Быть с тобой

За шесть дней до того самого разговора:

— Ты снова завис на сочинении по истории, серьёзно? — Билл посмотрел на него, опираясь на стену около окна и сложив эти ("прекрасные? Нет стой, о чём ты думаешь, Фредди?", — забилось в мыслях воскресающей бабочкой) руки на груди. Фредди лишь закатил глаза. — Да. Я завис на сочинении по Аврааму Линкольну. И что такого? — Лукаво улыбнулся, делая эту вещь обыденной. Мол "с кем не бывает". — Я хочу раскрыть его личность, а не просто написать, что он был шестнадцатым президентом США с 1861 по 1865 и первым от Республиканской партии. Мне хочется внести в сочинение, — парень стал крутить ручку, перекладывая её лёгким касанием с одного пальца на другой, — то, что его деятельность привела к отмене рабства на территории США. — В одну секунду его словно озарила мысль, зажглась несуществующая лампочка над головой: — О, или что он стал первым убитым президентом США. Ну, типа, кто об этом всём может знать в Филадельфии? — Посмотрел на брата. Билл покачал головой: — Слушай... А я и забыл, какой ты зануда. — Он рассмеялся и потрепал его по волосам. — И "раскрыть" слишком пафосно звучит, не думаешь? Ты же не сыщик? И я думаю, что в Филадельфии вполне знают Линкольна. Я в том смысле...кто может его не знать? Уверен даже русские знают о нём.. — Призадумался. Серьёзно, Фредди даже успел засмотреться и вовремя отвести взгляд, чтобы не соприкоснуться с его глазами: — Ну, хотя бы то, как он выглядит. — Усмехнулся парень, пожав плечами, и уселся на свою кровать. — Я не зануда. — Фыркнул парень. Его начинало обижать, что многие так его называют. — Зануда. — Билл кинул в него подушкой. — Хватит фрэдничать. — Я думал, что тебе это нравится. — Фрэдди, на удивление, поймал пролетевший "снаряд" и всё же со своим фирменным закатыванием глаз, произнёс: — Ну, может капельку я и зануда, ладно. — Всё же признал, а это ему даётся ой с каким трудом. — Просто я хочу, чтобы они знали, что калек не надо жалеть и... — Снова перескочил с темы на тему. — Ну, я зануда лишь на..долю.. капельку. — Показал пальцами миллиметр. Билл усмехнулся и было потянулся за комиксом, который свалился с кровати и раскрылся, но в него резко прилетела та самая подушка. Видимо, брат воспользовался шансом отомстить. — Эй! — А что? — Развёл руками он. — Только ты подушками можешь кидаться? Представь, какая у меня была бы нелепая смерть, если бы меня завалило подушками. А пока самой нелепой смертью я считаю... — Так.. — Билли поднял руки вверх, сдаваясь. — Не надо тут о "100 нелепых случаях смерти, которые я знаю". Сейчас начнёшь опять, как из-за бюстгальтера и грозы погибли две девушки, или как рыба убила рыбака...— Билл закатил глаза, беря подушку в руки и вспоминая, что было в прошлый раз, когда речь зашла об этом. — Хэй, — даже немного обиделся он, — но я хотел сказать.... — Как парень умер в водостоке из-за упавшего телефона? — Закатил глаза Билл, зная уже сотню таких историй. И тут подушка угодила во Фреда. Началась драка. Будь подушки перьевыми, комната бы стала похожей на неудачную попытку в дизайне костюмов. Но нет, но комната была заполнена светом от зарева заката. Его лучи проникали через окно, оставляя тени мальчиков танцевать на стене. До того самого момента, пока они оба не упали на ковер, так как Фред потерял точку опоры в виде костыля. Билл навис над ним, прерывисто дыша и озорно улыбаясь. "Блять, всё как в той яойной дораме", — возникла первая, и кажется, единственная мысль в голове Фредди на данный момент. Не дай бог, он кому-то признается в том, что смотрел яой и даже пытался пройти тест на гея... Не дай бог. Такое парню только в кошмаре могло сниться. И даже не в плохом смысле, а в том, что его будут засыпать вопросами: "А какой типаж парней тебе нравится?", "А ты давно понял, сынок? Ты же знаешь, ты мог сказать" и крепкие объятия отца или на худой конец, понимающий взгляд Педро. Но они, к сожалению, не были в дораме. Они оставались в Филадельфии, в собственном доме, собственной комнате на втором этаже, которую так приятно озаряло солнце. И Билл над ним не был тем "долгожданным принцем" или "любовью всей его жизни" или "другом детства, в которого несложно влюбиться"....боже, сколько он пересмотрел таких дорам в тихушку? Но вернёмся к главному. Они были в мире, где не было всё таким идеальным. Билл улёгся рядом на пол и засмеялся: — Бля, тебе нужно купить эти... Сейчас, вспомню... — О нет, это похоже на один из симптомов маразма. Ты как? Помнишь меня? — Не удержался от шутки он. — Ой, да иди ты. А! — Вспомнил, подняв палец вверх и ровно указав им на небольшую трещину на потолке, хоть и не заметив этого. — Ходунки. Вот, их тебе и заверну в подарочную бумагу на рождество. Сотку ставлю, что не поймёшь, что это они. Фредди весело рассмеялся. — Это будет сюрпризом,да? — Ага. Уверен, что ты не догадаешься. — Ну да, ну да. Оба рассмеялись, а затем затихли. И было в этой тишине что-то особенное. Уютное и своё. Фредди повернул свою голову на Билла, изучая его лицо ближе, чем мог до этого. И в какой-то момент его взгляд стал таким пристальным, что Билл заметил его и посмотрел на Фредди в упор. Мальчишка покраснел от такого поворота и отвёл взгляд на потолок. Услышал усмешку рядом. Билли это понравилось? Он не знал, как это расценивать, тут не было всплывающей таблички, как в каком-нибудь "Клубе романтики" или тик-токе. Но было иное... Этот стук в груди. Сердце колотилось так сильно, что парню показалось, что у него аритмия. Он сглотнул и уселся на ковре. — Нам пора ужинать? Билл приподнялся на локтях, кинув взгляд на часы с летучей мышью в стилистике Бэтмена: — Да. Идём. — Поднялся и протянул ему руку. Ох, знал бы этот парень с каким трепетом за неё схватился его брат и как был благодарен, что ему протянули упавший костыль... Но Билли не знал это и, похлопав его по-дружески по плечу, направился с ним вниз по скрипучей лестнице.

