Ведьминский секретик

Хёнджин очень любит быть один. Наедине с собой о стольких вещах можно задуматься, столько всего в голове разобрать. Парень, не стесняясь, разговаривает сам с собой, когда находится в полном одиночестве, и это ощущение ему действительно нравится. Но больше всего ему нравится, когда это чувство настигает его в лесу. Хван обожает гулять на природе, собирать ягоды или грибы; ему плевать на насекомых и всякую мелкую живность, ведь главное — успокаивающее пение птиц и запах немного влажной земли, зелёные кусты вокруг и ощущение полного умиротворения. Он часто выбирается один в лес, что находится недалеко от его дома, чтобы пособирать что-нибудь вкусное, покормить одну белочку, что вечно прибегала к нему, когда он садился на определённый пенёк недалеко от входа в сердце леса, и просто морально отдохнуть. А ещё чтобы убрать мусор, ведь Джин ненавидит людей, которые мусорят в лесах и в принципе мусор, а в этом лесу его много, и людей, мусорящих здесь, в его посёлке тоже много. Они, словно свиньи, хотя, кажется, даже те будут поаккуратнее. Сейчас, летом, у него много свободного времени, и он проводит дни напролёт шатаясь по выученным наизусть тропинкам, не заходя слишком далеко, потому что, как бы он не любил лес, пропасть, как и другие, он не хотел бы. В их городке жило около тысячи человек, но люди стали пропадать когда началась застройка. Хёнджин был маленьким, когда пропал его отец — рабочий одной из компаний, которые хотели вырубить часть векового леса, поставив там новые дома. Но ни одно дерево так и не свалилось под людскими топорами, потому, что все они, все те, кто работали там, бесследно исчезали. Поэтому, будучи ребёнком, Хван часто ходил с мамой в лес, чтобы, как говорила мама, показать папе, что они в порядке, а после это стало своего рода привычкой. Но желание узнать, что же там, в глубине леса, было сильнее парня. Однажды, долго думая на это счёт, Хёнджин всё таки решился зайти за ту границу, за которую никогда не позволял себе заходить. Может там он найдёт что-то? Или, может, кого-то? Джин не хотел об этом думать, он лишь надеялся на то, что не исчезнет. Та, единственная тропинка, которую он не исследовал, закрытая кустами можжевельника, оказалась сейчас прямо перед ним. Рядом стоял потёртый деревянный указатель, который говорил, что-то вроде "оставь надежду, всяк сюда входящий". Парень глубоко вздохнул и, аккуратно поддев тонкими пальцами чуть колючие веточки, зашёл в самое сердце леса. Здесь всё по-другому: воздух чистый, совсем свежий, тропинка почти полностью исчезнувшая, потому что по ней, как видно, уже давно никто не ходил, свет мягкий, приятный глазу и очень яркая, живая растительность. Рядом с кустами-воротами стоял точно такой же деревянный знак с такой же надписью. Хёнджин вдруг напрягся, услышав шорох в кустах, но с места не сдвинулся. — Осторожнее, не толкайся, я уже все руки исцарапал, Ликси, — послышался с той стороны приятный шепот, но Хёнджин продолжал вглядываться в дикую растительность в попытках хоть что-то разглядеть. — Ой, — из куста дикой ежевики вдруг выпал кто-то в тёмно-фиолетовой накидке. И именно что выпал, потому что он приземлился на коленки и ладошки, чуть шипя, ведь больно оцарапал личико о шипастые веточки. Он тут же поднял взгляд на гостя и завис глядя прямо в глаза. Хвану показалось, что между ними проскочила искра. Незнакомец оказался невероятно красивым: мягкие черты лица, большие медовые глазки, тысячи веснушек, тёплой россыпью опоясывающие впалые щёки и милый чуть вздёрнутый носик, светло-розовые волосы, красиво падающие на лицо, что делали его похожим на воздушный зефир, и милые чуть островатые уши. Как оказалось, когда парень встал с колен прямо перед Хваном, он был действительно худым и невысоким. Хёнджину показалось даже, что он влюбился в эту милую неловкость и крохотность. — Добро пожаловать! Я Ли Феликс — хранитель этого сердца и по совместительству