Cherry Pie

Саске все еще пытался отдышаться, полулежа-полусидя упираясь трясущимися руками в прогибающийся под его плотно сомкнутыми кулаками матрас. Сакура зашевелилась рядом с ним, рывком садясь и подбирая под себя ноги. На месте, где пару мгновений назад были ее бедра отчетливо виднелось мокрое пятно, медленно расползающееся по плохо впитывающей влагу синтетической ткани. — Прости, — зачем-то извинился Саске. — Была Cherry Pie, — Сакура с неподдельным интересом рассматривала мокрое пятно между свои скрещенных ног, — стала cream pie*. — Я надеялся продержаться дольше, — честно признался Саске, выключая камеру и передавая ее Сакуре, — боюсь, этого не хватит на полнометражное кино. — Этим дрочерам, — скривилась в презрительной ухмылке Сакура, забирая камеру из его рук, — хватит и пяти минут, больше не нужно. Она легко соскочила с кровати и потянулась к закрепленной на высоком штативе камере, чтобы выключить ее. Саске зачарованно смотрел на оголившиеся из-под задравшейся юбки подсыхающие подтеки спермы на ее бедрах. — Я могу помочь с монтажом, — предложил он, озвучив внезапное всплеснувшееся в нем желание быть полезным. — Не стоит, — отмахнулась Сакура, выключая последнюю камеру и переходя к раскалившимся софтбоксам. — Одна голова хорошо, но две лучше, — Саске наконец нашел в себе силы встать с кровати. Кожу и волосы на лобке неприятно стягивало следами успевшей подсохнуть спермы и смазки. Ему явно нужно было принять душ. И отлить. Но вновь оставлять Сакуру в одиночестве в этой комнате ему казалось неуместным. Поэтому он просто схватил раскиданное по измятой постели полотенце и обмотал его вокруг бедер. — Ты выполнил свою часть работы, — неожиданно сухо ответила Сакура, щелкая тумблером. Комната погрузилась в интимный полумрак, нарушаемый холодным свечением включенных мониторов, — дальше я сама. Они так и замерли, стоя посреди темной комнаты. — Постой, — резко почти выкрикнул Саске, заметив, что Сакура собирается повернуться и сделать шаг к двери. Он даже схватил ее за руку, но заметив, как она дернулась всем телом в ответ на его прикосновение, тут же отпустил, — ты, — он на минуту запнулся, пытаясь подобрать правильные слова, чтобы озвучить свою догадку, — ты стесняешься? — Не пойми меня неправильно, — Сакура выдохнула в попытке смягчить свой тон, — но я отнюдь не горжусь тем, чем занимаюсь в этой комнате. И пусть все то, что здесь произошло, никогда не покинет этих стен. — Я понимаю, — глухо отозвался Саске. Повисшую между ними отдающую неприятным звоном в ушах тишину вдребезги разбил мелодичный перелив дверного звонка. — А вот и пицца, — будничным тоном сообщила ему Сакура все-таки делая шаг в сторону двери. — Ты откроешь курьеру в таком виде? — очнулся от своих мыслей Саске. — А что такого? — кокетливо приподняла края своей короткой юбки Сакура, — может, сойдет за чаевые, — подмигнула она ему. Сакура ушла за пиццей, оставив Саске наедине с его мыслями и физиологическими потребностями. Вспомнив, что оставил свои вещи в ванной комнате, он за несколько шагов открыл перед собой одну дверь и закрыл другую. Стоя над унитазом, он позволил себе прикрыть глаза, наслаждаясь тем, как на смену распирающей мочевой пузырь тяжести приходит ощущение блаженной опустошенности. Поток бессвязных мыслей вязкой нитью перетекал от желания затянуться до необходимости определиться с тем, что делать дальше. Опустив сиденье и нажав кнопку слива, он первым делом схватился за свои джинсы, в заднем кармане которых была спрятана электронная сигарета. Мысленно похвалив себя за то, что еще с утра залил жидкость без каких-либо отдушек, он выжал кнопку