Пристегните ремни, следующая станция-Китай.

Даже во сне Антон брёл по какому-то лесу и искал звериную тропу к водопою. Пить хотелось так, что язык превратился в мохнатую варежку. А ещё его трясло от холода. Будто он совершенно голый… Стоп. Он и так совершенно голый… Антон распахнул глаза и сначала не мог сфокусировать взгляд. Казалось, что он всё ещё идёт. Но, нет… Он лежал в яме от вывороченного дерева и рядом торчали ещё какие-то кусты. Влажный мох холодил спину, но груди было тепло. Он вчера укрылся валежником? Сам? Кто бы мог подумать… Пить на самом деле хотелось и бывший мент прислушался. Если он не отклонился от курса, то горная речка должна быть где-то поблизости. Но слышались только звонкие трели местных птиц. Солнце лишь начинало свой каждодневный путь и лёгкая роса покрывала траву. Если он дожил до этого дня, стало быть, надсмотрщик Железного босса его не нашёл… Антон осмотрел рану и остался доволен. Неровные края подсохли розовой корочкой и это говорило о том, что инфекции и гноения нет. И на том спасибо. Он поискал глазами свою клюку и увидел её, прикорнувшую к дереву, словно по мановению волшебной палочки. Надо же, он потерял сознание, но перед этим умудрился и себя укрыть старым валежником, и свою палку-ковылялку пристроил на самом виду. Ай, да бравый солдат Швейк! Но всё же надо было поискать речку и напиться. Это во-первых. А во-вторых, не мешало бы поесть хоть что-нибудь… Даже если и не хочется. Если его желудок не переварит хоть какую-нибудь пищу — сам Антон свалится без сил в самом начале пути. Как-то так. Откуда-то справа слышался отдалённый шум воды. Значит, он не сбился с курса и речка существует не только в его воспалённом мозгу. Нога болела, но уже меньше. Дотянувшись до костыля, он поднялся. И сразу закружилась голова. Замутило. Оглядевшись, он увидел примятую траву и уловил какое-то движение. Что, Кай специально спрятался, чтобы встретить его утром? Охота ещё не окончена? Тогда почему он не добил его сонного? Тупость ума! Интереснее же поиграть в жертву и охотника… Но это оказался не Кай. Совсем рядом лежал огромный вепрь и смотрел на Антона своими остекленевшими глазами. Он был ещё тёплый. Зияющая рана в груди многое могла сказать. Вчера, перед тем, как упасть, Антон слышал выстрел… Не показалось… Тогда что? За ним гнался Кай, а случайно подстрелил какого-то другого, притаившегося в темноте? Что за абсурд! Если бы Кай хотел попасть в Антона, он бы и убил Антона… Етишь его… Бывший полицейский осмотрел вепря. Что будет, если он поест сырого мяса. И напьётся ещё тёплой крови? Сдохнет от ботулизма? Рисковать не хотелось. Он ещё не до такой степени себя загнал, чтобы хвататься за убитую тушку! Вполне достаточно и чего-нибудь растительного… Антон с трудом заставил себя отойти. Побрёл в сторону реки, ведь самое главное — не получить обезвоживание организма. Потерпеть голод — легче лёгкого! Но всё же перед глазами маячила картина сырого мяса и сладковатый запах сжигал все внутренности. Антона вывернуло прямо себе под ноги одной желчью. Он упал на колени и долго не мог придти в нормальное состояние духа. Хотя, о чём это он?! «Нормального состояния» он и не помнит… С трудом удалось доковылять до воды и Антон наконец-то напился вволю. Река успокаивала. Давала какое-то подобие радости. Пока рядом бежит ручей, он не умрёт. Он обязательно доберётся до жилья. Люди спасут его. Отправят домой и он ещё будет счастлив… Нет! Антон не уедет из Китая, пока не отомстит, чёрт возьми! Пока не разделает Хуанди на тысячу ароматных кусочков и не скормит всё это его любимому Каю! Вот его мечта… Месть! Кровавая вендетта на русский лад. — Правда, здесь прекрасно?.. — послышался вкрадчивый