ведьмак. А кто же наш почётный гость? — Феликс смотрел на него странно, будто знал его, но молчал об этом. — Хёнджин. Хван Хёнджин. Обычный человек... — И в правду человек? — испуганно переспросил парень, делая шаг назад. Он поднял правую руку на уровне пояса, и в ней тут же показалась полупрозрачная розовая сфера, что светилась изнутри, но выглядела всё равно устрашающе. — Ликси, стой! — из того же куста выпрыгнул ещё один парень, тут же хватая ведьмака за руки и глядя просто огромнейшими глазами прямо в медовые глаза Ли. Хёнджин не сразу смог заметить у него наличие беличьих ушей, которые терялись где-то в рыжих волосах. — Он хороший! У него белая душа, не трогай его! — В смысле? — Это он убирает мусор на той стороне леса и подкармливает меня орехами. Он любит наш лес. — Да? Почему же ты сразу не сказал? Тогда совсем другое дело. Я не могу не предложить такому почтенному гостю познакомиться с сердцем нашего леса? Вы хотите этого, молодой человек? — Феликс улыбнулся, очаровывая человека этой улыбкой, склонил голову влево и поднял руки, будто показывая, что ничего не знает, когда в его правой руке вместо розовой сферы появился деревянный цветущий, словно вишня, посох. Хёнджин не понимал, что происходило в этом месте и не попал ли он по ошибке на тот свет, поэтому он ощупал себя, неловко улыбнувшись, поклонился незнакомцам и кивнул. — Невероятно! Что же, вам придётся пройти со мной. И да, это — Хан Джисон. Он — белка, которую вы подкармливаете, когда приходите к иссохшему пню каждый день. Джисон подошёл к Хёнджину, забавно двигая носом и, взяв его за запястье, повел за подходящим к зелёной стене из можжевеловых ёлочек ведьмаком. Тот поднял руку вверх, щелкнул пальцами и стена расступилась, открывая проход куда-то, что совсем не выглядело, как чащоба. — Должен признать, я не видел обычных людей в сознательном возрасте, только в раннем детстве, поэтому уж простите за такой приём. Просто в этом месте не любят людей, особенно тех, которые не любят наш лес. — Я это уже понял... — улыбнулся натянуто Хёнджин, отчего Джисон, всё ещё крепко сжимающий его запястье, виновато посмотрел на него. Хван не мог и подумать, что что-то подобное когда-либо случится с ним; он ощущал себя так, словно это всё снится ему и он вот-вот проснётся. Перед глазами расстилалось миниатюрное поле васильков и ещё сотен цветов, названий которых человек не помнил. А Феликс, проходя по широкой тропинке водил в воздухе пальцами, заставлял тучи над полем сгущаться. Он вызвал дождь, которого так сильно желали растения, но капли не падали на него самого и Хёнджина с Джисоном. Они шли, словно под прозрачным зонтом. Хван, кажется, влюблялся в этого ведьмака с каждым мгновением всё больше и больше. — Время здесь течёт так же, как и у вас, так что можете не беспокоиться, — мягко произнёс Джисон. — И ещё, знаю, что вы имеете представление об этом... На каждое сердце леса, приходится одна семья ведьмаков. Но иногда бывает так, что они погибают, и остаётся только один. Это действительно грустно. Ликс остановился лишь у мило украшенного деревянного домика, что стоял на другом конце поля у самого леса. Он снял с себя накидку, что тут же оказалась в руках у мальчика-белки и мягко постучал в двери. Одеваться он умел, как подметил человек. Особенно в образе ведьмака ему понравилась вязаная кофта с овечками, что была размеров на 5 больше, чем сам Феликс. Двери сами отворились и Ликс вошёл внутрь, подзывая парней за собой. Внутри это был целый особняк, и Хёнджин почувствовал себя частью истории Гарри Поттера, когда осознал, что внутренности дома раз в 10 больше того, что видно снаружи. Хан ткнул осторожно гостя в бок, чтобы тот наконец отвлёкся от разглядывания невероятной архитектуры и снял обувь. — Доброе утро всем ведьмакам и белкам! — послышалось немного саркастичное приветствие со второго этажа, но голос был мягкий, мурлычущий. По широкой лестнице, сделанной