Падший ангел

Как же хочется поскорее уйти. А куда? Некуда, это его дом. Чонгук не знает, почему этот Тэхён на него так действует. Тот просто сидит и мило общается со всеми и отвечает на абсолютно всё, о чём бы его не спросили. Он такой... Маленький. Во всех смыслах. Так смотрит своими карамельными глазами, что кажется, будто только родился и не познал всю жестокость этого мира. Хотя, наверное, оно так и есть. Странно. Со всеми так хорошо общается, уже доверяет и не видит ничего глубже того, что ему показывают, а дружит, как Чонгук понял, только с Чимином. Чонгук принял бы его за демона, но ничего плохого в нём нет, только хитрая улыбка и такие же глаза. — Тэ, — обращается к ангелу Джихан, — Если позволишь себя так называть. Какая у тебя специализация? — Вокал. — Тэхён улыбается и опять это давящее на Чонгука чувство. Как он должен начать с ним общаться, если он так на него действует. — Музыка это моё. Обожаю её. — Не буду просить тебя спеть, хотя послушал бы. Здесь слишком шумно. — говорит Джихан и, о нет, упоминает Чонгука. — Этот мистер тоже любит музыку. Не поёт, конечно, но постоянно ходит в наушниках. Говорит, она его вдохновляет. Чонгук медленно переводит взгляд на Джихана, так и говорящий: «Ты чего творишь???». Но вместо этого встречается с, как бы не было сложно признавать, весьма красивыми глазами Тэхёна. Тот быстро отводит взгляд так, будто в чём-то провинился. Хах, Чонгук его ещё и пугает. Трудно будет, да ладно. — Джихан. Не болтай лишнего. — Хорошо, Гук-и. Чонгук закатил глаза, встал и вышел по направлению к небольшой закрытой беседке за домом. — Он обиделся? — спрашивает Тэхён. Этот парень кажется ему не очень хорошим. И да, он его немного пугает. Ходит весь в чёрном, молчит постоянно, редко что-то говорит и то устрашающе. Единственное, он безумно красив, но ничего это Тэхёну не даёт. — Чонгук? — посмеиваясь, уточняет Джин. — Конечно нет. Просто он у нас такой, как бы сказать, скрытный. Но он нормальный парень. Советовал бы подружиться. — М. — понимающе промычал Тэ, так ничего и не ответив. Подружиться? Чонгук даже смотреть на себе не «разрешил». — Хочешь выпить? — Тэхён отказывается, но продолжает сидеть и общаться с парнями. Они разговаривают об увлечениях друг друга, расспрашивают об учёбе, друзьях и пьют. Тэхён ловит себя на мысли, что идея Чимина о вечеринке не была такой уж плохой. Ему в компании этих парней очень даже хорошо. Ему в принципе среди людей хорошо. Однако, когда все были изрядно пьяны, кроме Тэ, началось обсуждение личной жизни, пошлые шуточки и недвусмысленные вопросы. Тэхёна это смущает, он неопытен в этом, общался с девушками, но ничего более, он никогда не любил и ему, по большей части, и так хорошо. Поэтому, покраснев как рак, после вопроса о своём первом разе, он вышел из дома, дабы «подышать свежим воздухом». На улице совсем темно. Только один фонарик горит. Тэхён ходит по уложенным асфальтом тропинкам вокруг дома и рассматривает свет, исходящий откуда-то издали. Луна так безумно красиво светит. Тэ её очень любит. Она напоминает ему себя. Сама по себе ничто, но безумно красива за счёт того, что отражает свет солнца. Тэхёну кажется, что он такое же «ничто», отражающее доброту и ласку людей вокруг. Просто он ещё ничего не понял. Парень решает подойти ближе к светящемуся маленькому помещению около дома. В нескольких метрах от него он понял, что это беседка. Такая маленькая, из белого дерева и полностью