Серый Питер
4 июля 2021 г., 23:16
Дожди сменяются солнечными днями, но все равно город какой-то серый. Уходишь из туристических точек, от парков и погружаешься в однообразные районы, вокруг оказываются похожие друг на друга дома с резными номерами или табличками, или вообще без них, потому что все знают, что дом с граффити непристойного содержания — восьмой. Юлия всегда считала, что это слишком. Слишком — закрашивать действительно крутые рисунки на гаражах серой краской, но при этом оставлять на асфальте рекламные метки о поиске работников, нецензурщину на стенах. Некий Женя, всем известно, дурак, а Светка — шлюха. Пчелкиной остается только глаза закатить. Эта надпись настолько старая, что по ней арендадатели ориентируют, когда спрашиваешь, как найти дом.
«Дойдешь до Светки — поворачивай налево и во второе парадное.»
Слово красивое — «парадное». Но Юлия опять может только вздохнуть. На деле «парадное» — самый обычный подъезд, ведь живет она далеко не в историческом центре или новостройке. Серые лестницы, серые двери, серые ящики для писем, в которых только квитанции и редкая реклама — даже промоутеры не доходят до этого захолустья.
Юле не нравится серый с самого детства. Обои в ее комнате подвергались испытанию цветными карандашами и фломастерами, одежда — краской, и не всегда потому что сесть на недавно окрашенные бардюр или скамейку — показатель уровня ловкости и грации юной девочки. С возрастом стало нерентабельно так выражать себя (да и родители не в восторге были от такого «протеста»), и Пчелкина открыла для себя мир тоники и социальных сетей. Вот так одновременно — волосы в рыжий и первое видео на ютуб, весьма дурацкое. Тридцать просмотров и визг на весь дом, а через пару месяцев — удаление, чтобы никто не смог узнать топ пять любимых фильмов Юлии Пчелкиной по мнению самой Юли. Скоро первый переезд, потому что когда за дверью оказывается мать, а ты активно разговариваешь на камеру, это, скажем так… портит все спецэффекты. Ну, видео получается плохое. Пчелкина не боялась внимания, но, признаться, нераскрученному блоггеру трудно объяснить маме, что монолог, записанный и заброшенный в рутуб принесет тебе известность и признание, а Питеру — цветные блики на экранах и в глазах людей. В общем, ноги в руки и вперед — в счастливое и красочное завтра!
Даже взрослея, Пчелкина цеплялась за идею цвета. Раскрасить серый Питер. Раскрасить жизнь. Убежать от однообразия. Найти свою нишу и стать яркой и важной ее частью. Указывать путь, быть маяком, лучом света в темном царстве.
Юлия поступает в вуз на журналистику и проходит на бюджет в первой же волне, что не может не радовать. И тут-то она решает, что пришел ее час, что журналист — профессия для нее. Вещай себе на весь мир, рисуй на страницах газет и экранах телевизоров смелые, а главное правдивые и важные факты общественной жизни. Она думала, у журналистов не бывает скучных дней, ведь репортаж — уже событие. Но оказалось, что двадцать выпускников каждый год, в основном, просто исчезают, не выбиваясь в люди, ищут себе работу по смежной специальности и пропадают с радаров. Кто-то оседает в издательствах и проверяет авторские черновики, кто-то находит нишу копирайтерства, но суть одна: три сторублевые купюры на день у них у всех одинаково серые. А те, кто выбивается в миры периодической печати, телерепортажей и радио эфиров и половины того, о чем Юля мечтала, не делают. Реклама и констатация удобных фактов. Серо. Грязно.
Где же цвет? Почему краски опять засохли до того, как Юля успела макнуть в них кисточку и провести по серому небу? Она еще училась, когда поняла, что ей нужен огромный холст, чтобы ее точно заметили. Где же выгоднее всего поместить информацию, чтобы ее точно заметили?.. Заборы и стены не в счет. Учиться на чужих ошибках нужно уметь. Благо, Юля умная девчонка. Хотя криминальное не закрашивают, верно? Значит, ее холстом станет криминальный Питер.