***

За ужином.

— Надеюсь, что на этой неделе всё будет у нас хорошо, и нас ждут неожиданные, но приятные сюрпризы. — Как всегда, достаточно ласковый голос отца заставил всех сложить руки друг на дружку и кивнуть в подтверждение данных слов. — Ах, и да. Мы рады, что рука Билли как всегда с нами. — Улыбнулся, кинув взгляд на сына. Многие хихикнули, Билли закатил глаза: — Сколько можно? — Но он сам дружелюбно улыбнулся. Привык уже к этой неоднозначной традиции, что скрывать. Виктор растормошил его волосы и с любовью обвёл взглядом детей. А затем поцеловал супругу в щёку. Роза сразу же расцвела. Парень порой удивлялся тому, что их любовь не скатилась в однообразную рутину, а была всё также наполнена милыми подарками, поцелуями, объятиями. Это всё выражалось и в трепетном отношении к детям. К каждому индивидуально. Фред усмехнулся: — Тебе пора привыкнуть. — И наложил себе ещё салата Цезарь. Уж больно любил его, но не думал, что правитель Древнего Рима был бы этому рад. Это его смешило каждый раз. Билли заметил это и показал лайк салату, а затем словно вспомнив, прикрыл большой палец в ладони. До Фредди дошло сразу и он залился хохотом, чуть не пролив свой апельсиновый сок. — Фредди. — Отец нахмурился. Нет, он не злился, просто был несколько недоволен поведением сына. Фред покраснел. — Прости. Я не удержался. Билл сидел же довольный как чёрт. Дарла быстро отвлекла от данной ситуации родителей, словно её предчувствовав, хотя на самом деле в очередной раз хотела рассказать, как прошёл её день: — И я отдала свой рисунок на конкурс рисунков! — Тавтология... — Вставил своё Юджин, тайно играющий в видеоигру под столом. Девочка словно не услышала и продолжила говорить заинтересованным родителям и, на удивление, Педро. — Я нарисовала такую огромную радугу, широкое поле и наш дом. А ещё щеночка и кошечку! — Последнее звучало как намёк. — Это замечательно, Дарла. Уверена, что все рисунки были прекрасны, но твой особенно яркий. — Роза нежно погладила дочурку по темным волосам. — Тебе кто-то помогал из братьев? — Да! Педро. Он так красиво нарисовал вчера натюрморт! А потом научил меня рисовать облака. Их как раз и не хватало в этом рисунке! Они такие белые на голубом! Пушистые! Так и хочется дотронуться! — Она говорила, как всегда, возбуждённо. Ох уж этот гиперактивный ребёнок. — М? Педро? Это очень хорошо, что ты заинтересован в творчестве. — Мужчина кивнул, явно гордый за то, что у сына появилось не только заинтересованность в чём-то, но и действительно интерес к жизни членов семьи. До этого местами он казался тихим и даже замкнутым в себе ребёнком, но они то знали, что внутри у него добрая и горящая пламенем жизни душа. Педро отвёл взгляд в сторону, кажется смутившись, и быстро кивнул: — Я просто хотел помочь Дарле с конкурсом. — Это лучший рисунок! — Уверенно заявила девочка, активно жестикулируя. Педро снова кивнул. — А ты оказывается у нас Микеланджело... — Протянул Фредди, включаясь в разговор после пяти вилок ("Боже, какого вкусного!") салата. — Или Ван Гог...— Подхватил Билл. Фред улыбнулся: — Или... Педро почувствовал себя несколько напряжённо. Роза смягчила ситуацию:. — Мальчики-мальчики, я понимаю ваш энтузиазм в исторических фактах, но наш Педро лишь пока заинтересован в таком виде искусства. Так что не отбивайте у него желание своими неоднозначными шутками. — Да мы просто поддержать хотели, мам...