закрытая. Кто делает закрытые беседки? Можно подумать бесполезная. Но ни зайти, ни постучать Тэ не решается. Поэтому, немного подумав, он садится прямо на аккуратно подстриженный газон и, облокотившись о стенки беседки, рассматривает луну. — Привет. — говорит он ей. — Ага. Здравствуй. У луны красивый голос. Правда Тэхён не думал, что он будет мужским. Хотя... Стоп. Тэхён быстро оборачивается и чуть ли не падает на траву. Он, испуганно выпучив свои глазки, снизу вверх смотрит на Чонгука и издаёт тихие, но быстрые вздохи. — Здравствуйте. — Здравствуйте? — недоумевая от такой реакции, переспрашивает Чонгук. Что ангел вытворяет? Почему он такой противно-милый? — Здравствуйте. — повторяет тот, а Чонгук не выдерживает и усмехается. — Боишься меня? — с хитрой ухмылкой на губах спрашивает, а глазами властно приковывает к земле и Тэхён правда не может встать. — Н-нет. Смешной мальчик. Дрожит как осиновый листик от одного взгляда Чонгука, но признать это не хочет. Будто Чонгук не чувствует. Эмоции ангелов хоть и слышны демонам меньше, чем людские, но всё же также ясны. — Всё с тобой понятно, малыш. Что??? Какой малыш? Чонгук сам на миг замирает, не ожидавший от себя такой реакции, а Тэхён так вообще сидит статуей, широко раскрыв глазки. Что с Чонгуком творит этот пацан? Демону явно это не нравится, но что делать. Чонгук садится рядом с Тэ на травку и молча смотрит на луну. А Тэхён... Что Тэхён? Он засматривается на чужой профиль. Парень безумно красив, но характер пугающий и холодный. — Перестань. — даже не посмотрев в сторону ангела, говорит Чонгук. — А... — Тэхён смущённо отводит взгляд. Хорошо, что его не видно в темноте, не то бы Чонгук посмеялся над его реакцией в виде покрасневших щёчек. — Прости. Ты... Любишь смотреть на луну? — Есть такое. — Я тоже люблю. — Тэхён переводит взгляд обратно на небо. — Такая прекрасная. Отражает свет солнца. Я часто её одушевляю. — Если её одушевлять, то она будет скорее глупой, чем прекрасной. — говорит Чонгук то, что Тэ понять не может. — Сама по себе ничто, она скрывается в тени солнца, а после, не производя собственного света, отражает чужой. То есть, получается она потеряла свою уникальную сущность. — Есть какой-то смысл в этих словах, — задумывается Тэхён, — Но я всегда рассуждал иначе. Парень начинает объяснять свою точку зрения и тут уже Чонгук не может отвести взгляд. Каким бы не был ангел, он безупречно красив, до звёздочек в глазах, которые отражаются в его карамельный радужке. Лунный свет мягко падает на тёмные вьющиеся волосы, мило обрамляющие лицо, выражение которого замерло в недопонимании. Парень активно жестикулирует, доказывает, но Чонгук не вслушивается. —... вот поэтому, совсем луна не глупая. — Тэхён наконец улавливает чужой глубокий взгляд на себе и опять смущается. На него постоянно смотрят люди, но именно на него он реагирует по-другому. — Я, пожалуй, пойду, найду Чимина. Нам надо бы обратно. Тэхён поднимается и уже собирается уходить, как слышит тот же холодный голос: — Они сейчас слишком пьяны. Раньше утра ты никуда не сможешь поехать. Я подвезти тоже не могу, не знаю дорогу к вашим. Поэтому, лучше тебе просто подняться на второй этаж в какую-нибудь из комнат и поспать. Чонгук замолкает. Он так и не встал с травы, всё также смотрит на небо. — Мне будет неловко спать в чужом доме. Чонгук хмыкает. — Не на улице же тебе спать. — Хочешь сказать, что я неженка? — Чонгук прям чувствует