Пчелкина не сдается никогда.
Волосы красит в ярко-красный, а на канал новую аватарку, новое название и новый ролик загружает. Знания из универа приходятся кстати, и расследования идут на ура. Вот, открыли парк, а в нем, оказывается, уже трое подростков пойманы за вандализм. Юля шла за зеленым и светлым контентом, а нашла криминально-красное граффити прямо на памятнике. И это отдает в груди приятным теплом, резонирует с костями… Юлия чувствует себя освободительницей, сильной и волевой. Рассказать людям о происходящем вокруг, пролить свет на серый Питер, у которого, оказывается, есть другие оттенки помимо пятидесяти известных. И что особенно ценно — появляются сторонники, что замечают ее первые мазки на карте города.
В комментариях люди разные: недовольные или понимающие — хейтеры и фанаты. Первые обожают обсудить, как неправильно непонятно кому обсуждать деятельность государства и правовых органов. И их Пчелкина ничего не понимает, блондинистую голову закрашивает в красный, чтобы не казаться совсем дурочкой. Им куда интереснее, с кем Юля провела ночь, и именно такое прямое включение было бы для хейтеров самым важным и обсуждаемым событием. Они любят критиковать кривой монтаж, обожают цепляться за слова и тыкать носом в оговорки и ошибки. Хейтеры будут хейтить. И учить Пчелкину доводить ролики до идеала. Ведь с каждым разом, славливая новые упреки, девушка будет расти и побеждать себя из прошлого. Вот оно — развитие в геометрической прогрессии.
Вторые, они же поклонники, предпочитают поддерживать за все. Их Пчелкина — молодец, важная социальная и политическая единица, представительница гражданского общества и очень-очень хороший пример для молодежи. Кто-нибудь может под видео подкинуть тему для следующего ролика, кто-нибудь — подсказать, откуда скачивать музыку без авторских прав. Есть и те, что просто делают комплименты внешности Юлии. И такие, кого Пчелкина любит больше всего, — обсуждающие под видео тему видео. Читая их ветки, Юля всегда безошибочно определяла настроение общества, касательно проблемы. «Ох уж эти подростки, только бы насолить, хорошо, что их поймали и рассказали об их проступке. Круто, что не указала на личности, но указала на дела, поделом им.»
Каждый поклонник и хейтер тоже чувствует, что серый Питер может отливать оттенками красного. И это создает резонанс, раскачивает статичный до этого мирок Юли.
Пчелкиной нравится видеть, что ее работа важна. Ей нравится и то, что на видео пока стоит монетизация. И когда на улице какая-то девушка подошла к ней и неловко шепнула, что смотрит ее канал и ждет новых роликов с нетерпением, тоже понравилось. Оказывается, можно говорить, что думаешь, о том, что волнует, и получать столько приятностей! Юле это очень подходит.
Красные волосы, теперь уже в качестве фирменного знака, отточенная дикция и скрупулезно подобранный материал. Хорошая камера и ноутбук помощнее, программа уже не взломанная, а лицензионная. Пчелкина растет, движется стремительно, тысячу за тысячей к себе привлекая. Вот ее ролик уже и в рекомендациях, а несколько часов на монтаж окупаются пришедшими людьми и новыми ветками комментариев.
В целом, то, что она решила выбрать площадкой для самовыражения именно интернет, было идеальным решением. Лучшего способа раскрасить город Пчелкина не нашла бы никогда. И в очередной раз засунув нос в, очевидно, очень даже её дела, она с гордостью сообщает:
— Журналист! Работает журналист.
И одно только это уже делает ее счастливой.
Канал растет, а количество подписчиков приближается к миллиону стремительно. Остается каких-то десять тысяч, когда Юлия в очередной раз переезжает. В этом районе уже все обследовано и решено: все соседние улицы пройдены, все кафешки и магазинчики изучены, все официанты и кассиры опрошены. Локация полностью разблокирована, на карте не осталось скрытых от прыткости Пчелкиной мест. А вот новая съемная квартира — сказка. У Юли уже руки чешутся — скорее бы облазить все окрестности и пролететься в поисках информаторов. Конечно, Пчелкина сама себе добытчик хоть куда, самодостаточный и ответственный, но иногда нужен и взгляд со стороны, так, для видео.
