Лимончик от лимонного дерева... идет лесом

Рана уже давно затянулась — даже шрама не осталось (маманя своё дело знала да и он немножко Узумаки и на нём всё заживало быстро), но осадочек остался. Впервые Наруто оказался столь близок к смерти, а ведь он даже прославиться как следует не успел! Не порядок! Да и маманя потом его сама же чуть и не пришибла. Батя на удивление принял её сторону. Даже сестренка смотрела, словно раздумывала воткнуть ли в него кунай или и палочка в глаз — тож сойдет. Шизуне с подозрительно зверской физиономией начищала свои метательные иглы. Неудивительно, что заметно оживший Наруто старался вести себя потише. Дабы сильно не мозолить глаза обозленным за его безрассудство родственникам. Стоит ли говорить, что получалось у него из рук вон, как плохо. И вообще взрослые вели себя с ним странно после визита дядюшки Орочимару и объявления, что они идут в Коноху, где ему предстоит сразу участвовать в экзамене на чуунина, но перед этим уладить формальность и получить повязку генина. Папаня всё порывался выловить его да отвести в сторонку, но маманя цербером встала между ними и припечатывала того коротким: «Не смей, пусть Минато сам выкручивается, как хочет!» Наруто подобные недомолвки уже начинали бесить, тем более, что таинственный «Минато» волновал его всё сильнее. Больно часто всплывал в разговорах — то тут, то там. Да ещё и маманя явно готова была его прирезать… Бывший парень что ли?! Наруто фыркнул. А что? Мама у него - что надо! Неудивительно, что и всякие там непонятные «Минато» ошивались. Странно, только, что если тот её обидел, как он до сих пор жив-то остался? Неужто настолько крутой шиноби? Да в любом случае что-то подсказывало юному Сенджу, что стоит немного подождать… Вот войдут они в Коноху и у кого будет рожа вскоре после побита — тот и Минато. А пока ну не хотят говорить, ну и даттебайо с вами! Главное, что скоро он окажется в этой чудной деревеньке Скрытого Листа, которую с пьяных глаз основал маманькин дедок. Тип, безусловно, крутой, раз его до сих пор помнят. Может, именно эта точка на карте и станет наконец полноценным приютом для их скитающихся душ. Нет, ну а если там рамен отстойный, то, ну конечно, эту Коноху нахрен! Хотя сам Наруто как-то привык придерживаться правила, что дом — это не место, а люди, готовые отсыпать тебе звиздюлей, потому что любят и хотят, чтоб твоя беспокойная тушка подольше в этом мире задержалась. А раз так, то он не сильно расстроится, если рамен в Конохе окажется посредственным, а команда, куда его определят — идиотами, почище его самого. Хотя, последнее, тут Сенджу усмехнулся, тяжело представить. Остаток пути прошел почти мирно. Маманя переключилась на Харуко, ибо та, оказалось, сохранила вложенную в набор юного химика рекламку Физмата шараги Орочимару. Первое, что бросается в глаза при приближении к Конохе — это её знаменитая скала. Наруто считал себя личностью творческой, совсем как батя, но художества свои предпочитал выставлять так, чтоб видели все — и кто хочет и кто нет. Потому при взгляде на этот превосходный монумент у Сенджу потекли слюни, а затем посыпались искры из глаз — маманя, верно истолковав его взгляд, выдала ему затрещину. — Дедушек и сенсея не трожь! Что до Четвертого, — тут маманя полезла куда-то в глубь лифчика, выудив на свет пару помятых купюр. — Это на