Волею случая

Лили Эванс проводила этот вечер в библиотеке, склоняя голову над интересной книгой. Ее глаза, привыкшие к постоянному чтению, очень быстро скользили по строчкам страницы, а указательный пальчик уже тянулся к уголку листа. Впрочем, сейчас книга, которую она читала, ничего общего с обучением не имела. Это был приключенческий детектив, простая маггловская книжка. Перевернув страницу, Лили уперлась локтями в стол и обхватила ладонями шею. Ее огненно-рыжие волосы были откинуты за спину, но в то же время покрывали щеки. В последнее время она если и держала в руках книгу, то это определенно была учебная литература. Сейчас это просто развлечение. Книжка, подаренная мамой на один из дней рождения, давно валялась в чемодане. Внезапно Лили почувствовала, что кто-то аккуратно заправил ее волосы за левое ухо и поцеловал в щеку. Она не сразу поняла, что произошло, и повернула голову. И, ох, лучше бы она этого не делала… — Поттер! — закричала Лили, но, так как какое-то количество времени она не разговаривала, получилось это не особо громко, чему даже оказалась рада, ибо бдительная мадам Пинс бродила поблизости между стеллажей. — Что, Эванс? — спросил Джеймс как ни в чем не бывало. — Какого черта ты лезешь? — произнесла Лили почти шепотом, но тон голоса был очень грозным. — Извини, что помешал тебе, — он улыбнулся своей чарующей улыбкой. — Просто МакГонагалл просила передать, что хотела видеть тебя. — Да, но зачем было целовать меня? — зашипела она, но вскоре опомнилась. – Что? Профессор МакГонагалл? Лили с грохотом закрыла книгу, лихорадочно запихала в свою сумку и побежала к выходу. — А где же «благодарю тебя, Джеймс»? — Спасибо, Поттер! — крикнула Лили и скрылась из виду. Через несколько минут она постучала в кабинет заместителя директора. — А, это вы, Эванс, — МакГонагалл оказалась не удивлена и жестом пригласила войти. — Профессор, вы вызывали меня? — Да, Эванс, — как всегда, строго смотрела она. — Я лишь хотела напомнить вам, что для того, чтобы стать школьной старостой, вы должны успевать по всем предметам. У вас есть еще немного времени, чтобы подправить положение, а потому я настоятельно советую вам обратить внимание на Защиту от Темных искусств. — Профессор МакГонагалл, тот случай был… — Не смею больше задерживать вас, Эванс, — МакГонагалл опустила глаза на пергамент, лежащий на столе, больше не обращая на свою студентку внимания. Лили со вздохом вышла из кабинета. Что ж, раз МакГонагалл так непрозрачно намекнула об этом, нужно попытаться все исправить. Лили была очень ответственной и всегда добросовестно занималась и выполняла домашние задания по всем предметам, не зря же она являлась старостой факультета Гриффиндор и даже претендовала на звание школьной старосты в следующем году. Защита от Темных искусств, как предмет, всегда была ее слабым местом, и то, что Лили однажды не сдала важную работу, на которую, кстати, потратила немало времени, сыграло свою роль. А все из-за того, что на пергамент с ее эссе вылились чернила, да так, что восстановить его уже не представлялось возможным. Огромное спасибо этому вечно неосторожному оболтусу Поттеру. Он, проходя мимо, умудрился толкнуть Алекса Скотта, тот не устоял и полетел на парту, где и лежала работа Лили. В общем, исход этой потасовки ясен: Алекс ушиб руку, она осталась без эссе и уже в который раз убедилась, что Джеймс Поттер — идиот. После того случая Лили расстроилась, злилась на Джеймса. Он попросил прощения, искренне сожалея. Но чем являлись его извинения, если у Лили подпортилась успеваемость? Слава Мерлину, сейчас оценки по ЗОТИ более или менее выравнивались, и она была уверена в своих силах. Лили шла по коридору, когда увидела Мародеров в полном составе, о чем-то шептавшихся у подоконника. По поведению можно было предположить, что они задумали очередную проделку. Ох, держись, Хогвартс!