как ангел возмущённо дует щёчки и буравит его спину взглядом. А может и ручки на пояс положил. — Я такого не говорил. Но да. Похоже. — Эй! Неправда! Я могу спать в любых условиях. — Тэхён всё также стоит, как Чонгук и думал, подперев бока руками и смотрит на то, как он встаёт с земли и подходит к парню. Чонгук чувствует, что боевой настрой мальчика тут же поутих. Он бы побыл с ним и посмущал больше, но не сегодня. Он подходит на опасно близкое расстояние и смотрит на ангелочка снизу вверх. Тэхён смотрит прямо в глаза, потому что привык и потому что никогда не видел таких прекрасных. Единственное, что их портит — холод и безразличие ко всему, но Тэ всё также не может отвести взгляд. Чонгук смотрит также, представляя каким прекрасным демоном может стать парень. Тэхён, поняв, что они стоят слишком близко друг к другу неуклюже отстраняется, а Чонгук предлагает: — Ты можешь уснуть в беседке. — Одеялко там есть? — Конечно. — Тэхён радуется, не понимая сарказма. — Там целые апартаменты, императорские хоромы. Располагайся. — Правда? А с виду она небольшая. Чонгук не сдерживается и впервые за несколько лет уголок его губ чуть приподнимается. Тэхён то ли слишком милый, то ли слишком наивный и верящий всему, что ему скажут, то ли всё вместе взятое. — Ты явно не понимаешь сарказм. — Ты явно плохо владеешь эмоциями. Как его понять, если ты абсолютно серьёзно говоришь? — мило дуется Тэхён, но возмущение тут же сменяется улыбкой, — Но спасибо, я пойду в беседку. Парень уходит, оставляя Чонгука одного со своими мыслями. В который раз он убеждается в том, что Тэхён странно на него влияет. То раздражающе, то, наоборот, притягивает. Что с ним? Нет. Чонгук не даст отстроенной кирпич за кирпичом стене холода вот так вот разрушиться. Сам Чонгук, проведав напившихся в стельку приятелей и знакомых в своём доме, идёт работать. Его любимое времяпрепровождение. Он идёт в подвал. ... Тэхёна будит небольшой толчок в плечо. — Вставай уже, ты на моей территории. — говорит Чонгук и ни капли сонливости нет в его голосе. Свежий, как огурчик. Тэхён сейчас тоже как огурчик... Маринованный. — Ну мам, ещё чуть-чуть, — Тэхён мило заворачивается в клубочек на скамеечке, складывая ручки под щёку и чуть выпятив губы. Ангелы. Что с них взять. — В школу пора, сынок. — равнодушно продолжает Чонгук, никак не признаваясь себе, что мальчик его умиляет. Тэхён издаёт разочарованный стон и встаёт, потирая глазки кулаками. Когда он полностью просыпается и понимает, что назвал Чонгука мамой, его пробирает смех. Такой всё ещё детский и звонкий, а в сочетании с квадратной улыбкой для Чонгука слишком убийственный. От него опять исходит тепло и свет. На Чонгука это слишком давит и опять раздражает. Он просто берёт и уходит, сказав лишь то, что Тэхёна ждут. Сам Тэ стоит в шоке и не понимает, почему Чон с ним так странно себя ведёт. «Ладно, мне и не надо с тобой дружить» — подумал парень и вышел из беседки, где его ждали Хосок, похоже почти не выпивший вчера, и Чимин, напившийся в стельку, но сегодня всё равно выглядящий идеально. Так всегда. Тэ не понимает почему только он сейчас выглядит помятым. Всё равно. — Тэ-Тэ, а я беспокоился из-за тебя, — отчитывает его Чимин, хотя должно быть, по сути, наоборот. — Думал, где шляется мой дружочек. А он в беседке дрыхнет. Даже не предупредил меня! Тэхён подходит и просто обнимает Чимина. Тот сразу же успокаивается. — Эй, это нечестный ход! — смеётся он