краску. Размалюй Намикадзе так, чтоб вся Коноха ужаснулась! — с маниакальным блеском в глазах выдала маманя, а Наруто, не будь он дураком, тут же денюжки и прибрал. — Цуна-а, ну зачем привлекать внимание? — только и закатил глаза батя, очевидно, смекнувший, что жена его далеко не все отжатые денюжки проигрывает. — Будет сделано, мамань! — довольно ухмыльнулся Наруто. — Хм, братику значит можно заниматься вандализмом, а мне поступать в институт дядюшки Орочимару нет! — завела новую песню о старом Харуко. — Ну сдался тебе этот скользкий змей! — тут же переключилось семейство на другую тему. А Харуко незаметно дала Наруто пять… Впрочем, они думали только, что их маленькую уловку никто не видел. Идущая с Тон-тоном позади Шизуне только и хмыкнула, глядя на эту картину. После наконец вступив в Коноху, где два пофигистичного склада ума чуунина, посмотрев документы Джирайи, Цунаде и Шизуне и выписав пропуска на «безбилетных» Наруто и Харуко, передали им, что экзамен для Сенджу назначен в час Обезьяны. После этого родители, как это часто за ними водилось, предоставили Наруто самому себе. Это Харуко пока считалась мелкой, а вот со старшим не церемонились. Вошли в незнакомое селение — гуляй, свободен. Где встретимся? Ну ты ж шиноби, сам найдешь — нет, ночуй на улице. Так, семейство тренировало его навыки сенсора и логику. Впрочем, последнее редко срабатывало и Наруто просто отправлял, как можно больше клонов во все гостевые дворы. Вот и сейчас фиг, кто объяснил ему, где находится Академия. Поглядев же на часы и решив, что у него полно времени Сенджу решил начать не с осмотра достопримечательностей, а с того, чтоб освежиться. Уже какой день на улице солнце палило так, что пот лился рекой. А памятуя о ворчании мамани о том, что он, вступив в подростковый возраст, стал вонять, как конь, Наруто решил не рисковать репутацией в новом месте. Просвежиться было решено в близлежащей реке. К источникам в такую погодку подступился бы только самоубийца или поджимаемый издателем папаня. С помощью нехитрых вычислений Наруто нашёл искомый объект, более того он даже забрался в самый глухой участок этой самой речки. Вопреки расхожему мнению, сверкать голым задом перед зрителями он не привык. Оглядевшись, на всякий пожарный по сторонам, Наруто, скинув одежду, прыгнул… Ай, хорошо! Водичка была в меру прохладная, и Сенджу кайфовал, валяясь кверху пузом и лениво перебирая руками и ногами… Ну и что, что течение относило его куда-то в сторону? Что он не ниндзя что ль и ходить по воде не умеет? В общем, ничто не предвещало беды, пока… Легкий «блямс» и вихрастая черепушка не протаранила другую черепушку любителя поплавать кверху пузом. Совсем не слабо матюкнувшись и услышав с другой стороны примерно такое же заковыристое выражение, коими ругались только отнюдь не романтичные злодеи в батиных книжках, только произнесенное столь писклявым голосом, что Сенджу стало смешно. Наруто резко развернулся, пуская чакру в ноги и принимая вертикальную стойку, а его горе-противник тоже… — Ух ни хера себе! — прокомментировал ситуацию Наруто, выпялившись на стоявшую перед ним в чем мать родила девочку. Впрочем, смотреть там было пока не на что — не на безобразные же же шрамы на животе? Только вот и этого ему сделать не дали — худенький кулак ударил неожиданно сильно и… парализовал всё его тело. — Что за