Run Boy Run

Локи был там не один. Опять тюремный комбинезон, раздражающий ошейник, растрепавшиеся волосы и засохшая кровь под носом и на губах. Ему было всё равно насколько плохо он выглядит, это не имело значения сейчас. Не время эпатажа и блеска. — Прости меня, — голос Локи был хриплым, но уверенным. Хотя его взгляд сейчас казался практически испуганным, он стоял ровно, расправив плечи. Эта смесь сигналов казалась ровно настолько искренней, насколько лживой, она могла бы запутать кого угодно. Даже самого Локи. — Не извиняйся, Локи. Это только моя вина. Было ошибкой довериться тебе, — Мобиус звучал морозно и тяжело. Локи почувствовал, как от такого тона стало тяжело дышать. Когда он стал настолько восприимчивым? Локи прислонил руку к стеклу, разделявшему их. — Не говори так, — Локи встретился взглядом с Мобиусом. Сейчас было невероятно сложно выдержать этот зрительный контакт. Он должен был объясниться, он был уверен, что Мобиус пришёл чтобы вытащить его отсюда, что всё вернётся на круги своя. — Не говорить? Я был тем, кто веками изучал тебя, Локи. И после этого я решил тебе поверить. Как глупо, — Мобиус сухо усмехнулся. — Всё было не так, Мобиус, ты не понимаешь! Я ушел потому, что… — Довольно. Хватит, — Мобиус развернулся, собираясь уходить и оставить Локи одного в пустой камере. — Я пытался остановить вариант Локи, ты же сам это знаешь! Я отправился за ней, чтобы понять кто это и положить этому конец. Но всё оказалось намного сложнее, чем мы могли предположить! — попытался докричаться Локи, приникнув к стеклу и тщетно стуча по нему. Мобиус замер, остановившись вполоборота. — Я звал тебя, Локи. Я кричал, чтобы ты остановился. Думаешь, это не имело смысла? Думаешь, я делал это просто так? Ты сказал, что тебе можно доверять, а я имел глупость и наивность на мгновенье поверить. Можешь радоваться, твой титул бога лжи и манипуляций всё ещё оправдан. — Выпусти меня, мы объясним тебе всё вместе. Всей вашей конторе, если понадобится! Где вариант Локи? Где Сильвия? Мобиус с давлением посмотрел на Локи и у бога сдавило грудь. — Её перезапустили, — холодно сообщил агент. Внутри болезненно кольнуло, Локи почувствовал, что больше не способен удержаться на ногах. Но он стоял, прижавшись к стеклу. — Прощай, Локи, — Мобиус больше не мог на это смотреть. Ему было не лучше Локи. Ему было хуже в разы. Он поднялся по лестнице и вышел за дверь, после прижавшись к ней спиной. Всё, чего хотел сейчас Мобиус, это поддаться. Раз за разом поддаваться эмоциям, проявлять слабину, давать возможной лжи окутывать его зеленоватой дымкой, проникая в самое сердце. Что угодно, лишь бы вернуться к Локи. Лишь бы снова иметь его рядом с собой. Такого яркого, словно райская пташка среди серых голубей этого бюрократического гнезда. Вернуть Локи, которому сейчас было больно. Но Мобиус понимал, ясно осознавал, что всё это может оказаться иллюзией. Даже его собственное иррациональное желание бросить всё, наплевать на обязательства и вновь вытащить бога хитрости из темноты, лишь бы не лишиться его навсегда. Но он стоял по эту сторону двери, а не прижимая ладони к рукам Локи сквозь стекло. И это уже о чем-то говорило. Локи медленно сполз на колени. Они уничтожили Сильвию. Так почему он всё ещё был здесь? Почему их не казнили вместе? Почему Мобиусу необходимо было быть таким чертовски сложным? Мобиус… вероятнее всего, даже сейчас он был тем, кто спас его шкуру. Уговорил их просто запереть его, вместо мгновенной смерти. Руки Локи сомкнулись на материале ошейника. Ему было больно от того, что всё так обернулось. Ему было больно за Сильвию. Больно за свою ошибку. Но больше всего ему было больно из-за того, что он утратил доверие единственного человека, которым начал действительно дорожить. Локи почувствовал, что больше не может сделать и вздоха. Слёзы душили его. Чувство вины, которое, казалось, было ему чуждо, становилось невыносимым. Локи был там один. Горькие слёзы стекают по его щекам, плечи содрогаются от внутреннего холода, лицо искажено болью. И Локи кричит. Настолько громко, что звук, кажется, прокатывается по всему УВИ. Локи не просто кричит, он выпускает из себя тот сгусток тьмы, который грыз его с того момента, как агенты взяли его и Сильвию. Даже раньше, с того момента, как ему пришлось оставить Мобиуса и последовать за Сильвией в портал. Далеко не обычное стекло трескается и падает шквалом перед Локи, разбиваясь на мелкие кусочки. Несколько отлетают в Локи поцарапав его не скрытые рукавами руки и лицо. Ошейник испускает протестующий хруст и падает на