуда. Будто это у нас сейчас будет "микро-соревнование" под названием: "кто кого переглядит". - Н..нет, на юбке ничего. Показалось, что следы от мела, но нет, - я постаралась смущенно улыбнуться. Только вот взгляд так и опускался то на туфли, то на край юбки. Выше нельзя. Выше не надо. Мне стало жарко. - Спасибо за беспокойство, но от разговора тебя это не спасет, дорогая. Только теперь она стоит позади меня, а Наташка знаками пытается показать, что нам бы лучше отойти к противоположной стене. Но. Наташа не знает, что я уходить не хочу. Что мне нравится стоять здесь, рядом с Маргаритой Андреевной, изредка касаться ее плеча своим плечом, извиняться, и слышать в ответ такие же извинения, если первой касалась не я. - А ну, посторонись! В спортзал буквально влетел физрук, следом, звонко стуча каблучками, вбежала учительница литературы. Дама, можно сказать, очень своеобразная. Среднего роста, с вечно волнистыми волосами темного цвета, симпатичная. Ей было около сорока, но, я бы дала ей максимум тридцать. - О, сейчас будет жарко, - произнес кто-то из ребят. Все расступились, образовав круг. Мы с Маргаритой Андреевной плавно сместились к стене, точнее, нас буквально прижали к этой самой стене. Она позади, я впереди. КАТАСТРОФА. Я упиралась прямо в ее, кхм, грудь. От чего буквально умирала. Умирала от стыда и чего-то еще, волнительного и нового. А еще мне было тепло и хорошо, будто я была не в школе, а дома. Пару минут я старалась успокоить дыхание. И, когда мне это, наконец, удалось, немного расслабилась. Она мой классный руководитель, мы знакомы уже тысячу лет, мы всего лишь жертвы обстоятельств. И всё. А возле турника разворачивалось настоящее соревнование. Физрук и литераторша стояли друг напротив друга и с вызовом смотрели друг другу в глаза. Валентина Петровна при это натягивала полуперчатки на свои изящные кисти. - Давайте уже быстрее, скоро звонок! - крикнул мой одноклассник. - Ай, что ж ты такой громкий? - услышала я тихий шепот позади себя. Обернувшись, увидела, что Маргарита Андреевна держится за голову рукой и медленными движениями массажирует виски. - У вас болит голова? Учительница не ответила, лишь посмотрела на меня долгим взглядом. - У меня есть таблетки, могу принести. Снова взгляд. - Спасибо, не стоит. И она посмотрела мимо меня. Будто и не было этого разговора. Я грустно усмехнулась и пошла к выходу. Для меня представление закончилось. Как потом оказалось, оно и не начиналось. Физрук, как истинный джентльмен, любезно согласился провести урок после литераторши, она сняла с рук "перчатки войны", пожала его руку в ответ и, с победной улыбкой пошла проводить урок. - Так что, милая, ничего важного ты не пропустила, одна скукота, ну, разве что, что Маргарита Андреевна вышла за тобой почти следом. Да-да, не смотри так удивленно. Она вышла, но почти сразу же вернулась. Только стояла уже возле двери, точнее в дверях. В коридор постоянно смотрела. И, кажется, была чем-то обеспокоенна. Не ты ли нашу Даркушу разволновала? Признавайся, проказница, - весело подмигнула подруга, а я не нашла, что на это ответить. - Да я шучу, расслабься, лучше скажи мне.. Через пару минут вернулась Маргарита Андреевна. Она была бледнее чем обычно, но также бодра и строга. Сразу же приступила к опросу. И вроде бы всё как обычно, только вот ладонь учительницы постоянно касалась левого виска. Я буквально силой заставила себя отвести взгляд и посмотреть в учебник. Она сама отказалась от помощи, так почему я должна беспокоиться из-за чужой головной боли? Спустя двадцать минут нас отпустили, причем даже без домашнего задания, что было не свойственно для Маргариты Андреевны. Но, класс этому был только рад, все, в том числе и я, быстро собрали