херня, ттебайо?! — успел было подумать Наруто, уходя под воду, ведь удар нарушил не только физические функции организма, но и циркуляцию чакры. Это было глупо. Даже слишком. Погибнуть вот так… Да, даже смерть от руки сасного Сая не была столь обидной! Но судьба, очевидно, решила, что хватит с него везения, и свет померк… Чтоб затем появиться снова. Впрочем, до того как нещадно палящее солнце сумело пробиться сквозь веки Наруто пришел себя от ощущения, что кто-то дует ему в рот. И в самом деле взгляд сфокусировался на перепуганном лице незнакомки, которая старательно проводила сердечно-легочную реанимацию, не обращая внимания на то, что пациент уже скорее жив… «Ребро сломала — сильная зараза!, — лениво подумал Наруто, буквально нутром ощущал, как по ритмично вдавливаемой грудной клетке расползается синяк. Затем снова перевел взгляд на оседлавшую его куноичи. — Бате скажу — не поверит", - и, решив и дальше во всем следовать школе юного извращенца, в следующий раз, когда чужие губы накрыли его, стремительно подался вперед, превратив это издевательство над реанимационным мероприятием (совсем не так проводят!) в поцелуй. Дальше из глаз Наруто посыпались натуральные искры, поскольку коленка незнакомки со всей дури въехала ему между ног, ставя под сомнения шансы возродить славный род Сенджу. Пока он подвывал от боли, драчливой куноичи и след простыл… — Вот это прием у меня в Конохе! Вот это да, ттебайо! — не знал то ли ему восхищаться, то ли драпать отсюда Наруто. — Чтоб меня Учихи все скопом отпинали, я найду тебя, синевласка хренова! Вскоре обнаружилась ещё одна проблема — на месте, где Сенджу оставил одежду, ничего не обнаружилось. — Да вы серьезно, что ль?! — заорал на весь лес Наруто, отчего сидевший на ветке ворон посмотрел на него, как на идиота и глубокомысленно изрек: — Дура-ак! — Да чтоб вас, даттебайо! — набросив на себе хенге, всё равно жара такая стоит, что так даже лучше, Сенджу тушканчиком поперся на экзамен, на который, кажется, уже безбожно опаздывал. Спросив дорогу у какого-то мелкого паренька в шлемаке, Наруто об этом тут же пожалел. Мелкий гаденыш отправил его прямиком в… НИИ имени Второго хокаге. Взвыв от досады и пообещав, расправиться с мелким пездюком попозже, Сенджу с ноги вынес дверь института и потребовал Орочимару или того очкарика, как его там… Миловидная дама на ресепшене вызвала охрану и пыхтящего от злости Наруто пропнул какой-то здоровяк с рыжими волосами и задохлик с акульей улыбкой. Оскорбившись до глубины души, Сенджу пообещал когда-нибудь сжечь это место и, насвистывая злой мотивчик, отправился наугад в глубь Конохи. Вскоре интуиция, а заодно, возвращающийся с занятий поток молодняка привел его к заданию Академии. Наученный горьким опытом вышибал Орочимару, Сенджу отправил в Академию теневого клона, а сам притаился в засаде… Вскоре клон оказался развеян зверского вида мадам, которой самое место в стриптиз-шоу, а не в заведении для малолеток. Отправив на растерзание ещё одного теневого клона, Наруто с удовольствием устроил свой голый зад на выглядевшей безобидно клумбе… Но не тут-то было! Муравьи, чтоб им всем казеиновый клей попался, залезли ему прямо туда… Ор Сенджу слышала вся Коноха. Держась за пятую точку, он промчался галопом к ближайшему пруду куда с яростным ревом и засел, ожидая, когда рыжие сволочи потонут…