пол перед Локи. Ему плевать на это. Плевать на кровь, плевать на то, что он свободен, нет желания и сил даже удивиться такому потрясающе мощному выбросы божественной энергии. Сейчас Локи способен убить одним взглядом. В его голове пустота, волосы падают на лицо, а неоново зелёные огоньки тонкими струйками распространяются по комнате. Магия Локи пытается защитить его самого от болезненных переживаний, оградить от мира, пока слёзы не высохнут, а грудь не перестанет разрывать на мелкие кусочки. Что-то забитое в углы сознания овладевает им, застилает глаза непроглядным туманом. То ли это просто слёзы, то ли нечто вполне реальное. Он понимает, что ему нужно убираться отсюда. Сейчас он на это способен, он опасен, летален для тех, кто совершит неверный шаг в его сторону. Это бог, который чувствует себя брошено и одиноко. Мобиус слышит и крик, и оглушительный треск. Его сердце обрывается, мурашки прошибают позвоночник и он замирает, медленно оборачиваясь к закрытой двери. Он ждёт. Минуту. Две. Он ждёт, когда дверь вылетет с петель, когда его отбросит в стену напротив с нечеловеческой мощью. Он внезапно готов к этому. Лучше так, чем осознавать, что между ними с Локи всё кончено. Что вообще было между ними? Щенячьи глазки, руки на галстуке, подколы и усмешки — разве этого достаточно, чтобы чувствовать такое количество эмоций? Но дверь не открывается. Звуков вообще больше нет. Но кажется, будто всё вокруг холодеет. Весь коридор погружается в полумрак, а изморозь замысловатым узором охватывает стены. Мобиус знает, что стражи и другие агенты уже направляются сюда. Мобиус знает, что теперь они убьют Локи. И этого он не сможет себе простить никогда. Годы изучения Локи — но никогда ничего подобного. Это что-то новое, неизвестность пугает. Ровно столько же, сколько влечет. И Мобиус открывает дверь и заходит внутрь. Дверь с грохотом захлопывается за ним. Мобиус думает, что он совершил очередную ошибку, когда холод охватывает его всего. Локи внизу, почти там же, где и стоял во время их разговора. Только сейчас он сидит в стекле, вся его кожа светится красивым голубым. Мобиус не видит, но знает, что глаза Локи должны быть полностью красными. Мобиус понимает, что времени мало. Он спускается вниз по лестнице, замерев в метре от груды осколков. — Локи, тебе нужно уходить, сейчас. Я дам тебе портальное устройство, — говорит Мобиус настолько уверенно, насколько вообще способен. Локи не двигается, кажется, будто вообще не дышит. В комнате настолько холодно, что Мобиус выдыхает облачка пара. — Локи! Ты должен уходить, иначе ты умрешь, ты это понимаешь? — Странно, что ты беспокоишься обо мне теперь, а не когда вышел пять минут назад. Я оказался немного искреннее, чем ты думал? — голос Локи холодный, режущий и дрожащий. Он едва удерживает себя на месте. Что-то внутри него говорит сделать больно. Так, как он всегда привык, чтобы восстановить контроль. И он готов убить кого угодно, кто зайдет в комнату следом. И Мобиус это знает. — Локи, прошу тебя, просто уходи. — И помешать твоей работе? Твоей драгоценной временной линии? Мобиус уже готов на всё. Готов даже забыть о работе, о своих обязательствах, готов к самому пеклу, или к ледяной буре, в этом случае, лишь бы как-то остановить то, что происходит прямо перед ним. Он опускается на пол и тянется к плечу Локи, тот дёргается назад, практически зарычав, но так и не поднимает голову. Он не может показать своих слёз. Только не сейчас, не так, и уж точно не этому человеку. Рука Мобиуса зависает в воздухе. Воцаряется тишина, в которой отчётливо слышен шум шагов по всему зданию, приближающийся к ним с каждой секундой. Локи сильный, но он не справится со всеми. Так же как и многие из «всех» не переживут эту встречу. Мобиусу ничего не остаётся, он наклоняется вперёд, хватает Локи за воротник и грубо тянет его к себе. Локи упирается руками в плечи Мобиуса, те обжигает холодом, но он это игнорирует. В другой руке агент сжимает большой осколок стекла. Локи медленно вскидывает голову. Его глаза, на удивление, всё ещё знакомого мшистого цвета, а красные разве что от слез. Мобиус ловит его взгляд. — Мой карман, Локи. Портальное устройство. Бери, сейчас. Осколок в руке Мобиуса оказывается опасно близко, практически давит на шею бога. Локи встречается взглядом с агентом, он не осознает как непроизвольно подчиняется ровному, практически мягкому голосу. Руки соскальзывают с плеч и он осторожно вынимает портальное устройство, прижимая его к себе, как драгоценность. Плечи бога дрожат пуще прежнего, такое ощущение, будто