Моё внутреннее пламя

Только придя домой, я сразу сел за изучение книги. Язык, который использовался в ней, действительно сильно отличался от языка в этом мире. Но, тем не менее, я его прекрасно понимал. Эта книга называлась «человеческие инстинкты», дата выпуска 1963 год, а имя автора нигде не указано. Книга была довольно объёмной, текста в ней было много. Причём это творение не было разбито ни на главы, ни на какие бы то ни было темы, из-за чего закрались сомнения о качестве этого самого творения. Однако на качество было бессмысленно жаловаться, ведь не ради него я взял эту книгу. Я хотел узнать ответы на мои вопросы. Откуда эта книга? Кто её автор? А может, там, в книге, скрывается объяснение того, как я сюда попал. Это тоже было вполне возможно. Сев за стол, поставив перед собой зажженную свечу, я начал читать. Признаться честно, меня затянуло. Автор, кем бы он ни был, умел завлечь читателя. Книга целиком и полностью оказалась философскими рассуждениями автора. Его личным дневником. Автор рассказывал о своей жизни, объяснял, как и почему сделал те или иные выводы. Оттого меня так и затянуло, пусть я и не был согласен с его мнением. Автор утверждал, что каждое решение человека — всего лишь инстинкт, «низшая потребность». Утверждал, что не бывает добрых или злых людей, есть лишь те, у кого есть стадный инстинкт, и у кого его нет. Он напрямую сравнивал человека с животным. Читая эту книгу, я потерял счёт времени, поэтому и не заметил, когда солнечные лучи, объявляющие начало нового дня, стали прорываться сквозь тонкие занавески. — Доброе утро, — раздался голос Амира, отчего мне пришлось оторваться от чтения. — Доброе, — кратко ответил я, после сразу вернувшись к своему занятию. — И всё? — остался стоять на месте Амир, почему-то шокированный моим ответом. — Что-то не так? — снова отрываясь от книги, спросил я. — Тебя не было всю ночь, конечно, что-то не так! — сорвался на меня он, но тут же притих. — Прости, это всё из-за моей вспыльчивости… Я хотел предложить тебе сходить в какую нибудь кафешку, чтобы отпраздновать твой день рождения, но вчерашняя ситуация выбила меня из колеи, так сказать, — он еле заметно усмехнулся, — поэтому, может, сходим сегодня? Я обещаю, что не буду кричать на тебя. Я молча уставился на Амира, обдумывая только что сказанные им слова, и только через несколько секунд сообразил и кивнул, соглашаясь на его предложение. Вскоре мы вместе вышли на улицу. Амир вёл меня за руку, помня о полученном опыте. Мы проходили мимо того злосчастного рынка, мимо того наипрекраснейшего фонтана, который утратил свою очаровывающую магию при ярком свете солнца, и даже мимо места моей работы, дома Ины. Я был в замешательстве. «Зачем так далеко идти? Неужели нельзя было сводить меня в ближайшее кафе?» На эти возникшие вопросы я моментально получил ответ, когда мы пришли на место. Это была та самая чайная, быстро набирающая популярность в последнее время. Солдаты ходили сюда отдохнуть, молодые парни водили сюда девушек на свидания, старики и старушки тоже находили здесь свой покой, а простые работяги, после тяжёлого рабочего дня, приходили сюда расслабиться. Прямо не чайная, а чудо-лекарство какое-то: от всего вылечит, усталость снимет, а в добавок ещё и настроение поднимет. Я насчёт этого чудодействующего чая был настроен скептически, предполагая, что работники просто подсыпали успокоительное в напитки клиентам. Поэтому-то я ни разу и не ходил в эту чайную. Однако Амир привёл меня именно сюда. Отказаться у меня уже не получилось бы. Мы вошли внутрь. Как и ожидалось, хоть сейчас и было ещё утро, людей здесь было, по крайней мере, достаточно. Присутствовали и военные, и молодые парочки, и старые люди. Все, как я и перечислял. Однако сейчас их было не так много, как обычно говорят. Хотя, быть может, люди просто преувеличивали. Слухи, всё-таки, ненадёжный источник информации. Амир прервал моё разглядывание посетителей, дернув меня за руку и проведя за незанятый столик. Мы сели рядом, ожидая, когда придёт официант принимать наш заказ. В это время мои мысли захватила та книга, которую я читал всю ночь. «Человеческие инстинкты». Одно лишь название заставляло поморщиться от отвращения, ведь всем уже давно было известно, что у человека нет инстинктов. Это всего лишь дешёвое оправдание больных на голову преступников, совершивших бесчеловечные деяния, в иной раз доказывающие, что к человеку они мало чем относятся, начиная разговор о «человеческих инстинктах». Однако меня всё же больше вгоняло в размышления содержание. Тонна давно опровергнутых примеров и случаи из жизни автора. Например, автор описал тот случай, когда убили его любимого человека. Сожгли его заживо. Казалось бы, какой из этого можно сделать вывод? Нельзя играть с огнём? А автор сделал: «После смерти любви всей моей жизни мне стало понятно, что люди живут одним лишь желанием размножаться. Одной лишь похотью. Убийцей моего луча света средь кромешной тьмы стал его старый товарищ, давно желающий завязать со мной роман…». Безусловно, всё это было очень грустно, однако мысли автора на этот счёт были ещё грустнее. Насколько нужно быть наивным, совершенно сердобольным человеком, чтобы оправдывать чужие ужаснейшие поступки обычными инстинктами? Мне никогда этого не понять… — …Зак, Зак! — вывел меня из раздумий недовольный крик Амира. — Что такое? — я растерянно оглянулся. — Простите его, он часто в облаках витает, — обратился Амир к официанту. Я тоже перевёл на него свой взгляд. — Так что ты будешь? — спросил у меня Амир, натянув терпеливую улыбку. Я ничего не ответил, продолжая смотреть на официанта. — Зак? — в непонимании окликнул меня Амир. — Ты хочешь что нибудь заказать? Я всё так же не отвечал. — С ним всё хорошо? — поинтересовался официант, растерянно пробежавшись по мне взглядом. — Да, простите… Тогда ему всё то же самое, что и мне, — сохраняя спокойствие и вежливость, ответил ему Амир. Когда официант покинул наш столик, Амир снова обратился ко мне: — Да что с тобой, чёрт побери, происходит?! — раздражённо прошипел он. Я опустил голову на стол и закрыл лицо руками. — Эй, что происходит? — в негодовании спросил меня Амир, но я уже не обращал на него внимания. Моё сердце бешено колотилось, ноги тряслись, а в висках играл пульс. Знакомое чувство эйфории прошлось дрожью по всему телу. Дышать стало значительно тяжелее. Я приподнял голову, чтобы ещё раз взглянуть на официанта. Да, это точно был он. Зуко. Я не мог оторвать от него глаз. С каждой секундой меня всё крепче захватывало это чувство… Как оно там называлось? Влюблённость? Нет, это была не просто влюблённость, это было что-то посильнее, что-то намного сильнее и всеобъемлющее. Мысли больше не были запутанными. Нет, совсем не были. Они были ясными как чистое небо и твердили лишь одно: «Зуко должен быть моим». Тряска в теле совсем пропала, дыхание восстановилось, пульс тоже пришёл в норму. На смену эйфории пришла уверенность, оставляя только головокружение. Я выпрямился. — Успокойся, Алан, — обратился я к Амиру по его ненастоящему имени. — Фух, я уже испугался, что придётся тебя откачивать, — нервный смешок сорвался с его губ. — Не переживай, больше не придётся, — я улыбнулся, смотря на Зуко.