***

В это самое время упирающегося теневого клона Наруто волокла за собой Анко. Наконец тот не выдержал и заорал: — Тетенька, я конечно, не прочь уединиться, но вы подумаете, как вас моя маманя в асфальт вкатает! За что тут же схлопотал затрещину от вскипевшей куноичи. — Слышишь, никогда не называй меня «тетенькой», гаденыш мелкий! Это, во-первых! Во-вторых, для тебя я — Анко-сенсей, будешь паясничать я тебя Мамбе скормлю! — гневно шипя, так что ноздри раздувались просветила его «тетенька». — О, а так даже сексуальнее звучит, Анко-сенсей! — показал ей язык Наруто. — Ай, да вас что Орочимару покусал?! — держась за отбитый затылок поинтересовался Сенджу. — Ты откуда такой взялся? — в отчаянии взревела куноичи. — Из маминой п… — хотел было дать ей резонный ответ Наруто, но вскипевшая «тетенька» развеяла его клона хуком справа…

***

 — Ну вот! — раздосадовано проговорил получивший воспоминания клона Сенджу, сидящий в пруду и топящий муравьев. — Вторая куноичи из Конохи — и тоже бешенная! Эпидемия здесь, что ли? Или мне так везет?! Хотя не, — подумав решил он. — Первая — моя маменька! — и засмеялся. В самом деле, чего ему, привыкать что ль?! Наоборот, хорошо, что здесь такие женщины горячие… Веселее жить будет! Затем решив, что муравьи уже покинули пределы его задницы, Узумаки вылез с пруда Академии и, отряхнувшись собирался было зашагать куда-нибудь в противоположную от своего сумасбродного сенсея сторону, как вдруг чьи-то пальцы ухватили его за ухо. — Попался, гаденыш! — победоносно заключила Анко и поволокла его куда-то в сторону полигонов. Отчего Наруто так решил?! Ну так пока он блуждал, то выяснил, где они находятся…

***

Получив сегодня с утра приказ Анко-сенсея явиться на полигон, Саске уже примерно осознавал, что их ждет. Всё же отчим хокаге — это порой полезно… Однако делиться своим знанием с изнывающей от стоящей жары Сакурой он не спешил. Сокомандница тщетно пыталась охладиться, яростно тренируя элемент воды… Вспотела, а больше ничего… Сморщив нос, заключил Учиха, лениво наблюдая за её пыхтениями. Стоит отдать ей должное, отрезав волосы и взявшись за тренировки не только мозгов, но и мускулов, та стала чуть менее бесполезной. Но от этого не менее раздражительной со своими глупыми чувствами к нему. Директор Третий явно недолюбливал его, раз распределил в одну команду с Сакурой… А, впрочем, на него роняла бы свои слюни любая из его выпуска, кроме, быть может, спятившей Хинаты. Так что Харуно — далеко не худший вариант… Знать бы ещё насколько придурком окажется этот Сенджу — и вовсе красота! Чувство юмора у его отчима было в порядке… Запихнуть в одну команду к Учиха — одного из последних Сенджу… Он мало что знал об этом клане сооснователей Конохи, только что последняя в роду — Цунаде крутой медик и горькая пьяница, отбывшая из деревни с какой-то миссией много лет назад. Очевидно миссия включала в себя продолжение рода. Саске хмыкнул. Любопытно будет посмотреть на этого Наруто… Однако Анко опаздывала, что было совсем на неё не похоже. Не случилось ли чего: не с Митараши разумеется, а с тем придурком, что решил её довести… было бы некстати — Учиха хотел сдать экзамен на чуунина поскорее.

***

Сакура теряла терпение, а когда Харуно теряла последнее, то внутри неё, как правило, оживал демон. И эту внутреннюю Сакуру, которую она старалась являть миру не столь часто, ибо: «доча, ты так всех женихов распугаешь», сейчас лихорадило. Блаженно сопящий на травке Саске-кун уже начинал подбешивать её, как и любимая Анко-сенсей. Внутренняя Сакура требовала крови и неважно чьей. Наконец подходящая жертва объявилась на горизонте, Сакура вскочила на ноги и довольно потерла кулаки, разминая кисти… Анко-сенсей тащила за собой упирающегося и голосящего, точно идиот желтоволосого паренька. Саске рядом с ней тоже приоткрыл глаз и, кажется, увидел что-то такое за гранью её понимания, что аж тоже вскочил на ноги. — Пополнение, седьмая! — швырнула к ним блондинчика Митараши. Тот неуклюже затормозил и расплылся в наглой улыбочке при виде Сакуры. — Это Наруто Сенджу — ваш новый товариш. Постарайтесь его не прикончить сразу… — Анко была в своем репертуаре. — Дотерпите до того, как станете чуунинами! — Есть! — нестройно отрапортовались Сакура и Саске. К слову, Саске прожигал этого Наруто уж больно странным взглядом. — Ой, эй, ребят, да вы чего такие постные?! — почесал в затылке по-дурацки улыбаясь Сенджу. — Я ж никакой-то там лошара, а сын двух санинов! — на этих словах Саске-кун недоверчиво хмыкнул. — Что не мешает тебе быть лошарой! — осклабилась Анко. — Ладно, сейчас посмотрим, правда, ли ты из утробы принцессы Цунаде выполз, а не из какого другого помойного ведра, откуда тебя подобрали! Тренировочный бой — новенький против двух старичков! И учтите, Сакура, Саске, если вы проиграете, то я с вас живых не слезу — поехали! — Что, двое против одного?! — заорала недовольная Харуно. — Да мы ж его в момент раскатаем! — Не говори, гоп, пока не прыгнешь, красотуля широколобая! — только что подписал себе смертный приговор Сенджу. — Ах ты! — внутренняя Сакура окончательно вырвалась на свободу. — Тебе капец, придурок!

