Отчаянная надежда в хрупком сердце

      Гостиная полна жёлтых гардин и мягких кресел, солнечный свет мягко проникает из круглых, как бочка, окон, само помещение напоминало уютную и безопасную нору барсука. Но в этот раз гостиная Пуффендуя была непривычно тихой. Никто не осмеливался говорить о чём-то весёлом и приятном. Многие из ребят, кто тайком, а кто и в открытую уходили в свои спальни, хотя сейчас было очень рано для сна. Им ещё нужно было отыскать повод для радости в такие тёмные времена. Даже такие жизнерадостные барсучки, как они, могут отчаяться.       И казалось, что свет добра покинул их на очень долгое время, если не навсегда. Этого никак не мог принять один из них.       В мягком жёлтом кресле около камина сидел хмурый на вид юноша. Даже в обычные, более светлые, дни он казался вечно чем-то сосредоточенным и немного мрачным. У него были блондинистые волосы. Голубые глаза смотрели на мир несколько настороженно, но без хищной агрессии. Кожа была очень бледной, так что казалось, будто он болеет чем-то довольно серьёзным. Также он казался меньше, чем это было на самом деле. Надайн Уайт был большой загадкой для однокурсников (и многие не понимали, как он попал именно на факультет добряков).       Он устало прошептал другу, стоящему совсем рядом: — Почему ты всё ещё стоишь здесь, а не с своими друзьями? Почему? Или ты за столько лет всё ещё не понимаешь, что я не тот человек, с которым общаться не стоит?       Другой юноша, до этого стоявший рядом с креслом, как тень, словно ожил. Сонни Грэй умел спрятаться даже при такой светлой внешности. Волосы цвета пшеницы беспорядочно топорщились в разные стороны. Глаза цвета спелого крыжовника недоуменно сверкали от заданного вопроса. Слегка смуглая кожа, вся покрытая родниками, простоватый характер и мягкая верность своим мыслям — он был упрямым, как и его «друг». — Надайн... никогда я не скажу тебе, что ты недостоин общения. Ты мой друг и я буду тебе это говорить каждый день. А у меня терпения много. Так что поговорим о чем-то другом. Скажем... о книгах.       Надайн совсем не похож на него. Когда дело касается жизненных трудностей, то он предпочитает переживать их в одиночку, стесняясь помощи других. Но даже такой, как он, не может не быть признательным за то, что его раз за разом поддерживают. Сонни простодушно не понимал, что его дружок не хочет никому мешать своим присутствием (но и сам при этом настраивался на тишину). Таким образом, они каким-то образом друг друга дополняли.       Дополняли и спасали в эти тёмные времена. И Сонни только мог гадать, не померещилась ли ему счастливая улыбка хрупкого юноши.       А вот слова были вполне реальными. — Каким-то образом ты даёшь мне надежду. Хоть этого я недостоин.       В битве между отчаянием и надеждой, надежда всегда побеждает.