и гладит Тэ по волосам. — Так уж и быть, прощу тебя. — Не притворяйся, всё равно не можешь долго на меня злиться. К тому же, — Тэхён отстраняется и легонько хлопает друга по макушке, — это я должен тебе нотации читать, алкоголик. Они смеются, пока Хосок не напоминает о времени, садятся в машину и едут обратно к своим. — Рассказывайте, как прошла вечеринка? — спрашивает Хосок. — Я почти ничего не помню, — радостно заявляет Чимин, а Тэ опять в шутку упоминает, что связался с алкоголиком. — Мне, в целом, понравилось. Правда Чонгук какой-то странный. — рассказывает Тэхён и упоминает компанию ребят, которые ему понравились. Хосок напрягся, но никто этого не заметил. — Ты о Джихане, Юнги, Джине и Намджуне говоришь? — догадывается он. — Да. Они милые. Правда, когда пьют, несут всякое, но так у всех, думаю. — объясняет Тэ, активно жестикулируя (это входит в привычку). — Я же говорил, что не стоит с ними связываться, разочаровано вздыхает Хосок, но не успевает Тэхён спросить, почему он так думает, останавливается около палаток. — Будьте осторожнее. Особенно ты, Тэхён. — Я не понимаю о чём ты. — говорит Чимин, пожимая руку на прощание. — Но ладно, мы будем внимательны. — Хорошо. — чуть успокаивается парень и, попрощавшись и с Тэ, уезжает. — С чего бы ему так волноваться? Неужели это из-за тех парней что были на вечеринке? — рассуждает Тэхён, пока Чимин погружён в свои мысли. — Возможно. Не знаю. Главное, — говорит, — Быть осторожными. Всё, что от нас требуется. Хорошо? — Хорошо. ... Хосок никогда ещё не был таким испуганным за абсолютно чужого человека. Он едет к единственному другу выяснять ситуацию. Тэхён слишком сильно напоминает ему Чонгука раньше, когда его глаза искрились радостью. Есть что-то общее между ними. Какая-то аура. Джихан со своими приятелями просто сломали Чонгука. Он сейчас совсем не такой, поэтому Хосок боится за светлого лучезарного мальчика Тэхёна. Он боится, что они не просто так заинтересовались им. Догадывается, что собираются и его сломать. Один раз Хосок не доглядел, второй раз себе этого не позволит. — Алло, Чонгук, да, надо поговорить. Хосок опять заезжает на территорию друга. В этот раз Чонгук встречает его прямо на улице. Обычно он так не делает, значит уже был на улице. — Ждёшь кого-то? — подходит к нему Хосок. — К сожалению. — тяжело вздыхает Чонгук, смотря что-то в телефоне, после чего бурчит себе под нос. — Of course. Иногда он поневоле добавляет английские и французские слова в свою речь, так как достаточно хорошо знает эти языки и, бывает, забывается. — Дай угадаю. Соён пишет. — даже не спрашивает, а утверждает Хосок. Он в курсе всей этой ситуации и знает, что мало чего может раздражать Чонгука. — Именно. Я её сейчас и ждал. — после этого Чонгук немного приободряется, убрав телефон в карман чёрных штанов, — он ходит только в чёрном. — Хорошо, что ты пришёл, я хотя бы от неё освобожусь. Она собралась ходить со мной в спортзал. А на кой мне это? Эх. Чуть-чуть осталось. После того, как я её брошу, наверняка распустит слухи, мол, я импотент. Хосок усмехается: — Что ж ты так? — Мне стоять рядом с ней не хочется, ни то что прикасаться, на большее пусть даже не рассчитывает. — объясняет Чон и завидев фигуру Соён вдалеке разочаровано закатывает глаза и трёт их. — Как же она мне надоела. — Не бойся, добрый Хосок тебя спасёт, импотент. — Добрый Хосок сейчас доиграется. — дальше Чонгук поворачивается в сторону приближавшейся