Превосходящий

      Дракен все также держал парня за волосы, хотя постепенно он начал выходить из состояния слепой ярости, которое, по сути, сам себе и навязал. После того, как он обратил внимание на дрожащие плечи своего напарника, окончательно принял решение прекратить то, что он задумал на данном этапе.       Поэтому, фыркнув под нос, он отпустил замотанного главаря группировки и встал, немного отойдя от него, после, все также держа жесткий тон в голосе, произнес:       — Я на улицу. Проветрюсь. Сиди здесь и не смей ничего вытворить.       Рюгужди быстрым темпом вышел из дряхлого домика на его крыльцо, и от сильного дождя его отделяли лишь ступеньки и полуразваленный карниз. Он снял свою фирменную рубашку белого цвета с различными черными узорами, стиль которой он так любил, и положил рядом с входом в дом, чтобы она не промокла под тяжелыми каплями, сам оставаясь в одной лишь футболке.       Парень с косичкой постепенно спустился с карниза, выходя за пределы сухого окружения, чувствуя, как прохладные капли дождя отпечатывались у него на одежде, волосах и лице. Вода освежала, успокаивала. Кен поднял голову к небу, закрыл глаза и уперся спиной в балку карниза, постепенно расслабляясь. Вдалеке сверкала молния и гремел гром, погружая окружающую местность в прелестную, пугающую, но такую завораживающую по своей натуре атмосферу, позволяющую собрать все мысли воедино и прийти в себя.       Парень стал перебирать в голове события, произошедшие за последние пару часов. Тогда, когда Майки начинал проявлять свою гордость и не хотел уходить с места возможного страшного происшествия, где происходили не очень удачные переговоры, то Кен для себя кое-что решил — подобное наплевательское отношение Манджиро к опасным вещам обязательно затащит его в могилу, но понимание этого факта у парня нет. Соответственно, Дракен решил вбить ему это в голову.       Это можно назвать некой предысторией того, что произошло буквально десять минут назад. Будучи уверенным в своей силе и превосходстве в момент, когда злость переливалась за границы всех ее сосудов, парень решил, что исходя из психологической стороны человека, если внушить Майки страх перед подобными ситуациями, то и допускать последний их не будет.       Но, заметя подрагивающие плечи своего друга, которого он готов назвать в самом деле близким ему человеком, вся злость как неправедная аура испарилась из его сознания, осветлив его голову состраданием и терзаниями совести от того, что он только что натворил. Ведь в самом деле, можно ли считать благоверным и истинным желание оберечь близкого человека от страшных вещей, что могут его погубить, посредством нанесения ему же вреда?       Дракен был уверен, что делал это все ради самого Майки. Но внутри него боролись две стороны, обе из которых не хотели видеть несчастного парня, но одна не принимала его страдания ни в каком виде, а другая оправдывала терзания им самим его личности. Рюгуджи поднял руку к лицу и прикрыл глаза и лоб, делая тяжкий вздох. Все же, насколько бы он не готов был прибегать к жестоким методам решения проблемы, он не мог смириться с болью, исходящей от друга из-за его же рук. Больше всего он хотел быть для него защитой, верным заместителем и самым хорошим другом, на которого тот мог бы положиться. И смысл от этих желаний, если подобным отношением он сам же отталкивает от себя близкого человека?       Кен отметил про себя, что подобные мысли являются несколько эгоистичными, но, тем не менее, на них его внутренний спор с самим собой закончился. И, если можно так вообще сказать, то это знаменовалось скорее не окончанием, а отложением его в дальнюю полку сознания, где он будет некоторое время пылиться. Он не хотел делать Майки плохо, но и не находил другого решения насущной проблемы, из чего и выходит не решаемость на данный момент данной дилеммы, как бы противоречиво это ни было.       С таким завершением небольшой прогулки, он легонько ударил себя по щеке, и, быстрым смахивающим движением, скинул с лица прохладные капли дождя, с которыми он оказывается не хотел расставаться, хоть и понял это лишь после того как убрал их, ухмыльнувшись после нахождения с этой ситуации некую параллель с происходящим на данный момент. Взяв брошенную рубаху, что осталась сухой, он вошел обратно в дом, наполненным более осветленной аурой, по сравнению с ранее идущей.

