Джеймс

      Первая мысль всплывшая в моей голове, когда мы зашли в его комнату была «здесь странно пахнет». Запах затхлости и пота мешался с запахом одеколона и стирального порошка. Странно, но я никогда не думала, что оказавшись в его комнате в первый раз подумаю именно об этом. Но именно запах был первым, что я заметила. Нет, он не был неприятным, скорее особенным, характеризующем своего хозяина. Похоже, что я несколько раз дёрнула носом, потому что Джеймс, метнулся на другую сторону комнаты и открыл окно, скромно прокашлявшись.       - Эмм, ну, распологайся, что ли, - сказал он, пытаясь изо всех сил напустить на себя беспечность, - Можешь сесть на кровать, - мои глаза расширились, - Ну или я могу принести пуфик, если хочешь, - господи, как неловко. Всё пошло не так, как я ожидала с самого начала.       - Нет, нет, спасибо, - не прозвучало ли это так, будто я хочу поскорей забраться в его постель? Нужно срочно сменить тему, - Можно воды?       - Да, да, конечно. Тебе со льдом или без?       - Со льдом, если тебе несложно, - он кивнул и скрылся за дверью. У меня есть пара минут, чтобы привести себя и свои мысли в порядок. «Так, Саманта, соберись! Расслабься. Вы просто мило проведёте время. Я знаю это. Но почему же тогда моё сердце пытается вырваться из груди?». Джеймс вернулся с двумя стаканами воды со льдом и снизу послышался голос его мамы.       - Джеймс, Саманта, пока! Буду ближе к вечеру. Повеселитесь! – щелчки закрывающейся на замок входной двери. Почему от её последних слов моё лицо начало гореть?       - Ну, чем займёмся? – Джеймс нервно сглотнул. Я пару раз моргнула. Ну чтож, похоже, что надо брать быка за рога.       - Давай включим музыку и просто будем обниматься, - выдохнула я. В глазах Джеймся читалось безмолвное «спасибо, что сказала это, иначе я бы просто умер от смущения», он развернулся на пятках и подошёл к столу. Через несколько секунд из беспроводной колонки полилась мелодия. Такая знакомая. Битлз подходят для нашего случая как нельзя лучше. Не знаю, что на меня нашло, но вопреки своему смущению, планам на ближайшие часа два и здравому смыслу, в конце концов, я вскочила с кровати и принялась неистово двигать руками и бёдрами. Несколько оборотов вокруг себя, пара взмахов головой, поднятые к потолку ладони. «Не намешал ли он чего в эту воду» промелькнула шальная мысль, но прислушавшись к себе, я не почувствовала ничего паранормального. Лишь эйфория и возбуждение, распространяющиеся по моему телу, смешивающиеся с кровью. Песня закончилась и я вспомнила, что, вообще то, нахожусь в комнате не одна. Джеймс тяжело дышал и стягивал с себя толстовку, обнажая полосу кожи в области торса на пару секунд. Затем он одёрнул футболку, возвращая её на место и взглянул на меня блестящими глазами.       - Всё в порядке? – спросил он, видимо заметив моё покрасневшее лицо.       - Просто это моя любимая песня, - впившись глазами в свои ступни, призналась я.       - Моя тоже, - он немного приблизился ко мне, - Было весело, - по озорной улыбке я поняла, что он тоже кайфанул и, возможно, не придавал особого значения моим судорогам, отдавшись танцу. Следом за зажигательной, включилась более спокойная песня. Наверное, чтобы дать слушателям немного отдохнуть после встряски, но уже после первых нот внутри что-то сократилось. Эта самая песня играла да новогодней вечеринке в прошлом году. И именно под эту песню он впервые пригласил меня потанцевать. Всё получилось сумбурно и неуклюже, но после того танца мы стали встречаться чаще. Ни он, ни я не предлагали вступить в романтические отношения, просто так получилось. Мы стали проводить больше времени вдвоём во всё более интимной обстановке. Джеймс напрягся. Неужели он помнит? – Потанцуем? – как ему удалось сказать это так непринуждённо?       