Соён — Прости, но не сегодня. — Как не сегодня? А когда? — она отвратительно дует свои губы, как маленький ребёнок. Почему никто не сказал ей, что это совсем не мило? Тут Чонгук невольно вспоминает Тэхёна, который ненавязчиво делает также и почему-то думает, что у него это как раз таки наоборот забавно. Так. Откуда эти мысли? Надо избавиться от них. — Я так ждала, собиралась. Ради тебя, между прочим. Чонгук, если ты не хочешь меня потерять, тебе стоит уделять мне больше времени. Хосок отворачивается, еле сдерживая смех. Соён сама ходит за ним хвостиком, зачем сейчас выпендриваться? Чонгук смотрит на этот цирк абсолютно равнодушно, но решает спровоцировать её на расставание. — Хорошо, давай, бросай меня. Девушка явно не ожидала такого поворота и выпустила крокодилью слезу, дабы любимейший парень успокоил её. Смешно. Давит на жалость, когда её в Чонгуке совсем нет. — Прости меня, зайчонок, я... — Не называй меня так. — Хорошо. — Соён вытирает «слёзы» платочком, успокаиваясь, говорит дальше. — Прости меня, Чонгук. Я должна была понять и принять, что ты много занимаешься языками, работаешь к тому же. Прости, я больше не буду. Я люблю тебя. О, нет. Опять. Чонгук просто смотрит. Так, словно она пустое место, точнее так, будто её здесь вовсе нет. — Всё в порядке. Можешь идти. — приказывает так, будто без этого она не уйдёт. Хотя, на самом деле, она реально не уйдёт без этого. Какая разница, Чонгуку не сложно покомандовать, теперь это в его характере. — До встречи. Соён уходит и Хосок вспоминает зачем пришёл: — Нам надо поговорить. — В доме. Парни пошли в дом и там уже начался разговор. — Уже все твои приятели знакомы с Тэхёном?— начинает Хосок, сидя в гостиной, цвета в которой преобладающе тёмные. — Нанимаешься в няньки? — Чонгук не специально, у него манера такая, поэтому Хосок не придаёт значения его тону. — Я не хочу, чтобы с этим мальчиком случилось что-то плохое. — Что именно? Говори. — Чонгук смотрит другу прямо в глаза. Они не говорят о теме смены его характера, сейчас надо бы хоть что-то, возможно, вспомнить. — Я не хочу, чтобы вы сделали с ним тоже, что и с тобой в своё время. —объясняет Хосок очевидное им обоим. — Я тебя сейчас не устраиваю? — Ты и сам знаешь, что если бы это было так, я бы здесь не сидел и давно бы бросил тебя. —Хосок реально не понимает, зачем ворошить то, что и так понятно. — Ты дорог мне каким бы не был. Но я безумно виню себя за то, что недоглядел за тобой. Сейчас у меня есть возможность сберечь этого мальчика. — Тебе не за что себя винить. Сейчас мне намного лучше, чем было тогда. Я благодарен тебе за то, что остался со мной. Ты мне тоже дорог, Хосок. Но ты знаешь не все детали. Лучше не вмешивайся в это. — просит Чонгук и отходит к окну, рассматривая вид снаружи. — Зачем ему это? — Кому? — Не притворяйся, Чонгук,— Хосок прекрасно понимает, что друг хочет что-то скрыть. — Джихан. Зачем ему ломать людей? — Во-первых, они не ломали меня, если намёк на это, во-вторых, слишком много нюансов, которых я просто не могу тебе объяснить по определённым причинам. – всё, что Чонгук сейчас пытается объяснить, кажется Хосоку если не бредом, то какой-то загадкой. — Потом ему будет от этого только лучше. — Я так и знал. — разочаровывается Хосок. — Прошу, Чонгук, не ломайте ему жизнь. Он молод, наивен, смотрит на всё... — Именно. Наивен. —перебивает Чонгук, поворачиваясь к Хосоку лицом. — Доверчив и открыт. Если не мы, то