и сделал глубокий вдох. Никотин привычно ударил по горлу, а затем за долю секунды раскатился по его артериям. Время будто на мгновение замерло, создавая иллюзию того, что спешить некуда и решать нечего. Но между первой и второй затяжкой Саске с силой заставил себя вернуться в реальность и сосредоточиться на том, как действовать дальше. Сакура четко дала ему понять, что не настроена на продолжение вечера в его компании. И с одной стороны, вариант одеться и уйти, оставив после себя с десяток новых вопросов, казался Саске грубым, но напрягать Сакуру своим присутствием он не хотел. Бросив быстрый взгляд на стопку не небрежно сложенной одежды, он посмотрел на себя в большое зеркало. По сути, он мог бы сразу натянуть на себя свои вещи и уйти, оставив Сакуру в, судя по всему, желанном для нее одиночестве, но дискомфорт от слипшихся от спермы и смазки на лобке волос пересилил. Отложив сигарету на край раковины, он все же позволил себе на пару минут подставиться под упругую струю, напрочь игнорируя мыло и наспех обтерев бедра и торс одними лишь руками. Натягивать одежду на распаренное после быстрого душа тело было неудобно - надетые всего пару часов вещи казались не свежими и неприятно цеплялись за влажную кожу. Накопившаяся за неделю усталость и волнения нескольких последних часов начинали брать свое — большее всего хотелось завалиться на постель, съесть какой-нибудь дряни и провалится в сон до обеда. Стараясь не думать о том, что все это сможет осуществить не раньше, чем доберется до дома, то есть примерно через час, он оправил рубашку, закинул на плечо пиджак и вышел из ванной. Разогнавшая царивший в спальне полумрак полоса света из-за распахнутой за его спиной двери осветила не разобранную постель, на которой небрежной кучей были свалены короткая юбка, футболка и розовый парик. Сама Сакура обнаружилась в кухонной зоне у стойки, где она яростно терзала успевшую остыть пиццу тупым столовым ножом. На ней была все та же футболка, в которой она совсем недавно встретила Саске на своем пороге. — Прости, что занял ванную, — подал голос Саске, чтобы привлечь ее внимание. Увлеченная разрезанием пиццы Сакура подняла голову и той рукой, в которой держала нож, поправила съехавшие от резкого движения очки. — Ничего, — кивнула она, — зато я, наконец, поняла, зачем мне два туалета. Саске еле удержался от комментария на тему того, что мыться в раковине - мужская привилегия, вовремя вспомнив о том, что в гостевом туалете был и гигиенический душ. — Уже уходишь? — спросила она, заметив переброшенный через плечо пиджак. — Не хочу тебя смущать, — не смог придумать более правдоподобного оправдания своему побегу Саске. — Ты меня не смущаешь, — открытым взглядом посмотрела на него Сакура, — прости, что была резка с тобой. Пиццу будешь? — протянула она ему неровно отрезанный кусок. Саске замер в растерянности. Сценарий, в котором Сакура сама попросит его остаться он обдумать не успел. Намеченный план — быстро попрощаться, надеть ботинки и закрыть за собой дверь, оказался неуместным. — Умираю с голоду, — неуверенно улыбнулся он в ответ, укладывая пиджак на спинку высокого стула. Побег отменялся. Сакура сгрузила неровный кусок к оставшейся пицце и передала коробку Саске. — Давай на диван, — кивнула она, ловко подхватывая оставленные ими бокалы и бутылку вина. Они молча устроились на широком диване — Саске уложил коробку с пиццей между ними, бокалы и бутылку Сакура пристроила на полу у их ног. — Надо купить столик, — задумчиво произнесла она, глядя на то, как Саске наклоняется за бутылкой. — Впервые ем пиццу после секса, а не до него, — поделился Саске, передавая