из красного дерева, как и пол, что была устлана бирюзово-синим ковром, спускался ещё один незнакомец. На фоне стен из зелёного бархата, что были увешаны, кажется, тысячами картин, его образ сильно выделялся. Он оценивающе смотрел на Хёнджина, и, когда Хан заметил, что тот смотрит и на него тоже, отпустил наконец запястье человека. Спускающийся по лестнице парень поправил свои тёмно-серые волосы, и теперь было хорошо видно, что он тоже человеком не является: на голове его заинтересованно шевелились кошачьи уши. Вот почему у него такой странный голос. — А это ещё что? — достаточно грубо спросил кот, вдруг с середины лестницы в мгновение переместившись на диванчик прямо перед Хваном. — Будь вежливее, Минхо: он наш гость. И он действительно человек, тебе не кажется. — Я в курсе, кто это. Почему ты не прикончил его? — Мин глядел очень злобно прямо на человека, словно хотел просверлить в нём дыру. — Откуда ты знаешь кто это? — поинтересовался Джисон. — А разве это не его батя прикончил отца Феликса? — волшебник вдруг нахмурился, прокручивая смоляные кольца на пальцах, окутаных тканью белых перчаток, а кот наклонил голову в право пронизывая взглядом человеческую душу. — Да, это был его отец... — Хёнджин глядел испуганно на Феликса, словно он был умирающим цветком, и тот хотел защитить его, а Минхо увидел это в его взгляде и хитро улыбнулся. — Но эта история крайне скучна, поэтому рассказывать её я не стану. Так, он наш гость вообще-то, так что мы обязаны его накормить и предоставить ему мягкую постель. Пойдём со мной, Хёнджин, а ты, глупый кошак, только попробуй пойти за нами. — Без проблем, хозяин. — Джи, побудь с ним, хорошо? — Конечно, Ликси. Парень взял Хёнджина за запястье, и Хван смог наконец хорошенько разглядеть его. На руках ведьмака красовался связанный в ручную браслет из широких ниточек трёх цветов: розового, фиолетового и синего, отчего человек чуть заметно улыбнулся. — Чего вы хотите? Я могу приготовить что угодно, только скажите, — Ли усадил человека на стул рядом с кухонным столом, а сам стал у плиты, что показалось тому странным, ведь в лесу вряд ли мог проходить газопровод и электричество. — На самом деле я даже не знаю... Может, блинчики с сиропом? Хотя это неблагодарный труд стоять столько времени ради маленькой стопки... — Джин поднял глаза на стол, где уже стояли две тарелки и стеклянное блюдо с тонкими блинами. — Подождите.... А... Не понял. Ликс лишь рассмеялся, усаживаясь рядом с гостем и протягивая ему банку с сиропом. — У меня есть ещё мёд, свой, очень вкусный кстати, если хотите. Попробуйте, они должны быть вкусными. — Нет, спасибо, это будет слишком сладко для меня. А вы.. Не будете? — О, нет, я буду, только хотелось бы, чтобы вы были первым, кто их попробует. Минхо с Джисоном обожают мои блинчики, поэтому... И да, не слушайте Ли Минхо, он иногда всякие глупости говорит и совсем не следит за языком. Он может всякое наговорить... И он не простой кот, как, допустим, Джисон. Он умеет исчезать и появляться в другом месте, через мгновение, поэтому, если он вдруг окажется за вашей спиной, не пугайтесь. А ещё он читает мысли... — Хорошо, я понял. Можно спросить кое-что? — О, конечно. — Мы можем перейти на "ты", а то мне немного некомфортно... Вы словно какой-то совсем чужой... Человек... Но от вас исходит такая приятная энергетика... И я хотел бы... Познакомиться... Или узнать вас поближе... Если вы не против... — Хёнджин потирал свои ладошки друг о друга, и по нему было действительно заметно, что он сильно волнуется, но Ли это даже немного развеселило. — Конечно, раз тебе так комфортно. Только вот... В каком году ты родился? По вашим, человеческим годам... — Ну.. Мне исполнилось двадцать один в марте... — О, это значит, что ты мой хён. Мой день рождения в сентябре. Забавно. Хёнджин, ты выглядишь уставшим, спать не хочешь? — Я действительно плохо выгляжу? Ох, я не спал всю ночь, из-за размышлений об этом