— Фредди улыбнулся. — Да-да, я так и услышала. — Роза усмехнулась и повернулась на Педро: — Всё хорошо? Ты же знаешь Фреда и Билла. — Да, они не разлей вода пара. — Сказал с хитрецой он. На этот раз напряжение почувствовал Фред и стал пить сок, чтобы как-то отвлечься. Педро усмехнулся и продолжил кушать, раз все затихли. Совсем скоро тишину прервал Виктор: — Юджин, ты действительно думаешь, что я не вижу блики от экрана телефона на твоих очках? — Поднял "свирепо" одну бровь. Мальчик закатил глаза. — Ну тут такое, пап. Ну сейчас, мне бы ещё минутку и... И телефон у него забрали под его несогласное бурчание. — Не расстраивайся. Держи. — Девочка протянула брату кусочек ананаса. Они стали играть в крокодила, когда сели пить чай. У Фреда с его костылем совершенно не получалось показывать ни слона, ни даже кошку, от чего он выглядел грустным и уходил угадывать. На одном из таких раундов Роза уже аккуратно намекнула ему, что им в команде нужен знаток, но он упёрто направился показывать чирлидиршу. На помощь пришёл Бил, и ему стало легче и заметно приятнее. Это не ускользнуло от Педро. В итоге с их совместными усилиями все поняли, что они показывают, и Дарла захлопала, как всегда, радостно в ладоши. Фредди поклонился вместе с братом и уселся обратно на стул. Потянулся и стал допивать чай. Но вскоре не удержался, потянулся в изначально нужную сторону — к Биллу и шепнул: — Спасибо, ты спас меня. Билл подмигнул в ответ и произнёс то, что согрело его душу: — Я не мог иначе. Фред мило улыбнулся, отвёл взгляд вниз и затем, отвлекаясь на игру, подняв руку, чуть ли не крикнул: — Да это же Робокоп, Юджин! Юджин щёлкнул пальцами, показывая в его сторону: — В точку. "Живой или мёртвый — ты пойдёшь со мной". Не быть ему актером, но было забавно. Билл и Фред рассмеялись. Может быть ему комиком? Хотя Юджин видимо давно уже айтишник или в тайне от всех сумасшедший учёный. Через тридцать минут Билл и Фред лежали на мягком ковре в их спальни и изучали трещины на потолке, придумывая истории в жанре фэнтези. В их мыслях эти трещины становились царапинами оборотней или древних драконов! Фред повернулся на него: — Весело было. — М? — Ну, — протянул он, — сегодня был хороший день. — Это точно. Как и вчера. Или тебе не понравилось играть в настольную игру? — Понравилось. — Парень улёгся на бок, смотря на брата и продолжая разговор с ним. Хотелось быть ближе... — Знаешь... Я со стольких семей сбегал... — Даже от нас.. — Да, — Билл продолжил, видимо ему это было важно сказать: — И от вас. Но я никогда бы не подумал, что именно вы, со своей разношёрстной компанией, станете мне так дороги. Загадочный и замкнутый Педро, хакер Юджин, — усмехнулся, — умная Мэри, любящая Дарла, Рози и Виктор, боже, я восхищаюсь их любовью...— Он говорил так восхищённо и искренне, улыбка горела на лице счастьем, — и ты. — Посмотрел в его глаза внимательно и резко обнял. — Ты стал для меня лучшим братом. — Дальше он произнёс быстрее: — И только посмей просить меня повторить всё это, не стану... Я просто.. хочу, чтобы каждый из вас знал, как я сильно люблю... — Я тоже люблю тебя, — кажется, у Фреда перехватило дыхание, а затем комок несказанного вернулся в горло, — брат.