Я останусь

Вечереет. Солнце спускается с небосвода, провожая всю округу своими усталыми лучами и скрываясь за древними скалами. Небо плавно переходит в розово-фиолетовый океан, в котором величественно плывут белые киты. Ветер потихоньку подталкивает вымотавшихся трудяг домой, чтобы восстановить свои силы для нового дня. Вдоль каменных дорог загораются фонари, заменяя свет, но не тепло ранее упомянутого светила. Все вокруг на мгновение замедляется, застывает во времени, давая перестроить свой дневной ритм на уже более спокойное - вечернее. Многие уже мысленно далеко от того места где они сейчас, представляя, как придут домой и растворятся в атмосфере уюта и уединения. Мгновение доходит и до постоялого двора Ваншу. Кто-то из гостей уже расходится по комнатам, кто-то решил порадовать себя хорошим ужином, а кто-то довольствуется видом на пейзаж в округе и закатом, который спустя сотни лет не меняется. Слух ловит легкое шуршание листвы и темных, как изумруд, волос. Нюх чувствует свежесть приближающейся прохлады со стороны моря и пряность специй из кухни двора. Руки ощущают шершавость и потертость деревянных перилл. Глаза видят уже не розовый океан, а темно-синюю глубину. Еще пару мгновений и совсем заблудишься в этой устрашающей темноте, забыв кто ты есть. - «Хотел бы я потеряться и не найтись», - сами собой появились слова в сознании. Мало кто мог понять адепта. Понять и ощутить через что он прошел за все года и с чем сталкивался. Эта боль, эти страшные предсмертные крики и кряхтения, которые не покидали разум. Страх? Отчаяние? Одиночество? Да, все эти чувства, завязывающие вокруг шеи тугой узел, сковывающий и не дающий вдохнуть порцию свежего воздуха. Не дает отпустить всю эту омерзительную тень прошлого. В такой ситуации рано или поздно захочешь исчезнуть, испариться, или проще сказать - умереть. Осознать, что все уже закончилось. Почувствовать свободу в груди и в самой душе, которая давно изранена тяжкими шрамами и рубцами. И наконец-то попрощаться со всем что было. А можно ли на самом деле так легко все отпустить? Разве это правильно - по своей воле перекинуть обязанности кому-то другому? Такого и вовсе нет. Того, кто смог бы заменить самого Яксу. Поэтому мысль об отставке через смерть не могло быть и речи. Да и само существование истребителя полностью зависит от той боли, что причиняет ему проклятие из прошлых войн и убийств. Эти руки не достойны спокойной жизни. Они полностью в крови, и эту кровь ничем не стереть. Эта душа давно потеряна и истязается тьмой и ненавистью мертвых. Эти глаза не смогут стереть образы своих противников и хаоса, разносящий ужас повсюду. - Сяо? –раздалось сквозь поток мыслей настороженный и мягкий, словно облака голос. Резко вытянутый из раздумий адепт не заметил золотистую макушку рядом с собой. Яркие как солнце глаза рассматривали растерянный вид собеседника, как будто пытались найти причину отстраненного от всего мира взгляда, до этого заглядывающего в саму пучину мрака. -«Хочется спрятаться, но некуда. Он увидит, что ему не понравится. Он испугается. Он не захочет со мной тут находиться». - в голове начали сплывать все возможные развития событий, если этот взгляд, полный неведения , сможет узнать, о чем думал охотник. Опять чувство страха начинает накрывать с головой и так запутанные мысли. - Сяо? Ты меня слышишь? – уже с большей опаской спросил рядом-стоящий парень. – Прости если побеспокоил, - послышалась грустная нотка из уст, искривляясь в скромной улыбке. - «Я его расстроил. Он сейчас уйдет и больше со мной не заговорит. Я его пугаю», - разум снова попал в поток самоистязаний. - Прости еще раз, тогда не буду тебе мешать, - неуклюже отстранился путешественник и слегка наклонился. – Я пойду, - послышались неуверенные шаги, которые начали отдалятся с каждым прикосновением с полом. -«Нет. Постой. Не уходи». Мгновение и парень остановился. Его удерживала за запястье рука адепта. Она была холодной, словно мертвой. Но с какой осторожностью это было. И не скажешь, что это рука убийцы, который несколько минут назад задумывался о смерти. Простой жест, но сколько в него было вложено. Надежда. Страх. И возможно что-то большее. - Прости, -бросил Якса и поспешил отстранить руку от путешественника. Он сам не ожидал от себя этого действия. Не думал, что из-за кого-то будет так переживать и боятся, что тот уйдет и бросит его одного. Адепт всегда считал, что он не заслуживает чужого внимания. Что уж говорить о том, что кто-то к нему привяжется. Это больно, когда ты являешься кому-то дорогим. Бояться, что расстроишь, застанешь в плохом настроении, будешь переживать еще сильнее. А если он сам привяжется? На этот вопрос охотник не знал ответа, но понимал, что все плохо закончится и для него, и для того, кому он доверится. Якша подтянули к себе руки. Они отличались от его, были теплыми и живыми. От них исходило что-то родное, спокойное, что утешало внутренний мир, полный проклятий, страданий и смерти. Они прижимали адепта с такой нежностью к себе, давая надежду на защиту и поддержку от их обладателя. Светлая макушка уткнулась в грудь скрывая лицо и золотые, полные радости, глаза. -Хорошо, -еще сильнее прижимаясь к охотнику произнес парень, не скрывая удовольствия от происходящего. – Я останусь.