он в миллиметре от пропасти и только крепкая хватка Мобиуса, прижатое стекло к артерии, и зрительный контакт удерживают его от смертельного падения в бездну. Шум шагов всё ближе, Мобиус сглатывает, понимая, что просто обязан достучаться до Локи. — Локи, послушай, я не хотел уходить. Никогда не хотел. Сконцентрируйся, держи себя в руках, это не ты. — Тогда кто хотел, чтобы ты ушёл? — спросил Локи хрипло, — И кто виноват в смерти Сильвии? Ты единственный человек в этом здании, которого я не смогу убить. Так покажи мне, кто это. Хранители времени, верно? Покажешь мне где они или проткнешь меня своей стекляшкой? — Мне не придётся это делать, если ты послушаешь! Я не хочу тебя терять! — Мобиус слегка встряхнул Локи за воротник, пытаясь добиться хотя бы знакомой ему усмешки в ответ на эти попытки. Но Локи не улыбался. Он так же, как и Мобиус, слушал. Прислушивался к шуму шагов, выжидал, как притаившийся в кустах хищник, готовый вот-вот прыгнуть вперёд. Мобиусу было не по себе. Он не мог позволить этому случиться, не мог рисковать коллегами. Так же как и был неспособен рискнуть Локи. Осколок надавил на шею бога, но эта жалкая угроза стала единственной, которую агент мог придумать сейчас. С первого взгляда Локи внимательно смотрел на него. На деле же он смотрел насквозь. Ему было всё равно, что может сделать с ним Мобиус. Хуже уже не станет: так думал он глубоко внутри себя, когда как снаружи куда более мощные защитные механизмы пытались скрыть любую лишнюю эмоцию. Мобиус знает, что у него остались считанные секунды, а теперь он даже не может самолично запихнуть Варианта в портал. Рука отпускает воротник, он зарывается пальцами в растрепанные волосы Локи и тянет его к себе, заставляя уткнуться в его плечо. Мобиус пытается его спрятать хотя бы так. В комнату вбегают люди, Мобиус спиной чувствует враждебность и нацеленность не отступать до победного конца. — Ни с места! — приказывает Мобиус громко и чётко, чтобы даже в коридоре услышали, — Он у меня под контролем! Никаких резких движений или это кончится жертвами. Мы не знали, с кем связываемся. Предупреждение Мобиуса возымело эффект, все прекрасно видели и зелёное свечение, и заморозки на стенах, и нехарактерный цвет кожи Варианта. Правда сейчас кожа мало помалу начала возвращаться в своё привычное состояние. Локи замер, руки сжимают портальное устройство, волосы в крепкой хватке Мобиуса, лоб касается его плеча. Знакомый запах. Приятный, слишком домашний и полюбившейся. Мобиус пахнет старой бумагой, крепким кофе и цветочным шампунем. Локи почти хорошо на краткое мгновенье. Но шум вокруг вновь возвращает его в распадающуюся на мелкие кусочки реальность, вновь становится невыносимо. Слишком быстро, слишком много, слишком резко, чтобы такое уязвимое сейчас естество смогло вынести. Локи медленно опускает одну руку на пол. Мобиус замечает и перехватывает её, не успев выпустить осколок. Острие давит на их ладони, кровь. Столько крови… Локи весь в царапинах, а под одеждой множество ссадин. Ему всё равно. Физическая боль только подливает масла в огонь. — Не нужно, Локи, — практически умоляет Мобиус шёпотом, прямо на ухо. — Чтобы ты не пытался сотворить, остановись. — Разве ты поверишь мне, если я скажу, что не стану? — горько спрашивает Локи, медленно поднимая голову и вновь встречаясь взглядом с Мобиусом. И тот смотрит в ответ, пытаясь заглянуть настолько глубоко, насколько возможно. Пытается достучаться до мальчишки, плечи которого сейчас дрожат от холода, который просто жаждет найти хоть капельку тепла посреди северного ледовитого океана. — Да, Локи. Я поверю. Я буду верить тебе столько раз, сколько понадобится, чтобы ты понял, что мне лгать бесполезно. Локи передёрнуло, боль всё же отразилась на его лице. Он опустил голову вновь пытаясь скрыть навернувшиеся слёзы. — Отойди от варианта, агент Мобиус! Отсюда мы справимся сами! — прозвучал женский голос одной из стражниц. Мобиус почувствовал, как весь Локи напрягается, от ног до кончиков волос. — Я найду тебя, Локи. Клянусь. А сейчас сотвори самую искусную иллюзию, на которую способен бог хитрости и исчезни. И Локи повиновался. Он не был способен больше удержать призрачное равновесие и контроль, ему осталось лишь послушать голос разума, которым был сейчас Мобиус. Он упал в его объятия в последний раз. Он не знал, когда и как они увидятся вновь. Но он верил, что Мобиус найдет его. Может, тогда перестанет быть так чудовищно холодно. Может, тогда Локи поймет, что любовь — не совсем кинжал. Это стекло, зажатое между двух ладоней влюбленных.