Волею случая

Я хочу, чтобы просто… ты рядом была. Заражала меня своим смехом. Чтобы просто твой голос… дарил мне покой, Отражаясь в душе громким эхом.

— Сохатый, идиотизмом-то не страдай, — недовольно произнес Бродяга, которого ну очень утомляло смотреть на ни с того ни с сего разволновавшегося друга. Хотя почему это ни с того ни с сего? — Вряд ли твоя любимая староста настолько жестока, чтобы бросить тебя на балу из-за такой ерунды. Оба парня стояли у подножья лестницы, ожидая своих спутниц. — Думаешь, не надо было? — Что не надо? — чуть не закатил глаза Бродяга, из-за того, что друг не может изъясняться более понятно. — Распивать огневиски в гостиной, стучаться к ней в комнату, чтобы извиниться, — говорил Джеймс, смотря в одну точку и с выражением ужаса на лице вспоминая весь вчерашний вечер, — летать на метле… возле ее окна… орать во всю глотку… Сириус, она не придет, я же еще и стекло ей разбил! — Ну да. Заклинание «Репаро» же давным-давно отменили. Бродяга сделал глубокий вздох. — Ты что, не видел ее ни разу за целый день? — Нет, — сердито покачал головой Поттер. — А вот Льюис видела, а я видел Льюис, — ухмыльнулся Блэк. — И поверь мне, вряд ли твоя горячо любимая староста думала о вчерашнем, ну, так скажем, недоразумении, пока выбирала, какую прическу ей лучше сделать, чтобы тебе понравилось. — Да неужели? — фыркнул Сохатый. — Какие глупости, она будет прекрасна, даже если появится на балу просто в школьной мантии. Джеймс мечтательно улыбнулся. Значит, она старается для него. О, как же он ее обожает! Он был более чем уверен, что Лили Эванс будет самой красивой в этот вечер. — О, смотри, там Льюис, — сказал Бродяга, осмотрев девушку с ног до головы. На ней была бирюзовая мантия, которая выгодно подчеркивала цвет ее глаз, темные волосы же приобрели небывалый объем. — Привет, — сказала Аманда с ослепительной улыбкой. Джеймс и Сириус тоже поприветствовали ее. — А где Лили? — Она совсем скоро, — ответила Аманда Поттеру. – Ну, ладно, я пойду к Алексу, не скучайте тут, мальчики. И она, бросив на Сириуса какой-то лукавый взгляд, покинула их. — Слушай, что у вас с ней? — поинтересовался Сохатый, с ехидством улыбнувшись. — Семья и двое детей, — буркнул Бродяга, смотря ей вслед, — мальчик и девочка, постоянно ссорились, приходилось мирить, ну что ж поделать? Дети… Сириус повернулся к другу, который зачарованно глядел на девушку, что аккуратно спускалась с лестницы. Она робко смотрела на завороженного Джеймса и так же робко улыбалась. Высокая прическа и красивая парадная зеленая мантия. Она была божественна в ней. Глаза блестели, когда она смотрела только на него. Джеймс поцеловал изящно протянутую ему руку и понял, что он самый счастливый человек на свете, ибо у него была самая прекрасная спутница. — Лили, ты прелесть, — сказал он, наблюдая за тем, как розовеют ее щеки. — Самая красивая. — Спасибо, Джеймс, — его завороженный взгляд смущал. — Сириус пришел с Мирабель Аттвуд? — спросила Лили, увидев неподалеку от них Бродягу и старосту Равенкло с шестого курса. — Да, — ответил Сохатый, не припомнив, когда друг успел отлучиться. Должно быть, совсем залюбовался Лили, что даже не заметил. — Ты ведь не злишься за вчерашнее? Она засмеялась. — Это бесполезно, Джеймс Поттер. Ему понравился такой настрой Лили, и он повел ее в Большой зал. Их сопровождали взглядом почти все на пути. Джеймса это только забавляло, а вот Лили заметно смущалась. — Расслабься, — шепнул он. — Тебе легко говорить. Мне кажется, большинство этих девушек готово меня съесть. А все почему? Потому что меня сопровождает самый лучший игрок в квиддич, самый изобретательный и находчивый студент, да и просто Джеймс Поттер — самый популярный парень Хогвартса. — Ну да, — широко улыбнулся Поттер, — все именно так. — От скромности не помрешь, — заметила Лили. Они вошли в Большой зал, что был сегодня по-праздничному украшен многочисленными гирляндами и фонариками, а стены его отливали серебром. Профессор Дамблдор, улыбаясь, посмотрел на Лили и Джеймса поверх своих очков-половинок. И даже МакГонагалл снисходительно взглянула на пару, которая только что нашла себе подходящий столик. Поттер поухаживал за своей девушкой, подвинув ее стул. Вскоре к их столику присоединились Аманда и Алекс, а затем Сириус и Мирабель. В самом разгаре пиршества компании было некогда унывать, потому что мальчишки постоянно шутили, и некоторые ребята с других столиков даже оборачивались, чтобы тоже их послушать. Неподалеку Лили увидела Мэри и ее кавалера. Подруга выглядела великолепно в золотистом платье, да и слизеринец ее вполне симпатичный парень. Они очень хорошо смотрелись вместе. — Лили, пошли танцевать? — Э, танцевать? — озадаченно переспросила она. — Ну, конечно! — ответил Джеймс. — Пошли и не бойся. Мы же уже пробовали в твоей комнате, помнишь? Эванс кивнула и все же ответила согласием. Правда, его уроки танцев всегда длились почему-то недолго, ибо все они очень скоро заканчивались поцелуями. Однако все было гораздо лучше, нежели Лили себе представляла. Джеймс оказался замечательным партнером. Он вел и кружил ее в танце. Все было легко и непринужденно, что она не могла не улыбаться ему, смотря благодарным взглядом. — Ты и не можешь представить, как я счастлива, Джеймс. — Почему же не могу? — сказал он, ухмыльнувшись. — Я тоже люблю тебя. У Лили перехватило дыхание, но она не переставала улыбаться. Тоже? — Джеймс… — она вся раскраснелась, понимая, что пришло время для признания. — Я, кажется… я люблю тебя, — она выдохнула. Ну, конечно, сколько можно было держать это в себе? Теперь все встало на свои места. Поттер улыбнулся и, нагнувшись, поцеловал ее в щечку. Вот теперь действительно можно даже умереть. Услышать признание из уст самой Лили Эванс! И Джеймс внутренне ощетинился. Что-то ему не нравилось, может, ее фамилия?

