... От прошлой любви к настоящему счастью!

Ну вот мы и нашли её. *-Господи… Как же я переживаю. Как я ей всё скажу, что я ей скажу? Зачем я вообще приехала сюда, жила одна хорошо, никого не напрягала своим одиночеством, кто меня за хвост дёрнул с мыслью что я её должна найти? Кто…? * — думала про себя Галина. Она жудко нервничала перед встречей с дочерью, если можно так сказать. Ведь она сама не один раз говорила " Мать не та что родила, а которая косы в сад заплетала и на первое сентября с цветами в школу провожала. " Николай Петрович видел состояние своей любимой, хотя та старалась не подавать виду, что не в своей тарелке. — Галь, я тебя очень прошу, глубоко вдохни и успокойся. Всё будет хорошо. — Круглов старался привести её в более адекватное состояние, но ему было это сделать тяжело из-за того, что он вёл машину и просто не мог оторваться от руля и дороги. — Хотя зная подростков, в таком возрасте они могут сказать и сделать всё что угодно или задумать то, о чем даже не догадаешься сразу. — Коля, хватит! — полковник немного с притензией подняла голос на майора — давай прекращай, я и так стараюсь не нервничать, а тут ещё ваши шуточки, товарищ майор. — Ладно, извини. Больше не буду. — майор повинно, надуто опустил голову на малый отрезок времени и стал наблюдать за реакцией начальницы, при этом не отрывался от дороги. Рогозина, заметив его гордо повинное лицо, тут же слегка рассмеялась. Но тут же строго добавила… — Так уж и быть прощу вас Николай Петрович, ещё не заслужили вы при смертный приговор. Настроение поднялось у обеих. Пусть и была напряжённая ситуация и ещё более напряжённая ждала их впереди, при разговоре с девушкой и «её родителями». У Николая иногда проскакивал юмор, в трудные моменты жизни, пусть даже не очень смешной, но Рогозина всегда понимала, когда её зам хочет разрядить обстановку, и старалась подыграть ему. И это всегда срабатывало, даже строгая и серьёзная полковник Рогозина радостно смеялась над их общими шутками, пусть даже иногда глупыми и нелепыми. Так они доехали до дома девушки, в окнах квартиры горел свет. Кто-то дома. Начальство ещё некоторое время просидели в машине, пока Галина собиралась с мыслями, а Николай её не трогал, просто ждал. — Готова? Пойдём? — он виде её на сквозь, решил сейчас или никогда. — Да пошли. — она уверенно вышла из машины и направилась к подъезду. Поднявшись на нужный этаж, женщина не с первой попытки надавила на кнопку звонка. — Коль зачем? Зачем я всё это затеила? — Надо… Надо. Рогозина, что с тобой происходит? Сама рвалась на встречу с ней, а сейчас дрожишь как осиновый лист и назад отступаешь?! А ну давай прекращай! Дороги назад нет! — Круглова это всё уже начинало напрягать, поэтому он немного наехал на Галину, при этом успокаивая её. — Да ты прав…как всегда прав. Ладно…была не была. Пока они стояли разговаривали, дверь открылась. На пороге стояла женщина среднего роста, видно уже в возрасте. Галина сразу поняла кто это и то, что они пришли по нужному адресу. Женщина явно была шокирована, но всё же пустила в квартиру. Какое было удивление увидеть здесь молодую особу, которую на днях они сбили с ног, когда направлялись к автомобилю, стоящему немного по-отдаль от здания обще-специального образования, в котором училась Катерина. -Вы?.. — женщина отрыла входную дверь. То что она увидела повергло женщину в шок и ужас, а точнее кто. — Здравствуйте, вы Наталья? Можно пройти? — Д…Да, конечно проходите. — женщина конечно же сразу узнала кто перед ней стоит. Она сразу поняла зачем они нашли и пришли сюда. И она не очень хотела их видеть в своей жизни, тем более в своём доме или рядом со своим ребёнком. — Вы извините за наш визит, но… — не успел Николай договорить, как в коридоре появилась юная особа. — Здравствуйте. Мам, а это кто? — девушка никогда не могла представить, что неизвестные люди, случайно сбившие её с ног на улице, придут к ней домой, да ещё в такое время.       