***

На следующий день, когда Гриффиндор и Равенкло зашли в класс Трансфигурации и расселись по местам, профессор МакГонагалл не обнаружила на занятии парочку студентов. — Люпин, не знаете, где проводят время, предназначенное для Трансфигурации, Поттер и Блэк? — Не знаю, профессор, — почти честно ответил Ремус, откашливаясь, чтобы не засмеяться. Рядом сидящий Петтигрю толкнул его локтем в бок. — Что ж, — прищурив глаза и сжав губы, сказала МакГонагалл, — придется начать без них. Но тут в кабинет Трасфигурации внезапно ворвались персоны, о которых только что шла речь. Оба парня часто дышали, как будто только что приняли участие не иначе как в марафонском забеге. — Профессор, мы… — Вы опоздали, молодые люди, — впрочем, тон профессора не оказался бы столь суровым, если бы она была уверена, что после того, как эти двое вбежали в кабинет, ничего не случится. Парни смотрели на МакГонагалл, все еще приводя дыхание в норму. — Где вы были? — Мы помогали профессору Слизнорту, — невинными глазами посмотрел на нее Джеймс, а потом повернул голову к другу. — Да, мы как раз направлялись на Трансфигурацию, когда профессор Слизнорт споткнулся и… — …все зелья, которые он нес, могли разбиться. — Но мы не допустили этого, — гордо сказал Блэк, — зелья остались в целости и сохранности! — Правда, профессор Слизнорт немного ушибся, — почесав затылок, закончил Джеймс и понял, что на него и друга смотрят все сидящие в кабинете, но ни одного это не смутило. Они уже давно привыкли быть в центре внимания. — Ладно, — сказала МакГонагалл чуть спокойнее. — Присаживайтесь. Может, наконец-то, мы начнем сегодняшнее занятие. Джеймс и Сириус переглянулись, перед тем как сесть на свои места. Ребята сделали серьезный вид, прилежно сложив руки на парте. Впереди них сидели Люпин и Петтигрю. Лунатик повернулся к друзьям и вопросительно дернул головой, на что Джеймс поднял большой палец. Ремус улыбнулся и отвернулся, поймав на себе грозный взгляд профессора. Через минут двадцать после объяснения теории профессором МакГонагалл раздался грохот, как будто на одном из этажей случился невиданный по масштабу взрыв. В кабинете повисло молчание. Ни шороха. Все замерли от испуга. Первая пришла в себя профессор. Она, не сказав ни слова, вышла из кабинета. Как только дверь закрылась, ребята зашептались. Сириус хлопнул в ладонь Джеймса, ухмыльнувшись. Мародеры дружно засмеялись. Лили неодобрительно покачала головой, посмотрев на ликующий квартет. Джеймс, почувствовав на себе ее взгляд, в ту же секунду невольно потянулся к волосам, чтобы взъерошить и без того неидеальную композицию на своей голове. Он поднял взгляд, но, к сожалению, увидел лишь рыжую макушку только что отвернувшейся Лили. — Надеюсь, вы его несильно? — спросил Лунатик. — Шутишь? Это же Филч, — откликнулся Джеймс. — Он и его проклятая кошка еще всех нас переживут, и будут терзать наших внуков! Через несколько минут в кабинете появилась МакГонагалл. Холодным взором оглядывая студентов, она остановилась на тех, кто опоздал на сегодняшнее занятие. На Поттере и Блэке. Нужно отдать должное ее профессионализму и накопленному годами опыту: профессор продолжила освещение темы, даже ни разу не подав вида, что что-то случилось за стенами кабинета. Однако под конец почти сорванного занятия она решила восполнить потерянное время, задав студентам объемное домашнее задание. — Можете идти, — сказала МакГонагалл, приглушая возмущенные возгласы и вздохи. — Поттер, Блэк, останьтесь. Ребята, переглянувшись, лениво