Я неуверенно подошла к нему. Его руки аккуртано, еле притрагиваясь, легли на мою талию, а я прикоснулась к его плечам. Прошло уже довольно много времени, где-то около года, а мы так ни разу и не поцеловались нормально. Такие вот дружеские отношения с лёгким намёком на что-то большее. Мы начали медленно покачиваться из стороны в сторону, совершенно не попадая в ритм песни. Я закрыла глаза и немного опустила голову, наслаждаясь безнадёжностью момента. Вдруг руки на моих бёдрах стали тяжелее, а шею обдало его горячим дыханием. Я сдержала порыв резко поднять голову, только чтобы не упустить, не спугнуть этот проблеск романтики в пропасти между нами. Лёгкое, сравнимое лишь с взмахом крыльев бабочки прикосновение губами к моей коже, стало катализатором роя мурашек. Я резко втянула воздух, а перед глазами начало плыть. «Твою мать, если бы я раньше знала, что даже столь прозрачный поцелуй заставит меня млеть...». Мысль оборвалась где-то на половине, ведь губы Джеймса не смогли незаметно переместиться к впадинке над ключицей и оставили незримую для остальных, но прожигающую насквозь линию на моей коже. Я повернула голову немного вправо уже не в силах контролировать своё тело и задержала дыхание. Всячески стараясь избежать зрительного контакта, я потянулась к нему, мысленно стараясь подготовить себя к тому, что сейчас произойдёт, но стоило нашим губам соприкоснуться, как все мысли просто испарились. Сердце пропустило удар, когда он аккуратно ответил на поцелуй и немного приоткрыл рот.       Я точно знаю, это не первый его раз. Он уже встречался с девчонкой и ходили слухи, что она, в свои пятнадцать, от него залетела. На самом деле, Сидни (кажется так её звали) просто хотела проверить Джеймса, но пранк вышел из под контроля. Её подруги, которым было велено разболтать об этом Джеймсу, немного увлеклись и уже совсем скоро вся школа шепталась о том, что Сидни одна из тех недалёких малолеток, прыгающих в койку к кому угодно. Не выдержав позора, Сидни ушла и о ней больше никто не говорил. Тем временем Джеймс перенял инициативу в свои руки. А точнее губы...       - Вау, - только и смогла произнести я отстранившись.       - Ты очень красивая, Сэм, - с перерывами на отдышку сделал комплимент парень. Он нежно взял меня за подбородок, невесомо целуя в уголок губ и расплылся в улыбке от моего блаженного вида. Со стороны я и правда выглядела глупо, однако буря внутри не позволяла думать об этом ни секунды. Я переместила руки на его спину, чтобы сильнее прижать к себе и протанцевать песню до конца уже уложив голову на его плечо. Он вторил моим действиям, однако по подрагивающим рукам я могу сделать вывод, что не очень-то ему и удобно. Разница в росте, все дела…       - Джеймс, не сыграешь мне на гитаре? – безумная идея промелькнула по окончанию мелодии. Он и правда прекрасно владеет струнным инструментом, оттого его пальцы невероятно красивы. А как он поёт…заслушаться можно и обзавидоваться его всесторонней талантливостью.       - С удовольствием, - всё с такой же улыбкой прощебетал пень, доставая гитару из чехла. Проведя пару раз по струнам, он поставил каподастр на четвёртый лад и прочистил горло. А потом запел: «Пойми, прошу, ты очень-очень мне нужна Пойми, ведь я тобой дышу, ты в это вряд ли влюблена Но я живу, пока держу твою ладонь в своей руке И трещины на потолке напоминают мне о том, что без тебя я был никем Прошу вернись или дай умереть мне. Наверное я слишком влюблён Я снова начал слушать Земфиру Листая твои фото в альбомах Вникая в тебя тысячу раз»       Не в силах больше следить за его сосредоточенным лицом и летающими по грифу пальцами и резко подалась вперёд, целуя парня. Ответил он сразу, будто был готов к моемму поцелую с рождения. Он аккуратно уложил гитару на кровать, а я пересела к нему на колени, впиваясь поочерёдно то в плечи, то в шею, то в затылок. Его же руки блуждали