Новое место, миллион. И это двойной праздник. А появление некого Чумного Доктора — третий повод. Нет, не выпить. Юля не падка на такое. Поохотиться — вот, что ей нужно. И хотя ее новая съемная квартирка довольно далеко от места трансляции, она готова сходить и сунуть свой носик так далеко, как это потребуется. Все ради справедливости. Ради благополучия ее серого города красная макушка мелькнет в толпе у перехода, когда отправится на поиски того самого.
— И над Питером сверкнет алая искра, когда станет ясно, кто же этот Чумной Доктор. — Довольный шепот и улыбка. Наконец-то дело, достойное журналистких наклонностей Юлии Пчелкиной.
Насколько же права окажется девушка — удивительное стечение обстоятельств.
У Юлии с опытом работы пришла и чуйка на цвета. Хотя тут под алой искрой она имеет в виду скорее себя, как героиню, открывшую (пока только в мечтах) личность Чумного Доктора, оказывается на деле куда ближе. Пчелкина предсказывает и рыжевато-красные языки пламени, и пролившуюся кровь, и горящие глаза людей…
Юлия понимает напряжение народа, ведь проблемы с чиновничеством были всегда. Под каждым ее роликом находились те, кто считал, что убить надо всех взяточников, коррупированных судей и корыстную верхушку властей. Но это были только слова, резкие высказывания в сети, которые редко доходят до самих обидчиков простого народа. Пчелкина и сама часто обличала их, называя в роликах огромные суммы, найденные то у одного, то у другого зажравшегося служителя закону. Кто же знал, что Чумной Доктор получит такой отклик в обществе?..
Русский бунт — бессмысленный и беспощадный? Однозначно кровавый, стихийный.
Первая выходка Чумного Доктора, Юля уже мчится за уликами. Пара купюр, подстроенное нападение и очень недогадливый полицейский, — Гром? Громов? — и у Пчелкиной появились все самые свежие новости. Красная макушка орудует камерой, как будто родилась с ней, потому что журналистка, а балончиком — потому что девушка. Питер клокочет, как вода в чайнике. Волнения среди людей, обещания полиции изловить Чумного Доктора, запрет на продажу масок, конечно, бесполезный…
Пока город готовиться закипеть, Юлия заваривает лапшу быстрого приготовления, в зубах сжимая карандаш. Поверх пластиковой тары — крышку, телефон — рядом на импровизированную подставку, тут же ноутбук и провода USB. Пчелкина, в каком-то роде, программист. Все собранные материалы сбрасывает в одну папку, открытые файлы на экране окнами перегораживают друг друга, но от ее взора не скрыться ни единой детали.
— Значит, под него уже копают… Не, я вас знаю, он мой.
Юлия отмечает на карте место, чтобы потом наведаться прямо на горячую точку, а затем еще раз пересматривает сохраненный эфир Вместе на предмет зацепок. Маска с рисунка майора очень близка к реальной, кое-какие записи-описания тоже весьма близки. Пока Пчелкина прописывает свой сценарий событий, раскидывая возможные варианты по таблицам excel, происходит второе убийство. И Юля бросает все дела, чтобы оказаться как можно ближе к убийце. И как настоящий профи, она не собирается идти в прошлое и искать следы в оцепленном помещении, где уже никого, кроме полицейских, и не будет. Нет, Пчелкина порхает, как бабочка, и жалит, как пчела, — прямо в будущее, просчитывая игру Чумного Доктора на несколько ходов вперед. Наготове жучки, зарядка телефона на полной. Она чувствует, что-то точно произойдет.
