Моё внутреннее пламя

— Присаживайтесь, — Хизока неловко указал на кресло посреди каюты. Я послушал его и сел в кресло, не сводя с Хизоки заинтересованного взгляда. Он позвал меня поговорить с ним один на один, не объявив тему разговора, поэтому не удивительно, что мне было любопытно. Однако он сам выглядел слегка озадаченным и неловко переступал с ноги на ногу, явно активно что-то обдумывая. И лишь спустя долгих десять секунд начал говорить: — Вы ведь знаете про кипящую скалу? Его взгляд забегал по всей каюте. — Конечно, а что такое? — с каплей непонимания ответил я. — Туда недавно прибыла новая партия заключённых и военнопленных, в том числе и воинов Киоши. Я думаю, что у кого-то из них есть важная информация об аватаре, поэтому собирался отправиться на кипящую скалу, чтобы провести проверку, — он набрал побольше воздуха в лёгкие, перед тем как перейти с подводки к самой сути: — Не могли бы вы провести её вместе со мной? Раз уж вы уже здесь… — Мог бы и не устраивать это представление, — я устало покачал головой. — Хочешь пригласить меня на свидание? — Вовсе нет! Я просто хочу внести свой вклад в поимке аватара и заодно помочь вам! — Хизока замахал руками, пытаясь скрыть покрасневшие от смущения щеки. Я встал с кресла и перед тем, как уйти, похлопал Хизоку по плечу. — Посмотрим, что можно вытрясти с этих воинов.

***

Смотровой на вышке заметил наш корабль, когда мы только приближались к темнице, поэтому встречали нас по всем уставам и с уважением. Хизока сказал начальнику, что мы здесь ради проверки, до того, как тот успел задать вопрос, чем Хизока и избежал недопонимания. Несмотря на то, что я активно отказывался, начальник тюрьмы строгого режима всё равно настоял на экскурсии. Проходя мимо камер с заключёнными и слушая скучную болтовню начальника о том, какая крутая и защищённая их кипящая скала, я заметил, как из одной из камер выводят смуглого парня. — Разве сейчас заключённые не должны находиться в своих камерах? — спросил я у стражников, что вели того парня, чем застал их врасплох. — Так точно! Но нам поступил приказ отвести его в карцер! — не растерялась одна из них… Да уж, никогда бы не подумал, что это девушка, если бы не услышал её голос. — Он маг огня? — вспомнил я про специфичные карцеры в этой тюрьме. — Нет, просто бунтует, — вмешался начальник, — уже не первый раз, кстати. Думаю, сидение в холодном одиночестве ему поможет, — он усмехнулся, презрительно посмотрев на заключённого. — Можно я с ним поговорю? — не подумав, спросил я, но заметив недоумевающие взгляды окружающих, продолжил: — Проведу воспитательную беседу, так сказать. — Конечно, проводите на здоровье, — заулыбался начальник тюрьмы. А меня вместе с заключённым провели в комнату для допросов, пока для Хизоки и остального экипажа продолжилась экскурсия. Оставшись с заключённым наедине в тёмной и сырой комнате, где стоял только один стул, к которому тот был привязан, я снял свой шлем. — Что тебе надо? Поиздеваться надо мной? — он явно не был напуган, а даже наоборот, зол. — Как грубо. Зачем мне издеваться над друзьями? — стараясь не выдавать эмоций, ответил я. Амир опустил взгляд в пол, проглотив ругательства, что хотел вылить на меня в порыве эмоций. — Мне больше интересно, как ты сюда попал. Расскажешь? — я старался вести непринуждённую беседу, отчего Амир злился ещё больше. — В этом ты виноват. И моя мать. Из-за вас двоих я здесь, — он поднял глаза на меня, стараясь найти моё сожаление, но так ничего и не увидел. — Они узнали о том, что ты сын сектантки? — в ответ Амир промолчал. — Если это так, то это всё равно мало что объясняет. — Здесь мне сказали, что они похищали детей из колоний нации огня. Думали, что таким образом найдут «Избранного», которого надо принести в жертву, — Амир сжал кулаки от злобы, — теперь ты понимаешь? — Вы похищали детей? — слегка удивлённо переспросил я. — В том-то и дело, что нет! По крайней мере, я никогда об этом не знал и не слышал, — он, казалось, чуть не заплакал, говоря мне об этом. — Всё равно вся эта религия — бред. — Поспешу тебя порадовать. Кажется, я и есть Избранный, — я облокотился на стену, наблюдая за шоком и непониманием Амира, перерастающим во всё большее неверие. — Это неправда! Это всего лишь бред сектантов! Ты сам всё знаешь, ты видел мою мать. Она сумасшедшая! И все они — тоже! Ты не можешь быть Избранным! — Амир активно задергался на своём стуле, пытаясь доказать мне свою позицию. — Дай угадаю: вы должны приносить в жертву бессмертному-перерождающемуся Избранного, чтобы продолжать цикл жизни первого, — с каждым моим словом Амир бледнел на глазах. — Сложно объяснить, откуда я это знаю. Но если вкратце, то я познакомился с вашим «богом». Та ещё сволочь, хочу сказать. — Нет, это всё неправда… Ты говоришь неправильно! Всё не так! — он смотрел на меня как на безумца, хотя сам выглядел не лучше. Я тяжело вздохнул, уставившись в серый потолок. — Можешь не верить, если хочешь, но это правда. Я развернулся и собирался уходить, но напоследок всё же повернулся к нему и сказал: — Скажи спасибо, ведь теперь тебя переведут из строжайшей тюрьмы в больницу, пусть и для психов. Амир лишь сопроводил меня прожигающе-злобным взглядом. — Я всё равно сбегу отсюда, — то ли мне показалось, то ли он действительно прошептал эти слова, когда я закрывал железную дверь.