голос и Антон испуганно оглянулся. Поодаль, в лесных зарослях, стоял Кай и улыбался. Его руки были заняты массивной оптической винтовкой… Ну да, конечно, ни дня без показательных выступлений… А то что-то скучно же было… — Твоя игра закончена, — запыхавшись, еле произнёс Антон, — Я дожил до рассвета… — Всё верно, — парень подошёл поближе, но всё же впритык не подбирался, держался на расстоянии, — Хочу предложить тебе новую игру… И, как ты знаешь, отказаться невозможно… — Говори, чего тебе надо? — Антон опустился на корточки в траву, чтобы сэкономить силы. Да и сверкать своим очаровательным неглиже было противно. Если когда-нибудь хоть кто-то такое испытывал, понимает, как это невыносимо. Особенно тогда, когда есть силы сражаться, но совершенно нет возможности. А, нет, всё же наоборот... — Спорим, что ты дойдёшь до шоссе и там тебя схватят люди Хуанди… Потому что здесь нет никого другого… Это место принадлежит Железному боссу и любое проникновение на чужую собственность — карается законом. У тебя нет выхода, кроме как сдохнуть. — Так чего же ты не даёшь мне это сделать? — саркастично заметил Антон, — Скажешь, я не знаю, что это ты спас меня от вепря и укрыл валежником? Зачем? Чтобы играть в свои игры дальше? Говори, чего ты хочешь и закончим этот маскарад. — Знаешь, Хуанди сегодня привёз гостей… — медленно проговорил Кай, — И слишком занят выяснением отношений… Я думаю, у тебя есть шанс выторговать у смерти лишний день… Если ты, конечно, не сглупишь… — Я понял, что идти к шоссе нельзя, так что можно-то? — перебил его Антон, — Хочешь позаботиться обо мне, так принёс бы одежду… И еду… — А кто сказал, что я хочу о тебе позаботиться? — удивлённо улыбнулся парень, опёрся о ствол винтовки, щурясь от солнца, — Мы всего лишь играем в игру. И теперь тебе надо постараться найти какое-то решение, чтобы дожить до завтра. У тебя есть лишь один выход: выбраться на дорогу. Но там торчит охрана Хуанди. В следующий раз моя винтовка не сможет защитить тебя от зверей. Потому что сейчас я ухожу. У меня ведь есть и другие заботы… — Да мне только и остаётся: играть в игру с самим собой, — хмыкнул Антон, — Поспорить, доживу ли я до рассвета и проиграть в любом случае… — Только ты до сих пор пока что выигрывал, — стал вдруг серьёзным Кай, — А мне чертовски интересно, до чего сможет дойти ищущий мести идиот… Я любопытен до беспредела… — Ищи развлечений в другом месте, — съехидничал Антон. Ему чертовски надоело это общение, но он знал, что как только Кай уберётся подальше, будет в сто раз тяжелее. Будто этот мелкий пакостник давал ему мизерный шанс, что всё закончится хорошо… Только вот верить в это нельзя! Разве не идея Кая довести его до определённого состояния, чтобы потом просто расстрелять в упор, насытившись играми до края. Он всё равно не отдаст его жизни. Будет возвращаться и травить его глупыми байками, распаляя на крайние меры. Доводя до такого состояния — когда возможно всё. — У меня ещё есть время поболтать с тобой о жизни, — рассмеялся парень, — Хуанди сильно занят новым экземпляром своей коллекции… — Ты имеешь в виду Ташку? — вдруг испугался Антон, — Или Марию? — Ну что ты… — потормошил свои локоны Кай и они упали ему на плечи, — Игрушки тоже ведь бывают разными… Одними ты играешь каждый день и они тебе не надоедают, а о других ты и не помнишь. Особенно — сломанных. Потом их выбрасывают за ненадобностью и всё. Но есть одна единственная и самая любимая, которую ты никогда не оставишь. Так вот, он сейчас забавляется с самой любимой… — Я думал, это — ты, — пожевал распухшую губу Антон, самодовольно и иронично улыбнулся. — Я не игрушка! — разозлился вдруг Кай. Он поднял винтовку и