Дети огня

Естественно, весь вечер я думала только об этом сообщении, а еще о том, что возникшие так неожиданно чувства нужно усмирить, и усмирить как можно быстрее, потому что иначе мое юное сердце просто не выдержит. Ну или нервы. Я стала замечать, что слишком часто подхожу к окну, подолгу смотрю вниз и неожиданно ловлю себя на мысли, что хочу почувствовать, какого это - падать, вот так, вниз. Какого это, когда нет возможности что-то изменить, и остается только принимать то, что происходит. А потом мне становилось страшно от этих мыслей, я быстро одергивала шторы и включала свет. Утро наступило неожиданно быстро. Солнечный свет мягко разлился по паркету. Еще теплые лучи осеннего солнца аккуратными полосами легли на мои оголенные ноги. Слышался далекий звук сирены, у кого-то утро было не очень добрым. А мое утро было тихим и уютным. Несмотря на бессонную ночь, я чувствовала себя бодрой, а горячий свежесваренный кофе идеально завершил картину. Сегодня было решено идти в брюках с высокой посадкой, черной рубашке и черных кроссовках. Стрелки на глаза, и вот, я уже иду по родному тротуару к школе. К Маргарите Андреевне было решено не идти. В конце концов, зачем мне к ней идти? Тем более, что биология третьим уроком. Сегодня нужно быть сдержанной и строгой. И, по возможности, тоже избегать встречи с классной руководительницей. - У, какая мадам! - Наташа, как всегда неожиданно, подкралась со спины. - Какая? - Такая! Ты что, сердечки в моих глазах не видишь?! - игривое подергивание бровями, губы бантиком, и вот мы смеясь идем на первый урок. - О, смотри, математичка сегодня вроде в настроении, может не спросит? Кстати, а ты к Маргарите Андреевне заходила? *** - Рит, подожди, а как же совместное фото? Крикнули вслед уже подошедшей к выходу из учительской учительнице. Но та лишь отмахнулась, на сегодня фотографий достаточно. Концерт прошел удачно, коллеги похвалили за оригинальный сценарий, а директор пообещал отблагодарить. Только женщине это все было неинтересно. Она кивала и вежливо улыбалась окружающим, но мысленно была далеко. "Сцена. Ребята репетировали свои номера, играла музыка. Все были чем-то заняты, а сама Маргарита то и дело смотрела на дверь, в надежде, что эта Наталья вместе с Екатериной Львовной объявятся в ближайшие пять минут, иначе им влетит по полной программе. Повесили всё на нее одну, будто у нее нет других дел! Еще раз просканировав зал взглядом, Маргарита с тяжелым вздохом поднялась и сразу пошла к двери. Она чувствовала, что с каждым шагом внутри растет недовольство поведением коллег и собственных учениц. Ладно Наталья, ветер в голове у девчонки, хоть и организатор великолепный, но Дарья, ответственная девочка, неужели и она туда же? - Нет, она не может так меня подвести, не может. Или может? Женщина вспомнила серьезный и такой притягательный взгляд Дарьи, будто показывающий, что всё будет хорошо, и успокоилась. Ее девочка не подведет. От этого "ее" так внезапно вырвавшегося наружу, женщина застыла и с ужасом посмотрела на чуть подрагивающие руки. - О, Маргарита Андреевна! Здрасте! С днем учителя Вас! Мы готовы, осталось только пятиклашек послушать. Наталья, Екатерина и Дарья появились словно из-под земли, окружили будто онемевшую Маргариту. Женщина силой заставила взять себя в руки. - Да, пойдемте, - растерянно произнесла она, стараясь не смотреть на Архипцеву, появление которой заставило сердце биться быстрее. "Это всё тот чертов сон! И надо же было ему присниться! Теперь шарахаюсь от собственной ученицы! Будто она и правда способна поцеловать тебя." Взгляд быстро скользнул по персиковым, необычайно пухлым