пошли к столу преподавателя. Люпин и Петтегрю немного взволновано взглянули на друзей, но те только ободряюще подмигнули. — По-любому без этих двоих тут не обошлось, — сказала Мэри МакДональд, все еще хмуря брови, как и все ребята. — Еще не знай, что они там натворили, — сказала Лили, вздохнув. Почти все студенты в Хогвартсе направились на обед в Большой зал. Лили присела на скамейку и невольно посмотрела на стол преподавателей — не было только Флитвика и МакГонагалл. Напротив, справа от Лили, сидели Петтигрю и Люпин, которые о чем-то разговаривали с Амандой Льюис и Джоном Брауном, потом к их разговору присоединилась Мэри. Лили ковыряла вилкой свою тарелку с едой — есть не хотелось. Она потянулась за чаем, когда в Большой зал ввалились потенциальные виновники сегодняшнего происшествия. Парни с довольными ухмылками прошагали к столу Гриффиндора и уселись рядом с друзьями. — Это было весьма впечатляюще, — объявил Сириус. — МакГонагалл прочла нам целую лекцию о правилах поведения в Хогвартсе, а также о том, что бывает, если их не соблюдать и, как всегда, не забыла упомянуть, что мы были на грани исключения. Джеймс и Сириус замолчали на пару секунд, вспоминая, и затем дружно засмеялись. — Наказание назначила? — спросил высоким голосом Хвост, держа в левой руке пончик, а в правой — тыквенный сок. — Угу, — произнес Сириус с набитым ртом. — И не жалко вам его? — спросила Аманда, уже собрав свежие сплетни и зная, что и с кем произошло. — Кого? Филча? — нахмурился Блэк. — Нечего было у нас Карту отнимать! — Какую карту? — подозрительно спросил Джон. Блэк кинул на друга предостерегающий взгляд. — Неважно, какую, — проворчал Джеймс, поняв, что взболтнул лишнего, и выпил целый стакан сока залпом. Лили встала из-за стола, одарив всю четверку осуждающим взглядом, и скрылась из Большого зала. Когда она стояла около класса Заклинаний, дожидаясь профессора Флитвика, то уже знала, что случилось во время Трансфигурации. Никуда не надо было ходить, чтобы быть в курсе всех событий, происходивших в Хогвартсе. Аманда и Мэри после обеда успели рассказать Лили, что случилось на самом деле. Оказалось, что эти два идиота подорвали кабинет завхоза каким-то неизвестным взрывчатым зельем. Филч и его кабинет вроде бы в целости, а вот коридор просто в ужасном состоянии: пол вокруг кабинета в черной копоти, стены окрашены в непонятного цвета слизью и, плюс ко всему, на всем этаже теперь царил запах не иначе как дохлого тролля. Странно, что Поттер и Блэк появились у кабинета так рано — они же всегда опаздывают. Но сейчас друзья разошлись. Сириус подошел к окну, а Джеймс направился в сторону что-то повторяющей Лили. — Эванс, что это с тобой сегодня? — спросил он, упершись левым плечом в стену и скрестив руки на груди. — Какие-то непонятные взгляды на нас весь день кидаешь, а? — Поттер, у тебя звездная болезнь? — подковырнула Лили. — Совсем с катушек слетел? Или у тебя начались галлюцинации? Нужен ты мне, как же. Он усмехнулся. — Я уж было подумал, не влюбилась ли ты в кого из нас? Она фыркнула и подняла учебник повыше, чтобы не видеть лицо этого нахального гриффиндорца. Но чья-то рука тут же настойчиво опустила книгу, и Лили увидела его светло-карие глаза. Так близко она еще, наверное, никогда в них не смотрела. Некоторое время Лили внимательно изучала их. Что в них было особенного, она не знала, но почему-то именно сейчас эти глаза заполнили все пространство вокруг. — Эванс, ты что уснула? — его голос заставил вернуться на грешную