***

      Рассматривая обе стороны, то за время прогулки Кена, что для него была довольно мимолетной, за счет его погружений в свои мысли, прошло в общей сложности около получаса.       Как только ранее Дракен вышел из комнаты, Майки громко, с неким облегчением, но преисполненный тревогой, вздохнул. Он начал выполнять дыхательные упражнения, которые недавно увидел в телевизоре для успокоения в критической ситуации, которое на удивление запомнил. Вдох на протяжении четырех секунд, задержка дыхания на семь и выдыхание воздуха на протяжении восьми секунд. Данная техника дыхания должна была замедлить нервную систему и охладить ее после психологического перегрева.       Майки также сидел на полу, выполняя это упражнение на протяжении нескольких минут, немного приобнимая себя за плечи и слушая приятный стук капель дождя о крышу, что способствовало скорейшему успокоению. Парень ни о чем не думал, полностью отчистил свои мысли, все также пребывая в тревоге, на удивление прекрасно зная отчего.       Для Манджиро Кенчин был самым близким человеком, к которому он превозносил самые доверительные чувства, по сути доверяя ему свою жизнь полностью и без остатка. Как вдруг, на мгновение он перестает чувствовать себя с ним в безопасности, что и тревожило парня. Чувство было довольно мимолетным, но именно из-за него парень впал в довольно длительную панику, в которой до этого и пребывал.       Майки понимал свою ошибку, понимал что он подвергнул свою жизнь и жизнь Кенчина опасности, и прекрасно понимал что последний злится именно из-за этого. Из-за того, что сам парень не может о себе позаботиться и спускает все на плечи надежного Рюгуджи, который в очередной раз вытащил его из передряги. Он понимал, что недавняя ситуация была вызвана желанием Кена помочь и защитить его, но он, как плохой друг, на мгновение засомневался в его намерениях и допустил мысль о его ненадежности, из-за чего и впал в панику. Довольно противоречивая и странная ситуация, наполненная множеством несостыковок, которые не хотел исправлять внутри себя никто из этих двоих.       В конце концов Майки все же успокоился, осознав что от пережитого стресса чертовки устал и готов провалиться в сон прямо сейчас, будучи уверенным в том, что не хочет более никогда сомневаться в своем близком человеке, все также продолжая ему доверять, поэтому решил про себя, что он обязательно будет следить за Кенчином и его поведением, а далее и сделает окончательные выводы. Так что, внутри Сано вопрос также не был конкретизировано решен.       Сейчас парень был сражен наповал усталостью, поэтому, под тихо и размеренно бушевавшие звуки дождя он провалился в сон, все также сидя на полу, прижавшись спиной к стенке и скрестив руки на поджатых коленях.       Кен вернулся в деревянный, но уже будто ставший родным дом, когда парень уже спал, тихо сопя в пределах комнаты со спокойным выражением лица. Данная картина вызвала у Рюгуджи теплую, еле заметную улыбку с превосходящей долькой раскаянья. Парень подошел к спящему и расправил в руках свою рубашку, сохранившую тепло после прогулки, и, легонько всряхнув ее, накинул на плечи Майки, хорошенько укутав парня в уютную ткань, обеспечивая ему более комфортный сон в данной заброшенной обстановке.       Посидев пару минут прямо напротив друга и всматриваясь на его спокойное лицо и тихо подрагивающие ресницы, под глазами которых выступали небольшие синяки, вызванные усталостью, Рюгуджи встал.       Он поменял свое положение, сев непосредственно с Майки рядом, бок о бок, также оперевшись спиной о стену, только по левую сторону от малорослого парня. Голова последнего постепенно съехала на плечо Рюгуджи, такое сильное и мягкое, грубое и надежное, составляя для Майки опору покруче любой пуховой подушки, отчего выражение лица парня во сне стало еще спокойнее.       На улице все также лил дождь, не собираясь пока закругляться, разнося звук падающих капель по всему лесу. Как только он закончится, Дракен возьмет Майки на руки, усадив себе на спину, и понесет домой, аккуратно придерживая его за ноги и слушая его размеренное сопение.