прицелился. — Бум! — рассмеялся Антон и подтянул к себе клюку. С трудом поднялся. Поковылял в сторону, куда держал путь. Он знал, что Кай не выстрелит. По крайней мере сейчас. Всё слишком сложно в этой красивой головушке. А ахиллесова пята завсегда найдётся, если внимательно читать следы. Ясно было одно: Антону нужно искать пропитание и двигаться по направлению реки. Куда-то она всё равно выведет… *** Лязгнул замок и Е Инь проснулся. В камере было светло. Странно, конечно, но если за тобой следят с экрана монитора — всё логически выстраивается. Парень приподнялся с топчана, стараясь рассмотреть вновь прибывшего охранника, но этот человек не был наёмником. Это сразу бросалось в глаза. Мужчина был красив. А его белое одеяние вселяло неприятное чувство. Как ни пытайся прикрыться белыми одеждами — твоя настоящая сущность распознается со временем. — Ну, здравствуй, герой, ты дрался, как волк… — проговорил мужчина таким сочным тембром, что у Е Иня засосало под ложечкой. Тон плюс обертон! Звук над звуком. Кто бы мог подумать… — Моё имя — Е Инь… Не знаю, с кем имею честь разговаривать? — пробормотал парень, вставая в полный свой рос. Смешно, конечно, доминировать тем, чего бог не дал, но сейчас это не было важным, — Я бы сказал, как шакал, это мне больше подходит… Второе моё имя — Табаки, не спрашивайте, почему. — Можешь называть меня Хуанди, — улыбаясь, сообщил мужчина, — Десятерых человек ты вывел из строя, а трое сейчас нуждаются в помощи. — Вы не предупредили, что просто хотите поиграть, — спокойно проговорил Табаки, — Мне пришлось защищаться… Хуанди накрутил на палец прядь волос, разглядывая избитого Е Иня и обворожительно заиграл ямочками. Это так напомнило Сяо Ю, что Табаки забыл, что хотел сказать. Красота — страшная сила, но если тебя связывает с этой красотой что-то личное — впору заинтересоваться происходящим. Он навесил на лицо самый свой дружелюбный оскал и невинно спросил: — Вы, случайно, не являетесь старшим братом Сяо Ю…Это очень известный актёр… Мужчина так быстро переменился в лице, что Е Инь вздрогнул. Надо же…попал в цель с первого раза? Как комично-артистично... — Почему все люди должны быть на кого-то похожими? — сокрушённо осведомился мужчина, — А не бывает так, что человек единственный и неповторимый в целом мире? — Человек и так единственный и неповторимый… — сказал Табаки, — Вы пришли ответить на мои вопросы или просто поболтать? Если первое — почему бы их не выслушать? Если второе — я не совсем готов к вам присоединиться. Я очень голоден. — Тебя не покормили? — удивился Хуанди. — Достаточно было бы простой воды, но ваши оголтелые господа решили споить меня каким-то отвратным зельем. Без воды, понятное дело, мне и кусок в горло не полез… Хуанди хмыкнул и ретировался к двери. Что-то негромко сказал охранникам и через секунду, Е Иню протягивали прозрачную, чуть запотевшую бутылку. Закупоренную. В чём он тут же убедился. Доверчиво напился прямо под несокрушимый взгляд Хуанди. Е Инь и не сомневался, что это хозяин дома. Кто бы ещё добился такого скоропалительного послушания со стороны охранников. — Ты мне нравишься, — похлопал Е Иня по спине мужчина, — Есть в тебе что-то забавно-искреннее. — И что теперь? — вздохнул Е Инь, — Будем и дальше играть в ваши игры или вы отпустите меня? — Ты же хотел мне вопросы задать…так задавай, — улыбнулся Хуанди, — Я бы на твоём месте ужасно сейчас нервничал… А ты… хоть бы хны… — Я очень нервничаю, — облизнул губы Е Инь, — Потому что не понимаю, как себя вести… Если я пленник — то должен попытаться вас убить и бежать. Если гость, — то почему сижу в камере? Хуанди рассмеялся. Кто бы мог подумать, что в его сети попадёт такая умопомрачительная