губам ученицы, затем к глазам, казавшимся из-за макияжа просто огромными. - Так, Наталья, пошли за мной. На выступление детей женщина почти не обращала внимание. Снова погрузившись в свои мысли, вернулась в реальность лишь тогда, когда стройная фигурка осторожно скользнула к двери. Женщина засекла время. "Ну, Архипцева! Предупреждала же, чтобы никто не уходил раньше времени, - злилась про себя женщина, увидев, что Дарьи нет уже почти пятнадцать минут. Шепнув Екатерине, что скоро вернется, вышла из зала. Где искать ученицу не знала. Осмотрев все предположительно "любимые" места Дарьи, глубоко вздохнула и, махнув рукой на это всё, устало пошла к своему кабинету. Она правда устала за этот день, хотелось тишины, а еще домой. Также устало толкнула рукой дверь, медленно зашла внутрь и застыла на месте. - Бог мой! Кто? Когда?! Подошла ближе, коснулась руками нежных лепестков, вдохнула аромат, тонкий и свежий. Присела на стул и улыбнулась - её любимые. - От кого же эта красота? - прошептала в пустоту, осторожно осматривая пространство между пышными бутонами. "Для самой нежной", - гласила маленькая открыточка, найденная на столе за вазой. Так и просидела до конца концерта, с робкой улыбкой на губах. *** - Нет, и не собираюсь никуда заходить. - Ну, она же просила, - математичка что-то писала на доске, а мы, лениво скатывали ее записи в тетради, урок проходил на редкость ленно. - А я не пошла, не вижу смысла идти к человеку, который буквально от тебя шарахается без особых на то причин, - я раздраженно повела плечами и продолжила выводить своим корявым почерком цифры и знаки. - Может ты ей в эротическом сне приснилась, и теперь она избегает тебя в страхе сорваться и изнасиловать где-нибудь на уровне второго этажа... - Наташка мечтательно закатила глаза, а потом засмеялась, я покачала головой, в очередной раз поражаясь пошлости этой девочки. - Пошлячка! - Стесняшка, - мне нагло показали язык и снова засмеялись. - Девочки, я вам не мешаю?! - прогремел до этого момента еле слышный голос математички, мы сразу выпрямили спины и сделали вид, что активно записываем материал. Только вот эта дурында - Наташа, не выдержала и захихикала.. - Вон из класса! Обе! И чтобы до конца урока не появлялись!!!! - повторять дважды нам не нужно было, схватив сумки, быстро вышли из кабинета, и, уже за дверью. громко засмеялись. - Кажется, нам пипец, но ты видела её лицо? - смеясь, утирала выступившие из глаз слезы Наташка, уводя меня подальше от кабинета. - Ага, главное, чтобы нашей леди Дарк не нажаловалась, а то она точно нас выпорет. - Ой, да ладно тебе, мечтаешь, наверное, об этом, - подмигнула мне девочка и ускорила шаг. - А ну стой, зараза! Мы побежали по коридору. совершенно не зботясь о том. что сейчас середина урока, что можем встретить директора или кого-то из завучей, нам было весело и хорошо, словно мы те самые пятиклассницы, стащившие в столовке пирожки и убегающие от гнева милой тети Люды. Я на мгновение повернула голову влево, и тут же умудрилась со всей силы влететь в кого-то. На секунду я застыла, пытаясь справиться с легким головокружением и мельканием звездочек перед глазами, а затем посмотрела на того, в кого врезалась. - Твою мать. - на автомате произнесли мои губы, видя перед собой крайне суровое выражение лица Маргариты Андреевны. Да, конечно, в кого я еще могла врезаться, как не в неё?! Из всех учителей именно ей нужно было оказаться сейчас на этом этаже в это время! Я злилась на эту ситуацию, а она держала меня за плечи так крепко, что я буквально чувствовала, как разливаются гематомы. - Мало того, что вы носитесь как сумасшедшие во время