землю. — Нет… — невнятно пробормотала Лили. — Тогда пошли со мной гулять? — он тепло улыбнулся. — Поттер, ты что? — вдруг окончательно вернувшись, сказала она. — Да после того, как ты сегодня чуть не угробил кабинет Филча вместе с самим Филчем, я вряд ли вообще когда-либо в своей жизни соглашусь куда-то пойти с тобой! Улыбка Джеймса вмиг превратилась в гримасу. — А если бы я его не трогал, пошла бы? — с надеждой спросил он, хотя было уже все равно, ибо назад ничего не вернешь. — Нет! — возмущенно воскликнула Лили. — Да уж, Эванс, и к чему тогда все это, а? — А к тому, что из-за вас мы вновь потеряли баллы! И это под конец года! — Между прочим, ты этому посодействовала, — никто и не заметил, как возле этой парочки появился ухмыляющийся Блэк. — В смысле? — не поняла она. — Это твое зелье мы взяли за основу, — усмехнувшись, сказал Поттер. В голове Лили пронеслись их сегодняшние оправдания на Трансфигурации о профессоре Слизнорте… Утром как раз было Зельеварение, а потом он нес их зе… Неужели эти идиоты сперли ее зелье?! Ее зелье! — Какие же вы… — она даже не смогла подобрать хоть одно приличное слово из большой волны пронесшихся в голове ругательств. Лили покраснела от злости и возмущения. — Мы не виноваты, что именно твое зелье идеально подошло для нас. Так что, Эванс, — вздохнул Бродяга, — ты оказала косвенное воздействие.

***

«Эванс, прекрати дуться! А то ты и так уже на помидор смахиваешь». Лили неохотно развернула и прочла записку, что по воздуху передал ей Джеймс Поттер во время Заклинаний. Она тут же хватилась за перо, чтобы написать ответ. «Да пошел ты, знаешь, куда, Поттер? Вы мне и так всю успеваемость портите своими тупыми выходками. Теперь еще и Зельеварение! И, кстати, я не помидор!» «Ещё какой помидор, Эванс! Да ладно тебе, мы всего-то половину колбы взяли — тебе ничего не будет. Да и к тому же Слизнорт тебя обожает, он и не подумает влепить тебе тролля». Лили прочла его последнюю запись, не собираясь пока отвечать. Вместо этого она записывала лекцию профессора Флитвика. «Поттер, я не виновата, что тебя и твоих друзей природа обделила мозгом, я же не только себя имела в виду, но еще и Филча». «Эванс, твоя забота о нашем милом завхозе меня просто убивает. Не раздувай из мухи слона, как это делает МакГонагалл. С ним ведь ничего не случилось». Еще бы с ним что-нибудь случилось! Впрочем, если так подумать, то… Да. Эти выходки с их стороны были не раз, так что пора бы уже привыкнуть. Да. Никто не пострадал, а мальчишкам назначали наказание, но ведь… Может Лили и правда придает этому слишком большое значение? Она немного подумала и пришла к выводу, что это все-таки так, а затем почувствовала, что остывает и цвет ее лица становится прежним. Незачем злиться из-за очередной их ерунды. Да и помидором не называют… Еще одна записка оказалась в ее руке, и Лили взглянула через пару парт на Поттера. Он извиняюще улыбался, и она решила, что это было довольно искренне. Лили снова ненадолго заглянула в его глаза, и через несколько секунд на его лице отразилась ухмылка. Должно быть, она увлеклась, и, поняв это, сразу же отвела взгляд: мало ли что подумает этот идиот. «Прости нас», — было в записке. Лили снова подняла взгляд на Джеймса, потом на сидевшего рядом с ним Сириуса. Оба смотрели на нее. «Ладно уж, на дураков не обижаются». Она пронаблюдала за реакцией Поттера, который только усмехнулся, покачав головой, и передал записку Блэку. Тот недовольно покосился на Лили, но она, что ж тут поделать, лишь развела руками.