причинит боль ему кто-то другой. Мы, считай, хорошее дело сделаем, когда исправим в нём наивность и откроем ему глаза на жестокий мир, при этом не отказавшись от него. — Ты же понимаешь, что в твоих словах нет смысла? — Ты не всё знаешь. Понимаю. — нет, на самом деле Чонгук ничего не понимает. Однако, сам считает по-другому. — Я бы на твоём месте тоже выступал в защиту маленьких добрых мальчиков в этой ситуации. Но доверься мне и не мешай. — Я всё равно буду уговаривать его не связываться с вами. — Хосок понимает, что сейчас либо идёт против друга, либо отдаёт Тэхёна в лапы Джихану. — Хосок. — Чонгук этого, конечно же не ожидал. Что-то переключается в нём в этот момент и глаза блестят злостью. Демон, что и так постоянно при нём, внутри всё разжигает. — Перестань со мной спорить. Мне это надоело. Я сделаю так, как считаю нужным. Ты не сможешь противостоять этому. Что-то не устраивает — скатертью дорожка. Чонгук, естественно, этого не хочет. Однако, сейчас, в порыве злости может говорить что угодно. Он не контролирует это. Всегда, абсолютно всегда он равнодушен и холоден. Это отличительная черта его как демона. Но когда что-то слишком сильно его злит, прорываются неконтролируемые фразы. То, что на языке, то и говорит. Чаще всего Чонгук об этом не жалеет, но только не когда дело касается Хосока. — Вот чего ты добиваешься, — усмехается он. — Хочешь, чтобы я добровольно бросил тебя, друг. Успокойся, Чонгук, а потом я приеду и мы опять поговорим. Чонгук, резко толкнув Хосока в сторону (о чём он уже жалеет), снова идёт в кабинет подвала. Хосок всегда был более мудрым, чем сам Чонгук. Да, ему нужно успокоиться, но где гарантия того, что потом они не придут к разногласиям? Хосок же немного разочарован. Даже не Чонгуком, а собой. Как ему сохранить и Чонгука, и Тэхёна? ... Чимин с Тэхёном приехали как раз вовремя, никто и не заметил их отсутствия. Второй день прошёл не настолько интересно для Тэ. Ребята общались, делились своими увлечениями, показывали свои таланты. Тэхён же предпочёл посидеть в одиночестве. Сейчас для него прекрасно работала фраза «моя хата с краю, ничего не знаю». Даже Чимина попросил рядом не сидеть. Тэ пошёл писать стихи. Для музыканта это не менее важно, но этим он занимается просто потому что ему нравится, также, как и из полученного создавать песню. Парень прошёл на километр от лагеря, не забыв предупредить при этом Давон, положил под дерево куртку (всё равно постирает), присел и начал искать вдохновение в том, что он чувствовал. Преподаватели, читающие его стихи часто удивлялись тому, как у парня получалось описать то, что сам он никогда не испытывал. Странно, но Тэ откуда-то это чувствовал от окружающих. Он впитывал это в себя, а после, выплеснув это в стихи, отпускал. Сейчас ему безумно хочется написать об одиночестве. Я слишком потерян в себе и во всём, Не вижу я жизнь, вижу лишь сон. Он предложил: «Давай вместе пойдём? Во мне ты найдёшь долгожданный свой дом.» Не вижу ответ — отказать ли, принять. Я жизнь хотел бы послушать. Что говорит сон не могу я понять, Но лучше о лишнем не думать. Во сне я видел тёмные стены. Страшно. Ноги дрожат. Взгляд ниже — окровавлены вены. Одиночеством сон здесь богат. Не хочу туда, где никто не услышит, Сон навсегда я, конечно, отверг. Хочу слышать, как люди дышат, А здесь даже писк безответно померк. Сейчас в жизнь поглощён, убегая от сна, Саму жизнь послушать забыв. «Выбрал меня ты» — шепнула