урока, так ты еще смеешь выражаться при мне?! Быстро за мной. - она резко убрала руки, при этом слегка оттолкнув меня назад. Наташа стояла возле стены и грустным взглядом смотрела то на меня, то на размеренно шагающую вперед Маргариту Андреевну. - Вот бля. - Я всё слышу! - учительница даже не обернулась. Мы поплелись следом, по пути перебрасываясь тревожными взглядами. Все в классе знали. что разозлить Маргариту Андреевну хуже, чем попасть к директору. Она назначала наказание, а потом, устраивала родительские собрания, на которых, естественно, всплывали все твои "грехи", и, несомненно, после таких собраний, домой возвращаться не хотелось. Мои родители были не строгими, но даже они приходили на взводе, ругались между собой, выясняя, кто же виноват, что дочь такая, оказывается, оторва. А уж за мат могли лишить телефона, либо, что еще хуже, карманных денег. - Даш, мне срочно надо в туалет! - Ты что, хочешь меня бросить?! Она же меня съест и не подавится! - Ну блин, Дах, я реально сейчас того.. Я знала, что если Наташка хочет в туалет, значит реально хочет, поэтому, махнула рукой на этого "писунишку" и смело вошла вслед за учительницей в кабинет. На женщине было черное, плотного кроя платье чуть ниже колен, волосы были собранны в легкую прическу и, неизменная бордовая помада на губах. - Что ж, Архипцева, потрудись объясниться. Она вальяжно сложила руки в замок на груди, тем самым подчеркивая максимальную заинтересованность и строгость. - Что именно вы хотите услышать? Как ни странно, я ее не боялась. Я по ней соскучилась. Ведь все эти дни мы почти не виделись, а если и виделись, она будто меня не замечала. Синий лед глаз напротив будто очаровывал без шанса спрятаться. - Почему ты не на уроке? Почему носишься по коридору? Почему не пришла утром? На последнем слове она отвернулась и подошла к окну, обхватив себя за тонкие плечи. И, это было так трогательно! Она была, несмотря на суровость в голосе и взгляде, такой беззащитной, такой маленькой на фоне этого огромного окна, что хотелось прижать к себе, укутать в паутину рук, шептать всякие глупости, изредка целуя в висок. Но я стояла на месте, боясь сделать хоть что-то. Вдали послышались раскаты грома. Так странно было слышать гром в октябре, погода явно сошла с ума, и я вместе с ней. Шаг. Два. Три. И вот я уже прижимаюсь к этой хрупкой спине, обвив руками талию женщины. Она даже не шелохнулась. - Не обижайтесь, пожалуйста, - я всё же коснулась губами такого теплого и нежного виска слева. Ни с кем и никогда я не позволяла себе таких действий. Было плевать на всё, кроме этого человека, такого взрослого и юного одновременно. Такого сильного и слабого, откинувшегося на меня в успокоительном расслаблении. Не знаю, сколько мы так стояли, прижавшись к друг другу, будто и правда забыв обо всем, и было так хорошо, так спокойно и уютно! А потом Маргарита Андреевна повернулась лицом вперед и крепко меня обняла, прошептав тихое "спасибо". - За что? - также тихо спросила я, прячась лицом в ее волосы. - За цветы, это мои любимые. - Я знала! - с гордостью вырвалось у меня, на что женщина тихо засмеялась. Наши странные объятия безжалостно разрушил звонок. Учительница отошла на пару шагов назад и улыбнулась. - Вообще-то, я должна тебя ругать, - она снова скрестила руки на груди, но смотрела с какой-то нежностью. - Ну, обниматься ведь приятнее, - развела руками я и тоже улыбнулась. На это она тоже развела руками. - Иди давай, встретимся на третьем уроке, бунтарка, - подмигнув, махнула в сторону двери и принялась проверять тетради. Я вышла, сияя от счастья. Мы обнимались! Я целовала ее в висок! Боже..