четвёртая часть
9 июля 2021 г., 08:31
Уже отбой. Все спали. Некоторые дети всё ещё разговаривали, играли в телефон. Девочки смотрели страшные видео про ayuwoki.
***
За прачкой сидел двенадцатиметровый sirenhad. Он мило смотрел на Лололошку, хоть у него и не было глаз. Это даже не мешало им играть в гляделки. Иван уже больше месяца знаком с сиреноголовым. Он пошёл в туалет, но не доходя до него, услышал странные звуки сирены в лесу. Конечно же, он направился именно в ту сторону. По дороге Ямщиков заметил трёх девок, которые сосались за старой столовой. Его это рассмешило, потому что девочки были из девятого отряда (9 лет). За прачкой звуки доносились самым громким образом. Ваня побежал туда, в кусты за странным звуком. Он несколько раз наступил на муравейники, на кустики земляники, на разных насекомых и им подобным. Неожиданно для себя, блондин увидел два дерева, которые двигались. Подняв голову вверх, вожатый увидел его... Это был сиреноголовый. Но почему-то Иван не напугался. Парень стоял в лёгком ступоре, наблюдая за медленными движениями монстра.***
Дикая страсть снова охватила двоих на утро, поэтому уже в десять часов они налегали друг на друга со стонами. Дима затыкал рот Лололошке, чтобы никто не услышал кудрявого, ведь он стонал весьма громко. Дмитрию пришлось занять всех детей интересными мастер-классами, лишь бы никого не было в корпусе. Парни могли вечно продолжать свой слюнообмен, но решили не останавливаться на одном и том же. Дмитрий резким движением руки стянул с себя шорты, оставляя на своих бёдрах только боксеры. Иван спустился на колени, чтобы поглотить столь большой член. Дима превышал блондина по размеру (рост, мышцы, член) в три раза. И это неописуемо нравилось Лололошке. Кудрявый обхватил член брюнета, от чего тот застонал. - Такой большой... - проговорил Ямщиков, смотря Дмитрию прямо в глаза, параллельно облизывая его половой орган. Оба долго стонали от прелюдии, но продолжению место быть. Дима оттолкнул Лололошку на кровать, после чего сел на него сверху. — Стоп, но я же пассив. — Оу нет, Ванечка, я тоже хочу. — приговорил с дикой страстью после слюнообмена Любимов. Иван медленно вставлял в брюнета, пока тот цеплялся ногтями за спину картавого. Оба стонали и их стоны переходили местами на крик, то ли от боли, то ли от удовольствия.