птаха. Щебечет и щебечет… А сколько грации в движении, сколько аристократического убеждения. Да Ан просто счастливчик, что у него есть эта драгоценность. Понимает ли он, что за редкого зверя приручил? Если этот экземпляр будет на твоей стороне — можно не бояться удара в спину… — Можешь выйти, — показал на дверь Хуанди, — Тебя тут никто больше не держит. Если хочешь быть гостем… Е Инь доверчиво выбрался из помещения и тут же сощурился от яркого света. День только зарождался и по зелёной траве стелилась туманная дымка. Подстриженные в виде зверей деревья зеленели поодаль. Это место казалось раем на Земле… Но даже в райском саду есть свои правила. Нельзя жрать, что тебе протягивает коварный искуситель… — Если я гость, то нельзя ли мне узнать, где сейчас Рой? — продолжил задавать вопросы Е Инь. Он поморщился от боли во всём теле, но встал прямо,— Вы же его знаете? — Я всех здесь знаю, — спокойным голосом сказал хозяин этого места, — Даже тех, кого бы хотел забыть… — Неужели — это Рой? — удивлённо заметил Е Инь, — Вы ему мстите за что-то? Хуанди снова поменялся в лице, словно тень по нему пробежала: — Если ты умеешь копаться в чужой голове, почему всё ещё стоишь и улыбаешься мне? — серьёзно осведомился хозяин. — Я просто логически мыслю, — ответил Табаки, — Если я попал сюда, благодаря Рою, стало быть, он верхнее звено загадки. Все-то дела. — Действительно, — ухмыльнулся Хуанди, — Только и всего. — Рой ищет свою сестру… Она тоже здесь? — задал следующий вопрос Е Инь, — Вы использовали её как приманку… Этакий живец? — Да, она тоже здесь, — как ни в чём не бывало, сообщил Хуанди, — Видишь, я честен с тобой. — Зачем же вам нужны все эти люди? Разве вы не самодостаточны? — посмотрел серьёзными карими глазами парень, — Заводите друзей насильно? — Друзей? — рассмеялся Хуанди и по спине Табаки полился густой пот, — Да ты просто кладезь смешных идей! Хочешь, я покажу тебе свои владения? Тогда ты сам поймёшь, про что я… — Разве мы не хотели позавтракать…для начала, — откашлялся Е Инь, — Да и я хотел бы увидеться с Роем… У меня, в отличие от вас…друзья имеются… — Всему своё время, — Хуанди снова похлопал Е Иня по спине, — У нас ещё будет очень много времени. — Ах, даже так? — нахмурился Табаки, — Стало быть, сегодня я ещё не буду спать в своей уютной кроватке? — Ты хотел честного ответа, я тебе сказал. Не в моём характере лгать и выкручиваться. Я всегда называю вещи своими именами. — Тогда так, — серьёзно посмотрел на Железного босса Е Инь, — Мне нужна новая одежда, несессер с бритвенным станком, запасными лезвиями и зубной щёткой. А также комната с ванной комнатой, где я мог бы привести себя в порядок. Вот тогда можно будет подумать о прогулке по вашим бескрайним владениям. Хуанди секунду смотрел прямо в нахальные карие глаза, а потом захохотал так безудержно и громко, что распугал всех своих охранников. — Послушай, малыш, — вытерев глаза, заговорил Хуанди, — Я думал, что уже никогда не смогу так веселиться… Почему-то даже спорить с твоими неопровержимыми доводами вовсе не хочется. Ты получишь всё, о чём просишь. — А ещё я прошу, чтобы в вашем лексиконе относительно меня никогда больше не находилось таких слов, как: «малыш», «детка» и подобной чепухи, — известил Табаки. Хуанди вздохнул, погладил его по непослушным дредам, проникновенно добавил: — Скажи ещё раз своё имя, я запамятовал… — Е Инь. Или можно звать меня Табаки. — Пойдёт, — улыбнулся хозяин дома, — Буду называть тебя: Лист*. Надеюсь, ты не будешь в гневе и не попытаешься задушить меня ночью подушкой? — Нет, — серьёзно ответил Е Инь, — Для этого мне не нужна будет подушка… — Тогда я оставляю тебя ненадолго, — попрощался Хуанди, — Мои люди