она. — «С одиночеством секунду побыв». «От него ухожу» — говорю я в ответ. Жизнь согласно кивнула, Но, очнувшись от сна, не увидел я свет. Жизнь тоже меня обманула. Тэхёну безумно хотелось узнать кто всё это чувствует. Возможно, он не до конца понимает эти эмоции. Возможно, человек, испытывающий это «одиночество», имеет ввиду нечто другое. Однако, это уже Тэхёну не известно. Написав эти строки Тэхён всё равно не смог их понять. Он пишет так, будто это не он вовсе. Парень слишком засиделся и заснул, пропустив момент, когда все начали собираться обратно. За Тэхёном пришёл Чимин и разбудил его: — Соня, быстрей. Там уже все готовы. Тебя ждём. Вещи все я собрал. — А? Спасибо. — Тэ сонно зевает и вместе с другом они направляются к университетскому автобусу. Без проблем доехав до университета ребята разбрелись кто куда. Был уже поздний вечер, но Тэхён не хотел спать. Слишком много он проспал под деревом. — Чем займёмся? Завтра начнётся учёба. Проведём как-нибудь последние часы. — предлагает Тэ, но видит, что Чимин уже весь обмяк. — Я устал. Не хочу ничего делать. Но ты можешь прогуляться по каким нибудь улицам. Итевон, например. Только осторожнее. — говорит Чимин, когда они уже заходят в квартиру общежития. — Я спать. Когда Чимин уже плюхнулся в кровать, Тэхён решил правда пойти прогуляться по Итевону и захватил с собой саксофон. Одевшись в чёрные обтягивающие джинсы и огромную белую оверсайз толстовку, натянул на голову капюшон и вместе с саксофоном, вышел на улицу. Тэ много изучал карты Сеула, поэтому знал примерно где находится эта улица, но всё же предпочёл вызвать такси (да, так поздно, было примерно десять часов), дабы не забрести в какой-нибудь переулок и заблудиться. Водитель оказался весьма весёлым мужчиной, лет сорока. Ехали, общаясь, подпевая песенкам, и смеялись. Тэ нравится, в компании таких людей легко. Время пролетело незаметно. Тэхён заплатил за проезд и, попрощавшись, вышел. Как же красиво. Везде свет, фонари, угловатые улочки, иностранцы и даже сейчас много народа. Как прекрасно. Дух захватывает. Тэхён ходит по улочкам, улыбаясь всем подряд. Тэхён находит место, где он бы смог поиграть на саксофоне. Просто так. Хочется. Тэхён стоял около небольшого кафе, достал инструмент и прислушался к чувствам. Он решил сыграть что-то, подходящее атмосфере. Он решил импровизировать, играя то более динамично быстро и весело, то сбавляя темп и настроение. Так он видел и ощущал Итевон. Для него здесь всё и все такие же разные, как и музыка, что он играет. Через несколько минут игры вокруг Тэ уже собирается толпа. Бесспорно он шикарно играет, но и притягивающая аура и улыбка моментально собирают вокруг него людей. К нему тянутся душой, ища в его игре ту часть, что олицетворяет их. Когда Тэхён заканчивает и люди расходятся, он видит, что не ушла только одна девушка, неподвижно стоящая во всём абсолютно закрытом тёмных тонов, с маской на лице и панамкой на голове. Не видно ничего. Вот абсолютно. Она медленно подходит к Тэхёну и говорит: — Красиво, но ты не передаёшь всё, что здесь есть. — она показала на улицу в целом. — Не понимаю. — Тэ ждёт объяснений. Он всегда любил критику, она помогает совершенствоваться. — Ты не сыграл самоубийство. — Что? Пошли. — Тэхён берёт девушку за руку и ведёт её в кафе, около которого он играл. Сев за дальний столик, где их никто не услышит, Тэхён берёт руки девушки в свои и они просто молчат. Через минуты