Сакуре бокал и берясь за остывший кусок. Остывший сыр жевался с трудом, оставляя после себя привкус пережаренного чеснока и базилика. — И часто ты водишь девушек по пиццериям? — с любопытством посмотрела на него Сакура. — Это было еще в старшей школе, — усмехнулся своим мыслям Саске, — я часто был вторым пилотом Узумаки, пока не сообразил, что за пиццу плачу я, а секс почему-то у него. Сакура звонко рассмеялась. — Не знала, что вы знакомы со школы, — отдышалась она и впилась зубами в свой бесформенный кусок, с любопытством глядя на Саске в ожидании продолжения истории. — Это мое проклятие, — закатил глаза Саске, — никак не могу избавиться от этого идиота. В начальной школе нас посадили рядом, в университете пришлось жить с ним в одной комнате, а теперь еще и на работе, куда ни плюнь — везде его рожа, — беззлобно поделился своей надуманной печалью Саске. — А он о тебе очень мило отзывается, — мягко улыбнулась Сакура; как только речь зашла о Наруто, ее голос заметно потеплел. — Этот идиот обсуждает меня? С тобой? — удивленно поднял бровь Саске и от удивления даже забыл донести до рта оставшуюся от его куска подгоревшую корочку. — Мы часто тренируемся вместе по утрам, — пожала плечами Сакура, — а кого нам еще обсуждать, как не общего знакомого? — И что же он успел тебе разболтать? — прищурился Саске. — В основном он говорит о том, что ты ведешь себя, как заноза в заднице и часто портишь вечеринки своей кислой миной, — доверительным тоном поделилась Сакура. — А о том, что своей кислой миной я порчу его вечеринки, начиная едва ли не с самого первого класса, он упомянуть забыл? — не смог скрыть досаду в голосе Саске. — Видимо, он этим по какой-то причине не гордится, — оставшуюся корочку Сакура аккуратно сложила в коробку и потянулась за новым куском, — может, боится, что я начну расспрашивать тебя о его похождениях? Саске хмыкнул, недвузначно намекая, что Наруто явно есть, о чем умолчать. Узумаки был нейтральной территорией для них с Сакурой. Обсуждение общего знакомого давалось обоим легко и непринужденно, позволяя отойти на безопасное расстояние от того, что связывало непосредственно их самих. — А почему ты не выбрала его? — неожиданно даже для себя вдруг решил покинуть безопасную зону Саске. — Кого? — не сразу переключилась с непринужденной беседы Сакура. — Наруто, — пояснил Саске, — вы с ним в хороших отношениях. Он явно тебе симпатизирует. Почему ты не выбрала его, чтобы снять порно? — Наруто? — удивилась Сакура. — С его бесконечным желанием всех спасти и приютить? — У каждого свои недостатки, — философски прокомментировал сердоболие друга Саске. — Уж не он ли по итогу оплачивал лечение той стриптизерши, которая наградила вас чудным букетом? — прищурилась Сакура. Саске в ответ неопределенно пожал плечами. — Ты представляешь, что бы с ним было, узнай он, чем я занимаюсь в свободное от работы время? — Сакура схватилась за голову, изображая панику. — Он бы решил, что мне нечего есть. Забил бы мою квартиру быстрым раменом. Или еще хуже, предложил бы выйти за него замуж! — Всегда можно отказаться, — подсказал ей Саске. — Плохо же ты его знаешь, — фыркнула в ответ Сакура, — он же из тех, кому проще дать, чем объяснить, почему нет. Саске не удержался и гоготнул. Еще несколько минут они доедали пиццу во вдруг ставшей для обоих комфортной тишине. — Значит, — подал, наконец, голос Саске, — ты боишься осуждения Наруто? — Я бы хотела сохранить нашу дружбу, не опошляя ее чем-то кроме обсуждения тех, кого он зовет на свидание, — отозвалась Сакура. — Но мы с тобой не друзья, — ступил на тонкий лед Саске. — Не друзья, — покачала