проводят тебя… Е Инь смотрел на удаляющуюся прямую фигуру в белых одеждах и задумчиво теребил пробивающуюся на подбородке щетинку. Осознавая, как жизнь катится под откос, бренча и лязгая составами, а он просто стоит и машет ей вслед рукой. *** — Ты снова будешь обвинять меня в моей тупости? — расстроилась Ташка. Они с Марией почти всю ночь рассказывали Рою про свои злоключения и тот ужасно злился. За окнами уже пробивался тусклый рассвет, а разговорам не было конца-края, — Я не могла бы даже вообразить, что Антон не тот, за кого себя выдаёт. Любой бы на моём месте ошибся! — Не любой, — вздохнул Рой, — Ты просто повелась на его неотразимость… И забыла, что девчонка зависит от тебя… — Она не забыла, — встряла Мария, — Этот Антон такой хитрый…В детстве я читала сказку про лиса, он тоже был не тем, за кого себя выдавал, никто из зверей не могли и подумать, на что был способен этот лис. Он умел притворяться хорошим… Антон такой же. Он притворился хорошим. — Ты тоже попался, — перешла на брата Ташка, — Какой дурак бы сам по себе притащился в эту ловушку? И дал себя запереть… Рой снова вздохнул. Эти разговоры ничего не дадут. Что случилось — того не переделать. Так не лучше ли искать выход, а не перебирать свои собственные «заслуги». Тем более, что все помещения утыканы камерами, словно бочки селёдками. А кто-то незаметный и тихий сидит у монитора и слушает их перепалки. — Мы должны что-то придумать, — Ташка поёрзала в кресле, — Я просто не знаю, есть ли у нас время? — Поговори об этом и его точно не останется, — показал на камеру Рой, — Есть ли в этом царстве-государстве белые пятна? — Есть! — сказала Мария, — Только сначала пойдёмте и поищем Базеля. Если Хуанди говорил правду? — Даже в этом случае ты не виновата, — Рой обнял малышку и прижал к себе, — Ты не должна так думать. — Даже не хочу знать, что случилось с Базелем, — проговорила Ташка, — Я так надеялась, что ты будешь благоразумной и не полезешь на рожон… — Я ведь не сама себя пыталась закрыть, — Маша оторвалась от Роя и переползла к Ташке на кровать, — Поговорить об этом мы можем и в другом месте… — Я пошла в душ и потом мы попытаемся узнать, что случилось с твоим другом, Рой… и с Базелем, — пообещала Ташка, — Я примерно догадываюсь, где он может находиться… — Не Рой, а Робин, — поправила её Мария, — Добрый разбойник, который примчался на помощь… — Который попался, как рыбка на крючок, — ухмыльнулся Рой. — Если это рыба-кит, ей и крючок не страшен, — улыбнулась Мария. Рою пришлось спать на небольшом диванчике, где он не мог вытянуть ноги во всю длину и сейчас он очень злился. На самого себя, на глупого Е Иня, который помчался ему вслед, на Антона, который смог обмануть сестру, притворившись хорошим. Нужно было обдумать ситуацию, да и время пока было. Но сколько его? Возможно, прямо сейчас заявится так называемый Железный босс и сотрёт их всех в порошок. Не зря же им дана возможность побыть вместе эту ночь. На большее можно и не рассчитывать. Вернулась Ташка. Она переоделась в свою одежду и была похожа на мальчика-подростка, если бы не грива тёмных волос. Мария нехотя выползла из кровати. Несмотря на полную готовность действовать, она чувствовала страшную усталость. Это только взрослые думают, что ребёнок не способен брать ответственность на себя. Способен. Ещё как. Она прекрасно понимала, что это не игра и все они заперты в этом периметре как мыши в клетке. Очень было страшно за Базеля, "тупеньких куколок" и за Робина, который не такой уж и Гуд, как казалось вначале. Жизнь — это не игра в поддавки. Это суровая реальность, справиться с которой порой бывает невозможно. Фамилия Е (кит. трад. 葉, упр. 叶, пиньинь Yè) буквально: «лист».