***

Команда генинов, к которой приволокла его Митараши, являло собой странное зрелище. Томный пацан, который явно притомился на солнышке, судя по хлебалу просящему кирпича да бойкая деваха, косплеящая Анко, только с розовыми, а не фиолетовыми волосами и широким лбом. Если сенсей хочет, чтоб Наруто показал на что способен, то… Ей придется покурить в сторонке, ибо батя хорошо научил его, что если от схватки не зависит твоя жизнь или честь или тоже самое, но для семьи и друзей, то нехер показывать всё, на что способен. Пусть другие думают, что ты слабее, чем есть на самом деле… После ублюдков будет ждать сюрприз! Вот и сейчас Наруто решил пойти проторенной дорожкой, а не метать перед свиньями рассенганом: — Секси но дзюцу! — прокричал он, отвлекая притомившегося. Однако голая сексапильная деваха в исполнение Наруто оставила бледномордого равнодушным. — Да ты, что ль, педик?! — разозлился Наруто и… отменил действие хенге, являя миру свой голый зад и не только… Атаковавшая было его Сакура, резко затормозила и рухнула мордой в грязь, а бровь притомившегося выгнулась в такую дугу, что Наруто всерьез начал опасаться за свой зад, ибо вот только альтернативно развернутого ему под боком не хватало… — Да хватит уже своими тощими яйцами трясти! — проорала ему Анко-сенсей, на что Наруто обиделся и снова наложил свою технику, на сей раз скомбинировав ту с теневым клонированием — целый гарем «сасных юношей» появился на полигоне. Два коротких стука провозгласили о том, что у него только что стало одним противником и зрителем меньше, а притомившийся — всё же не педик. — Хватит дешевых фокусов! — подал голос бледномордый. — Покажи на что ты способен, Сенджу! — Ладно, ты сам напросился… Только скажи, болезный, как такое чудо-юдо зовут?! — во всю развлекался Наруто, которому очевидно когда-то очень плохо объяснили, как заводить друзей… — Учиха Саске, причем в том, что я Учиха — сомнений нет, а вот ты… — притомившийся осклабился. — Больно на моего отчима похож! — Если твой отчим похож на меня, значит, он красавчик и со второй попытки твоя мамка-таки сделала верный выбор! — не моргнув и глазом, надулся Наруто, уворачиваясь от очереди из сюрикенов. Впрочем, Учиха вскоре показал ему, что, несмотря на хладнокровную мордаху, внутри него горит огонь. Даже огнище. А Наруто с его выкриками выступил навроде опахала, что раздуло его до небес, ттебайо! Нет, его заточенные чакрой ветра кунаи против столь мощных техник стихии огня не годились… В ближнем бою он бы завалил этого притомившегося, но… тот не подпускал, выплевывая огонь. — Эй, - прокричал Наруто. — А другим отверстием выдувать не пробовал?! — чакра кончалась и это злило Сенджу… Если так и дальше пойдет, то без рассенгана не обойтись. Жаб призывать не хотелось бы — это не честно, а в остальном… Что ж ему делать-то, ттебайо! — А хрен с тобой! — махнул рукой Наруто. — Рассенган, чтоб тебе прическу расхреначило! — убивать-то новоиспеченного товарища он не хотел. И в самом деле пролетевший над головой у Учихи шар концентрированной чакры заставил последнего ошалело выпучить на него свои черные глазёнки. — Сдавайся давай! — прокричал Наруто, как вдруг сзади что-то неслабо тюкнуло его по голове. Позже придя в себя Наруто обнаружит, что он, в чём был (то бишь голый) привязан к столбу, а прямо перед ним издевательски усмехается розоволосая девка. — Я не теряла сознание от твоей придурошной техники, идиот! — кровожадно оскалилась она. — Потому что я люблю только… — она замолчала, смутившись и бросив на стоявшего в сторонке Учиху вполне читаемый взгляд. — Короче, довыеживался ты! — Да, капец, чего ты в этом болезном нашла?! — ужаснулся Наруто, пытаясь вырваться, но веревки были повязаны на совесть. — А ну отпустите меня, даттебайо! — Ну уж нет, мой сладкий, — к нему выступила Анко, на лбу у которой красовалась здоровенная шишка. — Ты сам виноват. Повиси здесь, подожди, когда восстановится чакра и ты перережешь веревки… А пока счастливого проветривания причиндал! Говорят, в том столбе живут короеды! Пошли, банда, угощаю данго! — и злорадно смеющаяся Митараши увлекла за собой Саске и розоволосую падлу, чтоб ей ежи в одно место пробрались! — Сволочи! — орал Наруто, тщетно извиваясь — Так нечестно, чтоб вас всех, уроды!