головой Сакура. Саске невесело ухмыльнулся. Его угрюмость и нежелание лишний раз быть приветливым впервые дали столь щедрые плоды. — Ты с самого начала дал мне ясно понять, что тебя мало интересует моя судьба в нашей команде, — словно прочитала его мысли Сакура, — и вряд ли станешь наставлять меня на путь истинный. — В сложившейся ситуации это совершенно точно не в моих интересах, — подтвердил Саске. — Вот видишь, — Сакура слегка наклонила голову в бок, внимательно глядя на него, — значит, я не прогадала, выбрав тебя, а не Наруто. — Звучит так, словно ты только и ждала, пока я окажусь в безвыходной ситуации, — криво улыбнулся в ответ Саске. — Я просто умею оборачивать обстоятельства в свою пользу, — пожала плечами Сакура, — тебе нужны деньги, мне нужно взбодрить аудиторию. Ты не заинтересован в моей репутации, а я не заинтересована в унылых нотациях на тему моего морального облика. Практически идеальные условия для плодотворного сотрудничества без дальнейших обязательств, — не стала увиливать от ответа Сакура. — И ничего личного, — усмехнулся Саске. — И ничего личного, — подтвердила Сакура. Комната снова погрузилась в тишину. Сакура, словно давая Саске время собраться с мыслями для продолжения, с интересом рассматривала танцующих на фоне меняющихся пейзажей молодых парней. Телевизор по-прежнему работал в беззвучном режиме, но ее это, казалось, совершенно не смущало. — Ты права, — снова первым нарушил тишину Саске, — мне и правда нет никакого дела до того, чем занимаются другие, если это не мешает мне. — В этом мы с тобой похожи, — не отрывая взгляда от экрана отозвалась Сакура. — Но ты ошибаешься насчет того, что мне все равно, — вдруг выдал он. Сакура на мгновение замерла и от Саске не укрылось то, как под мятой тканью домашней футболки напряглась ее спина. — Я не собираюсь тебя осуждать или отговаривать, — поспешил пояснить он, — но мне действительно не понятны твои мотивы. Почему-то все равно сложно поверить, что дело в деньгах. Сакура еле слышно выдохнула. — В деньгах, — покачала она головой, — а если быть точнее, то в свободе выбора, которую они дают. — Проводить выходные за компьютером, ублажая задротов, не очень созвучно со свободой выбора, — возразил Саске. — Это не навсегда, — уверенным тоном ответила ему Сакура, — и потом, чем это страшнее, чем работать на дядю всю жизнь? — И когда ты намерена, — Саске на мгновение задумался, подбирая слова, — завязать? — Как только пойму, что заработала достаточно, чтобы позволить себе не работать с девяти до пяти, уходя в отпуск строго по графику, — скривилась Сакура. — Не думал, что тебя так напрягает рутина, — откровенно признался Саске. — Не столько рутина, — задумчиво потерла переносицу под очками Сакура, — сколько осознание того, что это навсегда. — Выгораешь? — понимающе качнул головой Саске. — Уже выгорела, — выдохнула Сакура, — но каждый раз, когда я пытаюсь понять, чем бы я занялась, если не пошла утром в офис, наступает какой-нибудь локальный апокалипсис, в котором без меня никак, а сил на что-то кроме уже просто не остается, — несмотря на вполне бодрый для полуночи вид, в ее тоне отчетливо читалась накопившаяся усталость. — Может, тебе просто нужно в отпуск? Когда ты последний раз отдыхала? — Саске попытался вспомнить, брала ли Сакура отпуск вообще. Если Какаши и объявлял о том, что она уходит в отпуск, то он вполне мог и пропустить это мимо ушей. Но ему удалось вспомнить, что какое-то время работал над ее задачами. И это было больше полугода назад. — Ты не представляешь, каких нечеловеческих усилий мне стоило заставить себя вернуться на работу, — улыбнулась своим