месте. То есть о том, как попасть сюда... Вообще, я и не думал, что столкнусь с таким, но... Я боялся заходить слишком глубоко в лес. Но спать я пока что не хочу. Спасибо. — Страшно исчезнуть? — Ликс смотрел серьёзно прямо в глаза и говорил, чуть понизив и без того низкий голос, что немного смущало. Но Хвана сейчас волновало ещё и то, что именно Минхо имел в виду, когда упомянул его отца. — Да, — Хван погладил свои волосы, зачесывая чёрные, будто бы смоляные пряди за уши, отчего выглядел ещё обворожительнее, отводил взгляд куда-то в пол, — мне немного страшно повторить учесть отца... Кстати.. На счёт Минхо... Он особенный какой-то? — Да, я действительно особенный, — раздался мурлычущий голос прямо за спиной Хвана, отчего он чуть ли не подпрыгнул на стуле. Это было действительно неожиданно, — и больше никто не умеет так же, потому что я принадлежу к уже исчезнувшему виду, человек. Только я умею читать мысли и перемещаться в пространстве по желанию, ведь ведьмам и ведьмакам для этого нужно тратить очень много сил. И я считаю, что эта история весьма интересна и поучительна. Раз наш малыш-ведьмак не хочет рассказывать свой секретик, то так уж и быть, я сжалюсь над ним и промолчу об этом, пока что, но эту интереснейшую историю я всё таки расскажу, — Минхо видел презрение и укор в жутко желтоватых глазах Ли, но тот молчал, с недовольным видом кушая блинчики, кажется, находясь на грани истерики. — Тебя никто не просил, глупый кошак. — Ох, снова ты за своё, солнышко. Человеку действительно это интересно, потому что он не слепой, и заметил, что тебя это ранит. Раз уж вы решили стать друзьями, то не кажется ли тебе, что вы должны больше узнать друг о друге? Я ведь прав? — Ты прав, в прочем, как всегда. — Знаю, Ликси. Сходи к маме, думаю, она соскучилась по тебе. — Да, я пойду, но не рассказывай слишком много, — Ликс встал из-за стола, столкнувшись взглядом кошачьими глазками Минхо, что висел в воздухе вниз головой, сложив ноги по-турецки. Тот кивнул ему и вновь странно улыбнулся, покачивая хвостом из стороны в сторону. — Очень заметно, что тебе некомфортно здесь. Человек, мы тебя пугаем? — Да нет, просто как-то необычно всё это и неожиданно. — Понятно. Думаю, это нормально, для таких, как ты. Вы, люди, совсем ничего о магии не знаете. Даже обидно как-то. — Почему? — О, это не так важно. Знаешь что важнее? Мой следующий вопрос. Тебе понравился Феликс, да? Или, может, ты влюблён? — Стойте, стойте, не слишком ли резкие вопросы? — неловко засмеялся Хван, пряча глаза за чёлкой. — Ха, по-моему на вопрос нужно отвечать не вопросом. — Ну, если говорить честно, есть немного. — Немного?— Хёнджин поднял взгляд на кота, но тот уже сидел на стуле прямо перед ним и смотрел строго в глаза, пытаясь, кажется, что-то в них разглядеть. — Только попробуй разбить его. Только попробуй что-то ему не так сказать. Я оторву тебе голову за моего малыша. — Но я ещё даже ничего не сказал... — Ох, да я шучу. Наверное. Просто вы, люди, такие странные: можете влюбляться хоть тысячу раз, разбиваться и вновь вставать на ноги. Такие, как мы, так не могут. Наверное, вы назовёте нас слабыми. Но какие есть. — Я не хотел называть вас слабыми. На самом деле вы кажетесь мне невероятными. — Ладно. Но ты всё равно кажешься мне подозрительным. — Так что на счёт истории? — Ох, я совсем забыл об этом, — Мин почесал затылок, пригладил волосы и повернулся в сторону двери. — Джисон, иди сюда, ты мне нужен. Дверь отворилась и в комнату вбежала маленькая белочка, запрыгнула на стол, тут же обратившись уже знакомым парнем. Он выглядел немного устало, но, когда его взгляд упал на кота, мягкая улыбка озарила милое лицо. — Я не подслушивал, честно. — Знаю. Я хочу рассказать ему об отце Ликса. Как думаешь, оно того стоит? — Да, он хороший, поэтому да. — Ясно. Хёнджин, — Ли наклонил голову вбок, вновь сверля человека взглядом так, что тому стало некомфортно даже дышать, — ты хорошо