Привкус корицы

Светловолосая не знала, куда себя деть. Просмотрев расписание и узнав, что технология была последним уроком, она позвонила маме девушки, на что получила совсем не радующий ответ: «Дома ещё не появлялась» Тяжёлые шаги раздавались по кабинету русского. - Где же она может быть.. Кулаки сжимались, хотелось биться головой об стену. «Какую глупость я ей сказала, Боже... » Пульс ударами отдавался в голове. Боль кольнула сердце, раздавалась по всему телу, заражая каждую клеточку. Дрожь не прекращалась, переживания не давали нормально думать, в голове вырисовывались лишь плохие мысли. «Может, сходить к Оксане Игоревне?» Ольга Юрьевна, надеясь на то, что физичка будет одна, неуверенным шагом направилась вниз. «Думаете, я такая, что буду прыгать из постели в постель? Глубоко ошибаетесь!» Длинная лестница казалась бесконечной. Колени не сгибались, тёмные силуэты на пути что-то говорили, но мозг отказывался воспринимать какие-либо слова. Железная дверь. Рука застыла в паре сантиметров. «Не верите - не надо! Больно нужно!» Рука повернула ручку, замок щелкнул и директриса стояла в кабинете, осматриваясь. В глаза бросилась старая деревянная дверь, на которой висел яркий плакат: «Пора в школу!», до сих пор никто так и не додумался снять постер. Стук. *** Оксана Игоревна резко поднялась на диване от стука. «Кого это принесло?» - секундочку Темноволосая губами прижалась к груди ученицы. Лизавета выгнула спину и тихо простонала. - вставай, сладкая Оксана Игоревна встала и, одеваясь, попутно взяла одежду ученицы. Надевая юбку, темноволосая посадила на себя Лизавету. Красноволосая воткнулась лицом в плечо учительницы. Оксана Игоревна с улыбкой одевала полусонную девушку. Холодные руки с нежностью провели по волосам и закрепили их резинкой. - Лезь в шкаф. Ученица поднялась с колен и, пошатываясь, подошла к шкафу. Оксана Игоревна, открывая его ключом, немного подтолкнула девушку к проему. Лизавета залезла в маленький, хотя на первый взгляд вместительный шкаф. Послышался небольшой щелчок замка. Темноволосая, посмотрев с улыбкой на себя в зеркале, поправила рубашку и открыла дверь, за которой стояла Ольга Юрьевна. Оксана Игоревна застыла в проходе. Улыбка медленно сползла с лица. Взгляд светловолосой падал сквозь собеседника. Немного опущенная голова, взлохмаченные волосы, трясущиеся руки выдавали нервное состояние директрисы. Да она и не пыталась его скрыть. - У тебя нет Лизаветы? Оксана Игоревна, находившаяся в замешательстве, некоторое время стояла молча, словно не услышав вопроса. - Смотря с какой целью интересуетесь, Ольга Юрьевна, - небольшая ухмылка заиграла на лице темноволосой. - Пожалуйста, просто скажите, что у вас её не было, прошу Руки задрожали сильнее. На глазах появлялась пелена слез. Сердце словно замедляло ритм. Взгляд надежды коснулся лица учительницы. Голубые глаза обожгли щеки темноволосой. - Она.. Оксана Игоревна, смотря на стоящую напротив, не могла сказать правду. Даже несмотря на то, что происходило 10 минут назад в этой комнате, девушка не могла пересилить себя и произнести это. «Она заходила и я её использовала. Я пользовалась твоей девочкой. Я втрахивала её в диван, пока вы, замученные собственными мыслями, не находили места в маленьком кабинете, пока вы не находили воздуха в лёгких, она стонала, извивалась и просила большего» Пальцы сжались в кулак. Безысходность. - Она не заходила. Вздох облегчения. Слезы покатились по щекам светловолосой. - Спасибо, - еле прошептала директриса. Вся тяжесть куда-то пропала, исчезла. Мягкая, немного измученная, но искренняя улыбка осветила лицо женщины. Оксана Игоревна плюхнулась на диван. «Твою мать» Молчание, наполнявшее кабинет, напряжённым взглядом отзывалось на лице темноволосой. Ольга Юрьевна, словно забыв, что находится в чужом кабинете при девушке, к которой ревновала свою девочку, с улыбкой посмотрела в окно. Погода, испортившаяся окончательно, придавала некую загадочность, неизвестность в полумраке. Ничего не сказав, светловолосая вышла из кабинета, стуча каблуками. Груз, медленно наполнявший душу темноволосой, не давал покоя. Подойдя к шкафу и провернув ключ в замочной скважине, Оксана Игоревна распахнула дверцы. Лизавета, глупо хлопая глазами, с непониманием смотрела на стоящую напротив. Темноволосая взглянула на ученицу и внизу живота потянуло. Набухшие соски, розовые щеки и юбка, не дающая полностью насладиться упругим телом. Прикусив губу, учительница оторвала взгляд от груди стоящей и посмотрела в лицо. - Тебе нужно к Ольге Юрьевне, она тебя ищет. - Мне кажется, сейчас я вам нужна больше. Подойдя вплотную к темноволосой, Лизавета с удовольствием всматривалась в глаза учительницы. Красноволосая медленно расстегивала молнию юбки, не отрывая взгляда от девушки. Оксана Игоревна, сжимая руки в кулаки, боролась с желанием. Ткань упала вниз. Темноволосая отходила назад, ощущая жар и желание. Нельзя. После взгляда, убитого и холодного, пронизывающего до костей, нельзя было просто так взять и продолжить. Лизавета прижала в угол учительницу и нажала той на плечи, усаживая. Оксана Игоревна, садясь на пол, понимала, что она не сможет. Лизавета, улыбаясь, улеглась на диван, располагая между ног учительницу. Темноволосая с наслаждением коснулась губами клитора. Лизавета откинулась назад и закатила глаза. Рука опустилась на затылок учительницы. Оксана Игоревна проводила языком по мокрой и горячей плоти. Лизавета направляла голову сидящей в нужную сторону, тяжело дыша. - Вам же это нравится. Вам наплевать на Ольгу Юрьевну. Лизавета кончила и отпустила волосы учительницы. Темноволосая поднялась и, резко схватив рукой шею девушки, прошептала прямо в лицо. - Расстанься с ней. Лизавета усмехнулась и вмиг ощутила, как пальцы сильнее сжали шею. - Я.. Не могу. - Трахаться с двумя можешь, а расстаться - нет? Хорошо устроилась. Пальцы с каждым словом сильнее сжимали горло. Лизавета начала задыхаться. - Прошу.. Хватит. Хрип резал уши. Оксана Игоревна убрала руки с шеи и заметила, как по ногам ученицы потекла немного прозрачная жидкость. - Значит, тебя ещё и это возбуждает? Маленькая извращенка. Темноволосая поднялась на ноги. - Одевайся и иди. - Куда? - Или к ней, или домой, мне без разницы. Только чтоб живая была. Если за неделю ты с ней не расстанешься, она сама об этом узнаёт. Темноволосая, произнося последние слова, вышла из кабинета, оставляя Лизавету один на один с мыслями. А Лизавета, не пившая никогда и не знающая меры, всё ещё находилась в алькогольном опьянении и мало понимала, что происходит.