***

      Майки проснулся плавно, несколько расплывчиво выйдя из состояния сна, пытаясь открыть слипающиеся глаза, что удавалось с трудом. Он немного потянулся, задев рукой сидящего рядом Дракена, а после еще сильнее укутался в рубашку парня, пряча в ней лицо до самого носа. Он оглянулся по сторонам: все тот же дом, на улице все так же льет дождь, рядом сидит Рюгуджи, глаза которого тоже постепенно приоткрываются после короткого сна, а слабый свет в комнате заставляет его поморщить нос, а после развязно зевнуть.       Кен посмотрел на Майки, что сидел, немного оперевшись на него, и, хлопая глазами, рассматривал комнату, будто в ней появилось что-то новое. Потянув руку к карману, татуированный, достав телефон, довольно долго смотрел на экран блокировки и иконку времени, просчитывая сонным сознанием сколько они уже находятся в этом доме.       На деле проспали они всего около сорока минут, хотя, Дракен подремал бы дольше, если бы Майки не разбудил его своими потягушками, задев его рукой. Он еще раз посмотрел на малорослого парня рядом с собой, что все также осматривал комнату, но создавалось ощущение, будто своим затуманенным взглядом темных беспросветных глаз он смотрит гораздо дальше, нежели степенные деревянные стены этого дома. Вполне возможно, что парень просто начал обратно погружаться в сон. Выждав еще несколько мгновений, Кен все же решил, что стоит прервать образовавшуюся, немного неловкую, тишину.       — Дождь все еще льет, так что пока домой не пойдем. Подождем пока прекратится, — произнес Дракен спокойным голосом, распределяя бархатистый тембр голоса по всей фразе.       Ответом оказалось лишь отстраненное угуканье со стороны малорослого парня, который и с места не сдвинулся: не повернул голову к источнику слов, не сделал никаких жестов, не увел взгляда от столь завораживающей, по-видимому, его стены, что немного насторожило парня с косичкой. Он не знал в каком именно настроении находится Майки, злится ли он, обижается ли, так что у него был единственный способ — "прощупать почву" путем разговора.       — Есть хочешь? — задал довольно статичный вопрос парень, сильнее развернувшись к своему собеседнику.       Тот, в свою очередь, все так же не проявлял никаких признаков участия в разговоре, тихонько хмыкнув в знак отрицания, оставляя татуированного в забвенном монологе между собой. Но в его ситуации сдаваться и прекращать нельзя было.       — Я могу связаться с Мицуей, чтобы он пригнал байк с зонтиками и немного еды, хотя я не уверен, что он знает, где находится этот дом, — последней попыткой со стороны Дракена уйти в мирный разговор было уже слепое представление различных фактов в надежде, что Майки на них отреагирует. Но в этот раз не было даже тихих мычаний с его стороны.       — Ты опять спишь? Или в обиженку играешь? — от неимения больше реплик, Кен пошел напрямую, сразу к по-настоящему волнующему его вопросу.       — Не знаю.       Ответ был честный, максимально искренний, с простой интонацией. Парень сам не знал что именно сейчас испытывает: густое желание спать или тоскливую, чуть заметную обиду от ранее происходящего.       Все же, несмотря на многочисленные мысли в головах у парней, ничего не было ясно для малорослого. Сначала Дракен несколько раз ударил его и удалился просвежать голову, а потом парень открывает глаза и уже спит на его плече, укутанный в его кофту. У Манджиро не было вопросов, он лишь не до конца понимал что сам думает об этой ситуации.       Со стороны Дракена было бы непростительно сидеть ничего не делая, тем более, что ему стоило бы загладить вину перед своим поступком, хотя он был уверен, что полагаться на подобное со стороны выглядит эгоистично, мол сначала довел до истерики, а после просто попросил прощение. В его представлении получить прощение — это сделать уйму благополучных действий, которые раз в двадцать должны перекрыть его поступок.       Немного подумав, глядя больше на спину сидящего рядом с ним Сано, что все еще вдумчиво рассматривал стены, Рюгуджи, немного привстав, обхватил его за талию со спины, нежно прижал ближе к себе, приподнимая и сажая чуть ли себе не на колени. Лицо Майки наконец показало первые эмоции за эти мгновенья: глаза раскрылись больше, зрачки расширились, парень даже слегка задержал дыхание, ведь данное действие было для него неожиданным.       