помнишь своего отца? — Да.. — А тот день, когда он исчез? — Я... — Хван задумался. — Нет... Я его совсем не помню. — Ясно. Я не могу рассказать всё в подробностях, но, насколько мне известно, те люди, что решили вырубить часть нашего леса, зашли сюда, на территорию сердца. Их встретили родители Ликса. На тот период мы были ещё доброжелательны к людям. Но твой отец... Это достаточно странно, и я не знаю точной причины его поступка, но он отрубил папе Ликси голову. Есть возможность того, что в него просто вселился дух странника, но это маловероятно, потому что странники обычно вселяются только в волшебных существ... В общем, похоронен отец Ликса в глубине чащи, где-то за полем, но мы не были там уже очень давно, потому что Ликси это тяжело даётся. Он слишком мягкий для того, чтобы появляться там. Ах дас, странники — это души убитых жестоким насилием над физическим телом людей. Они слишком злобны, чтобы существовать с окружающими в мире и гармонии. Хван сидел, глядя в пол, немного подрагивая от шока, а парни смотрели на него с одинаково непонятными эмоциями на лице. — Не говори только, что ты чувствуешь свою вину в этом,— произнёс тихо Джисон, вновь обратившись в белку и сев Хёнджину на плечо. — С чего вы это взяли, вовсе.. — Чувствуешь. Глупо врать, когда я рядом, запомни это, — Хо тяжело выдохнул, встал на пол ногами, и человек заметил, что он не такой высокий на самом деле, каким казался изначально. — Глупо винить себя в том, что произошло столько лет назад и было совершено даже не тобой. Надеюсь, ты поймёшь это. А сейчас вставай, и мы пойдём за хозяином: его нельзя надолго оставлять в одиночестве. — Но вы ведь сказали, чтобы он пошёл к маме... — Сейчас, я должен объяснить тебе. Мама Феликса лишила жизни твоего отца в отместку за смерть господина Ли. Она была прекрасной женой и матерью, но смерть и её не оставила. Госпожа погибла в тот же день, обратившись в каменную статую, которая теперь всё время плачет, оплакивая погибших в тот день людей и её мужа. И ещё из-за беспокойства за сына, — Минхо говорил громко и чётко, словно проводя экскурсию. — Она стоит на нижнем этаже особняка. Вы, люди, кажется, зовёте это подвалом. То, что ты увидишь, может показаться тебе немного странным, но если бы мы оставили её на улице, или не составили для неё определённые условия, она бы рассыпалась в пух и прах. — А почему она превратилась в камень? — Это то, чего я, увы, пока что не могу тебе рассказать. — Ясно. — Если ты и правда будешь другом Феликсу, — кот вдруг обернулся к человеку лицом, глядя большими глазами-сапфирами прямо в душу парня напротив, — позаботься о нём. Да, мы с Джисоном вырастили его, после того, как его родители погибли, но ему жутко надоела наша компания и ему действительно нужен друг. Он очень мягкий, так что его легко ранить, и любит скрывать боль внутри себя. Ты готов быть рядом с ним и заботиться о нём? — Конечно. — Достаточно смело. Когда ты ляжешь спать здесь, то проснёшься ты уже у себя дома, так что для того, чтобы вновь встретиться с нами, тебе придётся опять пойти в лес. Феликс научит тебя заклинанию, открывающему врата сюда, так что никаких особых проблем не будет. Наверное. Я не предлагаю тебе дружить со мной, но раз ты уже сдружился с Джисоном и Ликси, будет как-то нечестно, если мы с тобой останемся просто знакомыми. — То есть вы всё таки предлагаете мне дружить? — Хван хитро улыбнулся, а кот отвернулся, широко раскрывая тяжёлые двери нижнего этажа. — Пх, смешной человек. Нет, вовсе нет, это ты предлагаешь мне дружить, и я любезно соглашаюсь. Что же... — Минхо подошёл ближе и, поднявшись на носочки, коснулся носом носа Хёнджина. Действительно кот. — Теперь договор между нами заключён. Не смей его нарушать, человек. Минхо и правда ведёт себя странно, словно его домашний кот. Они словно один и тот же котик, только в разных мирах, однако это лишь кажется Хёнджину. Просто все коты похожи между собой.