вещи. - Подойди к ней! - шепнула мне на ухо Наташа. Я недоуменно посмотрела в ответ. - Зачем? - всё еще не понимая смысла слов подруги переспросила, закидывая пенал в сумку. - Да просто подойди, видишь, она на себя не похожа сегодня. - моя бровь автоматически поползла вверх в немом вопросе. - Ну ладно, не сегодня, последние пару часов. Подойди и спроси, всё ли хорошо, ну что ты как маленькая! Она же тебе .. важна, ты ей, похоже тоже небезразлична, ей будет приятно. Да и тебе спокойнее, а то весь урок ерзаешь, дыры в нашей Снежной Королеве прожигаешь. Я стояла и смотрела на подругу, удивляясь всё больше и больше. - Так заметно? - голос был каким-то сбившемся от волнения, будто говорила не я, а кто-то другой. Наташка лишь хитро улыбнулась в ответ и тут же отрицательно покачала головой. - Эх, Дарья, душа ты моя, я же тебя тысячу лет знаю. Я знаю про тебя всё, ахаха! - словно злодей из мультиков захохотала Натали, а я сглотнула. - Всё, иди. Только сильно не шали, - подмигнула и тут же смылась. А что я. Я осталась в этом опустевшем кабинете с громко стучащим сердцем и слегка подрагивающими руками. - Даш, ты разве не хочешь домой? Она даже говорит на пару тонов тише чем обычно. Вот взрослая женщина, а ведет себя как ребенок! - У вас же болит голова, таблетку, я так понимаю, вы не пили, почему отказались от помощи? Я же не яд вам предложила, а всего лишь средство от боли. Или вам нравится терпеть боль? Кажется, судя по устремленному на меня взгляду, стоило уйти вместе со всеми.. Учительница склонила голову на бок, но взгляд не отвела. Я тоже смотрела в ее будто немного потускневшие льдисто-небесные глаза и ждала. Спустя пару минут, Маргарита Андреевна улыбнулась. - Ох, Дашка, и чего ты обо мне так заботиться стала? Раньше убегала после уроков в числе первых, здоровалась через раз, а сейчас.. что изменилось, милая? - Была молодой и глупой, каюсь. - я склонилась в шутливом поклоне, но тут же со всей серьезности в голосе добавила: - Что-то да изменилось. И, давайте серьезно, может вам воды принести? Или не знаю, может домой проводить? Точнее отвести под ручку.. - последние слова вырвались случайно и совсем тихо, и, я отчаянно надеялась, что их она не услышала. - Ну, если мы решили серьезно, то проводи. И смотрит, улыбаясь, как-то немного хитро, будто на чем-то меня подловила, а теперь сидит, прижимает тонкую ладонь к щеке и улыбается. Красивая. - Правда? - в данный момент я почувствовала себя маленькой девочкой, которой пообещали, что сейчас случится чудо, и оно случилось. Эта шикарная женщина согласилась, чтобы я ее проводила! Чудо же! - Правда, только не под ручку, а за ручку. Так удобнее, - подмигнули мне в ответ. - Как вам будет удобно, я подожду вас внизу. - Ты какая-то сегодня грустная, что-то случилось? Мы медленно шли по тротуару в сторону дома Маргариты Андреевны. Вокруг было на редкость тихо. Даже изредка проезжающие мимо машины не нарушали странный покой. Странный, потому что сейчас самый час-пик. И такая тишина была даже немного пугающей. Мы и вправду шли, держась за руки, виной этому был недавно прошедший дождь, снова затопивший город в своих пресных водах, и неловкая я, которая подскальзывалась чуть ли не на каждом шагу в своих новых кроссовках с оказавшейся совершенно отвратительной подошвой. А Маргарита Андреевна, пару раз удержавшая меня за локоть от падения, после этого молча взяла мою ладонь в свою теплую. Я смутилась, боясь, что кто-то из учеников увидит, как мы уходим из школы так, а ей, кажется, было совершенно все равно. - Вам показалось, всё хорошо. Как ваша голова? Еще болит? Маргарита Андреевна лишь кивнула. Пару минут мы шли молча. И это молчание не давило, а наоборот, будто обволакивало приятной дымкой тепла.