три Тэхён спрашивает: — Что с тобой? — Мне надоело притворяться. Сама по себе я ничто, — говорит она и снимает панамку. — А та, которой меня видят все, просто ужасна. Но ей легче существовать. Она обращает на себя внимание, хоть и в большинстве на негативную сторону. Я не нужна никому ни настоящей, ни той, кем притворяюсь. — Ты не должна притворяться. Будь собой и обязательно найдутся те люди, которые захотят с тобой общаться. Самоубийство не выход. — объясняет Тэ, всё также для поддержки, держа руки девушки. — Выход. Как раз именно со смертью наступает пустота. Получается именно это и есть выход. — говорит она, а у самой слёзы на глазах. Теперь Тэ их видит. Зелёные. Красивые. В сочетании с тёмными волосами смотрятся потрясающе. Тэхён разубедит её. Он не оставит это просто так. — Даже мой, так называемый, парень скоро меня бросит. — Почему? — Он со мной из-за игры. Думает, я не знаю. Хах. — она невесело смеётся. — Хотя, я его понимаю. Я всегда клеюсь к нему и веду себя как не знаю кто. — Так, не веди себя так. — Не могу. — девушка снимает маску. В кафе всё-таки жарко в ней. Тэхён восхищается. Она правда очень красивая. Странный у неё парень. — Ты такая красивая. Мне нравится с тобой просто сидеть. Будь настоящей и люди потянутся к тебе. Я — Тэхён. — Тэ, наконец, представляется. — Соён. Приятно было с тобой поговорить. Но ничего это не меняет. — она смотрит устало, так, будто прожила уже лет так семьдесят. — Давай общаться? — по-детски смотрит на неё Тэхён. Хотя, несмотря на то, что он уже не ребёнок, видит мир всё таким же светлым. Ангелы. Соён так странно и удивлённо на него посмотрела и, улыбнувшись, кивнула. После они выпили сока, потому что Соён следит за фигурой, а Тэ просто не хочет есть и пошли прогуляться. Они говорили о разном, но в большей части говорил Тэ, Соён оказалась не слишком разговорчива, но дело это не меняло — Тэхёну и ей было комфортно друг с другом. После того, как было почти двенадцать ночи, Тэ проводил Соён до вызванного такси и, обменявшись номерами, попрощался с ней. Сам он поехал к общежитию через пятнадцать минут. Завтра первый день учёбы, а он всё ещё не спал. Ничего страшного, Чимин разбудит. Заходя в квартиру Тэ старался не шуметь, подошёл к сладко спящему Чимину, завернул его поудобнее в одеялко и сам лёг спать, переодевшись. Вечер выдался насыщенным. ... — Тэхё-о-о-он, мы проспали начало первой в нашей жизни пары! — первое, что слышит Тэ вместо «доброго утра». Чимин трясёт друга за плечи, а сам смеётся. До Тэ, наконец, доходит смысл его слов и он со скоростью света идёт умываться, одевает первое, что попадается под руку — белая футболка на несколько размеров больше и бежевые штаны карго. — Надо было будильник ставить. — говорит сам себе Тэхён, полностью собравшись, вместе с Чимином бежит в сторону универа. Смешно, наверное, они выглядят со стороны. Два парня бегут в универ с сонным лицами и потрёпанными волосами. — Стой. — вспоминает Чимин что-то прямо перед тем, как зайти. — Я забыл... У нас же разное расписание. Парень снова смущённо извиняется и бежит на свои занятия. А Тэхён... Смеётся. Ничего страшного. Бывает. К тому же это первый день занятий, по сути. Сегодня у него индивидуальный вокал и история музыки. Щадяще для первого дня. Тэ посмотрел на время. До начала первого занятия час с чем-то. Он решает, что не будет идти обратно в общежитие, а походит где-нибудь на территории универа. — Прогуливаешь?