по моей спине, задерживаясь на талии. Внизу живота морской волной накатил жар. Поцелуй отличался от первого, Джеймс настойчиво проникал в мой рот изучая языком ровный ряд зубов и всё, что в принципе находил. Я, в свою очередь, лишь неумело мяла свои губы под его, полностью отдавая право на инициативу Джеймсу. Не ведая, что делаю, я потянула за край его футболки, на что он усмехнулся и позволил мне стняь её. Тело у парня было красивым, хоть и по-юношески нелепо сложенным и слегка худощавым. Не то, чтобы я ожидала увидеть там перекатывающиеся мускулы или полный набор кубиков, однако мой Джеймс по-своему красив. Веснушки на плечах и груди щедро рассыпанные солнцем, бледная кожа с голубыми венами, вьющимися по рукам и шее. Наверное, я могла бы любоваться им вечно, но Джеймс прервал моё созерцание, задирая теперь уже мою майку.       - Стой, - неосознанно вскрикнула я. Страх сковал тело и я почувстввала себя тяжелее раз в десять. Он вопросительно взглянул на меня, явно ожидая услышать продолжение, - Давай мы просто, мгм, полежим? Не знаю, я наверное не готова раздеваться перед тобой.       - Ты меня стесняешься? – явно оскорблённо спросил парень, - В этом же нет ничего страшного. Видишь, я вот раздетый и всё нормально. Не беспокойся.       Почувствовав стыдное покалывание во лбу, я всё же позволила ему снять с себя футболку. Раз уж мы целуемся, значит встречаемся, а если встречаемся, то мне не должно быть стыдно раздеваться перед ним. Я попробовала успокоиться и расслабиться, однако дискомфорт так полностью и не прошёл. В свою очередь Джеймс разглядывал моё тело, в особенности грудь, в белом бюстгальтере. Я никогда не отличалась пышными формами или хоть какими-нибудь ярковыраженными признаками женского начала. Поэтому абсолютно недоумевала: «что же Джеймс во мне нашёл?», однако была ему благодарна за это. Из-за его комплиментов моя самооценка значительно вросла. Парень бесцеремонно положил руки на мои груди, слабо пожимая их. Я же инстинктивно попыталась прикрыться, на чо получила неодобрительный взгляд.       - Сэм, не ломайся, ты знала, куда и зачем идёшь, - чуть ли не злобно прошептал парень и я не на шутку испугалась.       - Нет, Джеймс, я не готова. Мы не можем… - он грубо заткнул меня поцелуем и сжал ягодицу, второй рукой проведя по ширинке.       - Спокойствие, крошка, только спокойствие, больно не будет.       Всё ещё не имеяя возможности двинуться от страха, я позволила ему стянуть с меня и с себя джинсы. Что, мать твою, происходит? Я же сказала нет! Вот уже рука парня на внутренней стороне моего бедра, вот уже я лежу, а он нависает, Вот уже он пытается оттянуть моё нижнее бельё. Я как будто просыпаюсь. Резко упираюсь в его плечи и начинаю причитывать о том, что не хочу и нам нельзя, однако парень оказывается сильнее. Вот уже я начинаю кричать, однако дома всё ещё никого нет и никто не может спасти меня от его грязных рук. Пронзительная боль, что-то внутри меня, я снова замираю. Из глаз катятся слёзы. Всё это неправильно. Мы не должны были. Он должен был дождаться моего согласия. Неужели вся наша дружба была только ради того, чтобы уложить меня в кровать? А я ведь даже решила, что люблю его. Ужасная боль, как физическая так и моральная. Мои руки он держет ладонью над головой, другой рукой не позволяя сомкнуть ноги и томно дышит. Я пытаюсь укусить его, но банально не достаю, за что получаю очередной сильный толчок. Не знаю даже, воспользовался ли он контрацептивом. Так или иначе, спустя недолгое время, он обмякает, наваливаясь на меня всем весом.       Молча выбравшись из-под него, глотая слёзы, я оделась и выбежала на улицу. Неправильно, грязно, отвратительно. Я чувствовала себя разбитой, использованной. Ведь мы были так близки, как же я не могла заметить, что надвигается ТАКОЕ? И таким оказался мой первый раз…насилием…