Пчелкина редко надевает настолько открытые вещи. Ее гардероб, вообще-то, таким не изобилует, но, благо, друзей хватает, и в казино Юлия идет в элегантном черном платье. Про себя каждый шаг бурчит, что оно неудобное, короткое, мешается и сползает, но в зеркале видит хорошенькую и статную леди и внутренний голос затыкает. Красота требует жертв, особенно если это на один вечер и ради убойного материала. Нет, Чумной Доктор принадлежит ей, кто бы что ни говорил. Это ее сенсация и ее битва.
Пчелкина не чувствует себя в опасности в обществе богатых и чрезмерно заносчивых. Какой-то механизм внутри явно дает сбой. Может, потому что у девушки острое чувство справедливости, а может — та же заносчивость в жилах. В месте, где охраны больше, чем гостей, Юли, откровенно говоря, и быть-то не должно, но ради шанса получить информацию она тут. Ходит, с видом крайней уверенности берет канапе с подноса и шпажку оставляет на нем же. Как будто входила в высшее общество. Как будто не она сегодня пообедала вермишелью быстрого приготовления.
Пчелкина все оглядывается по сторонам. Каждый присутствующий в зоне риска, может стать следующей жертвой Чумного Доктора… кроме, разве что нее. Юлия быстро решила, что ей нечего бояться. Чиновником она не была, взяток не брала, наоборот, обличала чужие. Более того, в глубине души, Пчелкина видела себя рядом с предводителем, Чумным Доктором. Маску надевать не стремилась, не хотела присоединиться к армии птиц, но, тем не менее, иногда ее посещала мысль о том, что она сама словно в сговоре с ними. Как будто намечает курс, в роликах расставляя приоритеты. Как будто составляет список тех, кто должен быть уничтожен…
Гром? Опять этот! Пчелкина натыкается на него случайно, но очень кстати. Этого тоже может вычеркнуть из списка, у него дома разруха и даже чая не найдется, какие взятки… Только вот Громов не спешит вычеркиваться. И совсем скоро у Юли на телефоне сорок минут чистейшего материала с нападением.
«Так и знала!»
Счастье длится целую вечность. Ее ни вода, ни огонь не остановят. И неудобное платье тоже не преграда. Пчелкина может все. Особенно сохранить материал на нескольких флешках для сохранности, и с жучка сразу на карту памяти писать.
Уже дома после акта восстановления ноутбука, в удобной футболке, босиком, Юля собирает материал и начинает монтаж. Первые два часа резать и ретушировать ролик даже интересно, глаза горят азартом. А вот процесс сохранения до противного долгий. И Пчелкина не замечает, как начинает клевать носом.
В комнате темно, а на стенах блики от огня. Что-то горит, прямо за окном. И Юлия поднимает голову и спешит подбежать к подоконнику, занавеску сдвинуть в сторону. Питер пылает, дым сливается с темными облаками.
— Вот черт… — выдыхает, тут же бросаясь к столу, за камерой. Привычка.
Вдруг сзади раздается чужой голос. Знакомый, но чужой. И от этого создается странное чувство, сродни дежавю.
— Не переживайте, мы предоставим Вам полную запись.
Резко обернувшись, Пчелкина видит человека в маске. Он показывает ей экран собственного телефона, на котором в прямом эфире Вместе горит ее Питер.
— Мы слишком уважаем Ваш труд, чтобы оставить без награды. Она придет Вам на почту.
Уверенность в том, что есть и ее вклад в нападения в настоящем, накатывает на девушку удушающей волной того же темного, едкого дыма.
— Вы достаточно сделали, пора бы закругляться, — она не узнает своего голоса, сипит как-то низко и тихо.
— Вы, кажется, нездоровы. Прилягте. Мы все выполним, как Вы приказывали.
Ей хочется это остановить, как можно скорее. Но как только человек в маске шагает к ней, Пчелкина тут же сдает позиции, только хватая со стола телефон и вторую руку вытягивает перед собой. Птица, к ее радости, замирает на месте. Видимо, действительно не собирается причинять ей вреда. И по телу снова прокатывается волна дрожи. Значит, Юля действительно не последний человек во всех этих преступлениях?