воспоминаниями Сакура, откидываясь на диван и с хрустом потягиваясь. — Почему не представляю? — усмехнулся Саске, — я сам чуть не сдал билет обратно в прошлый раз, — он отчетливо помнил, как лежа под тонкой простыней, словно загипнотизированный медленным вращением вентилятора под плетеным потолком, на полном серьезе размышлял о том, чтобы уведомить Какаши о том, что с этого утра Саске Учиха навсегда поселился на тропическом острове и никогда больше не вернется в душный офис. — И что же тебя остановило? Саске задумался. — За два часа до вылета я так и не смог придумать, чем займусь, когда мне надоест есть, спать и ходить по тусовкам. Поэтому пришлось все-таки вернуться, — развел руками Саске. — О том я и говорю, — Сакура заерзала на месте, подбирая под себя голые ноги, — это какие-то гребанные крысиные бега — тебе сказали бежать и ты бежишь, и нет даже возможности остановиться и подумать, а нужно ли это тебе на самом деле. Саске последовал ее примеру и тоже откинулся на спинку дивана. — Наверное, — спустя несколько минут задумчиво протянула Сакура, — выглядит так, словно я хочу легких денег? — Покажи мне тех, кто этого не хочет, — сложил руки на груди Саске. — Ну, и чем бы ты занялась в первый день после отпуска, если бы не вернулась? — Вариантов много, — охотно отозвалась Сакура, — открыла бы, например, кондитерскую. — Ты же не умеешь готовить, — удивился Саске, вспомнив ее недавнее признание. — Просто не было особой нужды этим заниматься, — пожала плечами Сакура, — это не значит, что я не могу научиться. Или выучилась бы на воспитателя детского сада, — ей явно нравилось перебирать открывающиеся в ее воображении возможности, — всегда хотела попробовать работать с детьми. А еще можно пойти на телевидение ведущей… — Тем более и опыт есть, — не удержался Саске. Сакура на мгновение замолчала и замерла, уставившись на него с немым вопросом в глазах. И Саске открыл было рот, чтобы извиниться за неуместные комментарий, но первое же произнесенное им слово перебил звонкий смех Сакуры. — На следующем стриме задеру юбку и начну читать новости политики, — очень серьезным тоном сообщила она, — буду репетировать. — Уверен, что интерес населения к обстановке на международном фронте взлетит до небес, — таким же серьезным тоном пообещал ей Саске. Сакура улыбнулась ему в ответ самой милой своей улыбкой, а затем не удержалась и заразительно зевнула. — Чем займешься завтра? — сменила она тему, пока Саске пытался широко и до хруста в суставах прозеваться. Саске помотал головой, все еще жадно заглатывая воздух и пытаясь остановить запущенный Сакурой флеш-моб. — Брат просил собрать систему бронирования для отеля, — отдышался он, наконец, — этим и займусь. — Значит, впереди рабочий выходной, — улыбнулась ему Сакура, — если хочешь, можешь остаться здесь на ночь, чтобы не тащиться через весь город. Я принесу тебе плед и подушку. Сакура легко вскочила со своего места и с хрустом потянулась. Подтянувшийся наверх край футболки невольно обнажил стройные бедра. — Не стоит, — только и ответил на заманчивое предложение Саске, с силой заставляя себя отвести взгляд от обтянутых плотной белой тканью ягодиц. Сакура поспешила одернуть футболку, — мне не помешает проветриться, — Саске тяжело поднялся вслед за ней и направился к выходу, прихватив оставленный на одном из высоких стульев пиджак. Сакура не стала уговаривать его остаться, лишь молча проводила до дверей и, широко зевая, терпеливо дождалась, пока он наденет свои ботинки. — Спокойной ночи, Саске, — произнесла она, когда он нажал на ручку двери. — Спокойной ночи, Сакура, — улыбнулся Саске и направился к лифтам.