***

— Так, так, так… А вот, нашла! — воскликнула Аманда, перелистав полблокнота, и протянула его Блэку. — Это ее самое гневное и длинное… Кажется, с прошлого курса… Да, с шестого курса. «Поттер, даже если ты не будешь выпендриваться и прекратишь свои проделки, перестанешь постоянно задирать людей и подружишься с расческой, ты будешь последним парнем в Хогвартсе, с которым я соглашусь пойти на бал!» Бродяга усмехнулся, посмотрев на Джеймса и Лили, которые кружились в танце уже четвертый раз за вечер. — Надо думать, он сильно изменился? — хмыкнул Блэк. Аманда засмеялась. — Черт, Льюис, вот это тебе взбрендило, конечно. — У меня этот блокнотик с четвертого курса, и там еще только то, что я слышала лично. Сириус посмотрел на девушку, которая восторженно смотрела на танцующую парочку. И он понял, что рад за друзей, вероятно, столько же, сколько и Аманда. — Все-таки классная из нас вышла команда! — сказала она, протянув руку. Блэк дал «пять», хлопнув по ней и ухмыльнувшись. — Да, — выдохнул он, — игры у вас смелые, тут уж ничего не скажешь. — Ой, ладно! — отмахнулась она. — Лично мне было интересно наблюдать за их отношениями, ну и участвовать иногда… В конце концов, мы всего лишь подтолкнули их друг к другу! Лили всегда он нравился, просто… она об этом не догадывалась. Вот и все. — Ты бы видела мое лицо, когда я проснулся и увидел Эванс в нашей комнате! Уж больно громко упали ее тапочки… — Ну, да! А когда мне пришлось заплакать, чтобы якобы извиниться! Я там, кстати, наврала ей с три короба! На самом деле я ни о чем не сожалела. Главное, чтобы Поттер обо всем узнал. — Да и в Хогсмиде хорошо время провели. Аманда захохотала, вспоминая тот день. Было довольно весело. — Да и вообще все удачно сложилось, — сказала она, просмеявшись, наконец. — Лили думает, что это случайность. А может, так оно и есть на самом деле? Главное, что оба они счастливы. Теперь их уже ничего не разлучит.