На часах стрелки показывали половину восьмого вечера (19.30). Обычно в это время дома только Екатерина. Аня на тренировке до позднего часа, а мама на работе. Но тут удача, Елене дали выходной по среди рабочей недели. Под предлогом переработки. — Пройдёмте на кухню, поговорим там. — ели выдавила из себя шокированная женщина, но достаточно чётко и громко произнесла и всё же разрешила незваным гостям пройти в квартиру. Она налила всем чай и стала слушать зачем они пришли, хотя она могла и не слушать их. Она прекрасно знала «под чью душу» они пришли. Но на кухне сидела и девушка, которая на вряд-ли понимала какие новости эти люди принесли в такой столь поздний час. — Для начала я ещё раз хочу извиниться перед вами за прошлую внезапную встречу, на улице. — во время своей речи Круглов смотрел на Катю. — Да ничего, с кем не бывает. Я тоже виновата сто накричала на вас ни за что… Извинения приняты.       Наталья была в ступоре она не понимала про какую встречу идёт речь. — Кать, может объяснишь? Катерина всё рассказала. Как её отпустили с тренировке раньше положенного, как она, после этого, пошла в спортивный центр поддержать сестру. И про случайную встречу с офицерами. — Ясно. Но я не думаю что вы за извинениями пришли…ведь так? Катя в первые видела маму в таком настроении. Обычно это милая любящая женщина, про таких часто говорят «настоящая бабушка», да и возраст уже сказывался, и манерам и нормам этикета была обучена. — Да вы правы. Это касается вашей дочери. — как же Гале было сложно произнести эти слова и не сорваться в эйфорической истерике. Но ей помогала мысленная поддержка Николая Петровича. — Продолжайте. — женщина даже рта не дала раскрыть девушке. А та явно что-то хотела сказать, но видя суровый взгляд мамы примолкла. — Я конечно пойму, если вы запретите наше общение с Катей. — говорила полковник, обращаясь к женщине. — Но я хочу, что-бы она знала кто она на самом деле и… И кто её родители. — Я знаю…я знаю что я ваша дочь. Но для меня это сложно принять и…и я нескоро стану называть вас мамой… Если вообще смогу вас хоть как-то называть, кроме как по имени и на «вы»…И можно попросить одну вещь? — Галина, с замиранием сердца, внимательно смотрела ей прям в глаза, боясь услышать то, что может разбить материнское сердце. Но она уверено кивнула, положительно ответив на вопрос девочки. Та продолжила. — Пожалуйста уедьте отсюда навсегда и не возвращайтесь, не лезьте в мою жизнь. Я не хочу связывать свою жизнь с вами, мне хорошо в своей семье, у меня есть мама и сестра, которых я люблю и которые любят меня.А вас я никогда не знала и знать не хочу. — Девушка ели сдерживала свои эмоции, что бы не сорваться в истерике с криками на них, и ещё больше расстроить. У неё это получалось лучше чем у взрослых.       У «железной леди» ручьём из глаз текли слезы. Она хотела что-то сказать, но её перебили. — Но возможно когда-нибудь настанет время, когда я сама захочу встречи с вами. Я вас найду.— В комнате образовалась гробовая тишина. Лишь было слышно безутешные слезы Галины.       *Я так и знала! Она не приняла меня. На что я надеялась, только жизнь ребёнку испортила. *       Пока все молчали, зазвонил телефон. Это был телефон Кати. Звонила Багира. Девушка ответила на звонок. После короткого она быстро собрала сумку, перекинулась парой слов со взрослыми и убежала прочь из квартиры.