Дракен сильнее обвил руки вокруг торса парня, с каждым мгновением прижимая того чуточку сильнее к себе, после уткнулся лицом в шею, ближе к уху немного непонимающего происходящее Майки, и прошептал "прости". Малорослый слегка прибывал в культурном шоке от действий своего заместителя, по спине пошли прохладные мурашки от ощущения чужого дыхания на шее. Он попытался немного поюлозить и вылезти из данного "захвата", но хватка Рюгуджи была уже слишком внушающей и превосходящей, что Сано оставалось лишь дальше сидеть в таком положении. Сказать что-либо он пока не решался, ожидая дальнейших действий парня.       — Ты же соврал, что не голоден? — тихо спросил Дракен, все также упираясь лицом в шею Майки, у того, в свою очередь, пронеслась по спине очередная порция мурашек. — Я чувствую руками, как у тебя живот журчит.       От данного полностью правдоподобного замечания в сторону Манджиро, ему стало немного неловко, он почувствовал себя раскрытой книгой, в которой ни одна строчка не сможет остаться непрочитанной Кеном. Из-за подобного сравнения в свой голове Майки стало несколько не по себе, и его уши слегка покраснели мягким розовым, как закатное солнце, цветом, что несомненно увидел Дракен. Его реакцией был смутный смешок, таким сонным, хриплым, немного вызывающим голосом.       Подобная реакция отчего-то заставила Майки еще сильнее смутиться, и малорослый с большим напором попытался вырваться из рук Кена, уже явно сопротивляясь и разжимая его руки, борясь с силой своего заместителя, упрямо намереваясь в итоге выбраться из появившихся оков.       Справиться с таким наплывом противодействия со стороны парня для Дракена было уже сложно, поэтому ситуация превратилась на пару секунд в маленькое противостояние двух не на шутку сильных людей, и Рюгуджи понимал, что вполне может уступить в данной ситуации, позорно проиграв, чего ему никак не хотелось. Во избежание неприемлемой для него ситуации, он решил использовать наступательные меры по отношению к Майки. Тот же уже было радовался, что у него благополучно получится одержать победу, и свобода была уже почти в его руках, но внезапная перемена положения вывела его из колеи. Буквально пару мгновений, Дракен резко отпускает торс парня, перехватывает того за плечи и давит на него всем весом.       Буквально пару мгновений, и от такой близкой победы не осталось ни следа. Манджиро лежал на полу, а Рюгуджи нависал над ним, держа руки прямо по обе стороны от его головы. Нагнувшись к его уху, парень все тем же хриплым, но теперь, плюсом к тому, еще и запыхавшимся голосом, задал своему главарю явно риторический вопрос "выкусил?". Теперь уже все лицо Майки вспыхнуло розовизной против его воли, смущение у парня достигло своего пика и он попытался максимально отвернуть голову в сторону, чтобы Дракен не увидел его раскрасневшегося лица, что, конечно же, было тщетно.       Парень с косичкой вновь тихонько посмеялся, а далее резко взял за запястья лежащего под ним парня и быстро, слегка применяя силу, завел руки Майки над головой и закрепил их в таком состоянии, держа одной рукой. Серьезное непонимание и волнение вновь появилось на лице у Сано. В следующую секунду он почувствовал, как свободная рука потянулась к его подбородку, и, аккуратно держа, направила его голову на себя.       Манджиро почувствовал зарождающийся страх перед действиями друга, чувствовалось что-то неладное, парень сильно зажмурил глаза и начал предпринимать попытки вырываться, дергая ногами, чтобы выбиться из опасного захвата. Дракен напрягся сильнее, но не отступил от своих действий, постепенно наклоняясь к лицу Майки, у которого сердце стучалось уже очень сильно, норовя выпрыгнуть из груди, он не понимал, с чего Кен начал делать подобные странные вещи.       Уже почувствовав чужое дыхание прямо у своего лица, он полностью напрягся и даже задержал дыхание, для него это мгновение длилось вечно, в голове даже промелькнула мысль, что он сейчас умрет.       А после, он почувствовал легкое прикосновение ко лбу. Такое теплое, мягкое, преисполненное заботой, от которого так и веяло огромной нежностью, которую только и мог собрать из своих чувств Дракен. Майки резко распахнул глаза, уставившись в лицо парню, что постепенно отдалялся от его лица. Почувствовалась свобода в руках, Кен их больше не держал, а Манджиро, прибывая уже далеко не в культурном шоке, тупо смотрел на его, не двигаясь с места и не меняя положение рук, несмотря на то, что их уже ничего не держало.       — Ну вот, совсем же не страшно, да? А ты весь сжался, будто я тебя тут на мясо режу, — сказал Рюгуджи, с доброй улыбкой смотря на Майки.       Он сам пока еще не понимал что творит, его руки и тело двигались сами, он просто делал что ему в этот момент хотелось, а о последствиях он подумает как-нибудь потом, хотя бы на это короткое время освободясь от преследующей на протяжении всей жизни людей ответственности. Здесь, в этом забытом всеми доме, под звуки дождя и грома, это казалось возможным.       — Кенчин... — тихо проговорил Сано, глядя прямо в глаза парню, а после резко снова раскраснелся и отвернутся от того.       — Что-то хочешь сказать, Майки? — спросил Кен, садясь на колени, но все также будучи сверху малорослого парня и смотря на него.       В этот момент он подумал, что хорошо бы на будущее носить с собой небольшую расческу для непослушных волос Манджиро. Хотя, ему даже нравилось, когда они непроизвольно распушивались, ведь с такими волосами Сано еще больше похож на маленькое солнышко — так решил про себя Дракен. Его размышления прервал сам парень, все же решившись ему что-то сказать.       Майки закрыл лицо руками, видимо, чувствуя, как сильно оно краснеет, и довольно робко произнес:       — Кенчин, можешь.. — он сильнее сжал руками лицо, больше всего сейчас ему хотелось провалиться под землю, — можешь, ну, еще раз?..       На лице Дракена проявилось приятное удивление, уж чего, а этого он точно не ожидал. Последовала мягкая улыбка с его стороны, которую Майки не увидел из-за того, что закрыл глаза руками, но если бы увидел, то засмущался бы еще сильнее, хотя сложно было представить еще более красное лицо парня.       — Еще раз что? — с язвительной ухмылкой переспросил Кен, — когда говорят, то убирают руки ото рта, тебя же не слышно.       Майки наконец-то убрал руки от лица, с раздражением посмотрев на Рюгуджи, который в таком положении еще и издевается над ним.       — Я тебя ударю, идиот, — отводя взгляд от усмехающихся серых глаз, тихонько пробубнил парень, намереваясь вновь закрыть лицо руками.       Тогда, перехватив за запястья руки Майки и раскинув их в стороны, Дракен вновь нагнулся к смущенному лицу парня, легонько чмокнул его в лоб, потом в кончик носа, затем в щеку, далее спустился немного ниже, дотрагиваясь губами до мягкой шеи, держа курс на выпирающие ключицы, которые слегка прикусил, вызвав тихое шипение со стороны лежащего под собой парня, что прочувствовал все эти действия, сильно зажмуря глаза.       — Ладно, ладно, все, хватит, — быстро проговорил Сано, понимая, что ему становится слишком неловко от действий Кена.       — Что, уже все? А так упрашивал, — ответил ему на то парень, вновь язвительно ухмыляясь, чувствуя как Майки нетерпеливо вырывает свои руки из-под его.       — Говорю же, хватит. Потом. Отпусти, — уже более раздраженно проговорил Майки, его лицо все еще было красное и чувствовал парень себя неловко, но упрямство у него никто и никогда не отнимет.       Кен же замер, резко обомлев и расслабив руки, полностью освобождая Майки от захвата. "Потом" — только одно слово, что произнес Майки, только оно одно сейчас засело в его голове. Что же сейчас такое произошло, что вдруг поменялось за считанные секунды, что заставляет внутри Дракена летать бабочек от осознавания, что Сано буквально сказал, что позволит себя целовать в будущем.       В окно уверенно проник яркий луч солнца, освещая комнату. Через небольшое окно было видно, что дождь закончился. Дракен, взяв себя в руки, предложил Майки идти домой, где как раз можно будет хорошо поесть после такого приключения. Малорослый парень согласился, и, после того как Кен посадил его себе на спину, придерживая за ноги, в то время как Сано обвил руками его шею, парни направились в сторону города.       Первые несколько минут Майки искал радугу, которая наверняка должна была появится после дождя под таким ярким солнцем, но, быстро смирившись, он уткнулся в плечо Рюгуджи и скоро заснул, мило морщась, когда Дракен проходил под деревьями и задевал ветки, с которых падали оставшиеся дождевые капли прямо на макушку Манджиро. Удивительно, как в такой момент все обиды и проблемы забылись. Конечно, рано или поздно настанет время, когда придется их решить, но не сейчас. Сейчас, пока все хорошо, эти двое миродушно наслаждаются компанией друг друга, ожидая еще многого в будущем. И, что более важно, они наполнены уверенностью, что эти надежды наверняка не окажутся пустыми и безосновательными.