***

Битый час он висел, привязанный к столбу на самой жаре и мечтал о капле воды… Чакра пока так и не восстановилась, а он чувствовал себя прегадко. Первый раз с ним случился подобный конфуз… И далеко не первый за прошедшие сутки… Что за день-то сегодня такой? Ладно ещё на полигон никого нелегкая не заносила — и то хлеб. Ну вот только сказал… Или у Наруто от обезвоживания пошли глюки или прямо перед ним, в самом деле, материализовался эрохокаге. Решив на всякий случай не рисковать, он заорал, что есть мочи: — Помогите, насилуют! — ну а хрена он помнил, как тот выпялился на него в детстве… А теперь ещё и сюда пришел, когда он висит тут голый и беззащитный. Да что б вас всех, даттебайо! Вздрогнув всем телом от его крика, хокаге очумело выкатил на него свои синие глаза. — Наруто… ты чего перегрелся? — обеспокоенно прошептал он, и положил руку ему на плечо, отчего Сенджу закричал только сильнее. В следующую секунду что-то рвануло его за плечо и вместо полигона он переместился… да верно в кабинет этого больного педофила! Ну хоть руки, ноги были свободны. — Не трожь меня, эрохокаге! Маманя тебе потом этого не простит! В землю вкатает и что хокаге не посмотрит! Не приближайся! — тщетно придумывал аргументы Наруто, пока хокаге все также очумело на него смотрел, гипнотизируя своими синими-синими глазками. — Наруто, выпей водички, — с каким-то пришибленным выражением лица протянул ему стакан с чем-то подозрительным хокаге. — А-а, опоить решил, гад! — раскусил его грязный план Сенджу. — Хрена-с-два тебе, я читал у бати в книжке, как это бывает… И откуда ты знаешь, как меня зовут, а, эрохокаге?! — почесав в затылке, задался вопросом Сенджу. — Потому что я твой отец, балбес! — кажется, кличка эрохокаге все же выбесила последнего… А, впрочем, погодите-ка?! — Чего?! — вскричал Наруто, чувствуя, что солнечный удар всё же настиг его, а ковер в кабинете вдруг покачнулся навстречу…