— Можно ведь мирно решать вопросы! Не заливая город кровью неугодных! — почему-то голос к концу фразы с крика (Пчелкиной кажется, что ей нужно перекричать пожар) срывается в дрожащий шепот.
— Никто не станет заливать город кровью. Мы только зачистим чернь, с которой словами не договоришься. Ничего больше.
— Остановите это безумие. — Юля отрицательно мотает головой, словно не хочет верить, что все это вообще происходит. Едва ли хватает сил, чтобы стоять на ногах, но пальцы неизменно мертво вцепились в мобильник.
— Мы не станем переходить черту. Вы показали нам цели. Мы закончим с ними, а затем покажем городу главного героя. Ваш вклад огромен, и я здесь, чтобы от лица всех людей Вас отблагодарить…
— Нарасследовала, наигралась… — шепчет Пчелкина, взглядом пытаясь найти выход. Хочется сбежать от себя.
Юля резко распахивает глаза.
Нет, она не птица. Она точно не виновата. Вообще журналисты — нейтральны. Просто доносят до людей правду, на их собственный суд. Кто ж знал, что и до смертной казни дойдет? Пчелкина не знала. Она не виновата.
Прижав колени к себе, девушка смотрит на висящий в режиме ожидания ноутбук. На экране это пресловутое «готово». Юлия щелкает на кнопку, и начинается воспроизведение смонтированного ранее куска ролика. Она смотрит его со злостью.
— Не я чернь. Я лишь указываю на нее. — Ее голос звучит куда увереннее, чем во сне. — И мой следующий ролик разоблачит тебя, Чумной Доктор. Ты должен прекратить это. Я должна.
Пчелкина настраивает себя на борьбу уже без шуток. Не то чтобы раньше ситуация имела комический характер… В глазах Юли — отблеск уверенности в своем, в полной боевой готовности жучки и заряженный телефон. Ее точно не нужно пытаться запугать, она уже все решила.
Чумной Доктор должен исчезнуть.
Супер удачно складываются обстоятельства, и третья неслучайная встреча с Громом и, теперь уже, его напарником. Ребята неплохие. С юморком. Один считает, что справится со всем сам, другой – что непременно должен стать помощником (и, кажется, лучшим другом, Пчелкина в их личные дела не лезет) Громова. Юля же считает, что они оба слишком много болтают не по делу.
Она даже радуется, когда майор с видом спасителя города уезжает, бросая их в этом захолустье.
— Дадим ему фору в десять минут, м? — хмыкает, отпирая дверь Дубину. — Я так понимаю, он в вашей команде злой полицейский?
Каких-то двадцать минут, и вся троица будет стоять рядом с еще одной рыжей макушкой.
«Разумовский, значит?! Вместе.»
Главное правило журналиста — чем больше хочешь узнать, тем меньше говори сам и тем больше позволь сказать. Конечно, Пчелкина его сама придумала, но пока оно работает — других не надо. Девушка никогда не выключает аппаратуру слишком рано, она терпелива и, спасибо хейтерам, крайне любит обосновывать свои доводы, подкрепляя их неопровержимыми доказательствами. Например, аудиозаписями чистосердечных признаний. И, бывает же такое, Сережка Разумовский, алая искорка всея Петербурга, сам рассказывает о своей стратегии, дополняя репортаж идеально.
Ну, вот дело о Чумном Докторе и раскрыто. Пчелкина может и дальше по тону восстанавливать свой город. Ее метод окрасить Питер куда более лоялен и безопасен, сравним с реставрацией картины, в то время как методы Разумовского напоминали средневековые пытки, когда людей макали головой в ведро. Теперь было куда спокойнее знать, что в Петербурге остались только безопасные художники, у которых в руках выверенные палитры.
Только вот все равно, проснувшись ночью в холодном поту, Юля будет вспоминать, что слышала тихое «Благодаря Вам» из-под маски. Ладно хоть в любой момент можно написать Диме или, там, Грому, хотя бы, и получить в ответ хоть и выученное, но успокаивающее: «Благодаря тебе все уже в порядке.»
