Полная отключка

— А, это снова ты, — скривился Рик, завидев его на пороге. — Пр-эээ-ходи… Это точно не было теми отношениями, о которых Морти мечтал — но все его нормальные мечты здорового психически подростка были до комы. Теперь же он регулярно приезжал в гости к старому язвительному алкашу, с которым, на удивление, чувствовал себя увереннее, чем с кем-либо… Лучше, чем дома с родными, и лучше, чем в школе или с репетиторами. Парадоксально, но его бывший доктор, похоже, в последнюю очередь видел в нем больного, немощного человека, и это неожиданно приятно грело душу Морти. Пусть даже и отдачи от Рика он получал меньше, чем хотелось бы! — Ты опять? Я же только недавно убирался! — возмутился он, оглядывая невообразимый срач вокруг, на что Рик раздраженно отмахнулся от него: — Г-говоришь, прямо как моя покойная женушка, — и попытался приложиться к бутылке с пивом, которую парень тут же отобрал. — Ээээ, к-какого хуя?! Совсем берега потерял, сученыш? Несмотря на бурное негодование, больше старик пить не пытался и забился, точно напуганный шумом пылесоса кот, в укромный уголок, пока Морти носился туда-сюда по квартире, пытаясь привести ее в более-менее божеский вид. В конце концов насобирав три мешка мусора, большую часть которого составляла стеклотара, он довольно отряхнул руки и выдохнул. Решив временно отвлечься от уборки, Морти заглянул в холодильник и, увидев там только мышь на виселице, хлопнул себя ладонью по лбу: — Рик! Живо иди сюда! Так ворчащий доктор оказался выдворен за порог со списком покупок в кармане. Какое счастье, что никто толком и не замечал отсутствия Морти — мама пропадала на работе, Саммер в школе, а папа верил любой херне, которой он объяснял свои долгие уходы из дома, и бывать у Рика получалось довольно часто… — Паскуденыш, — пробурчал Санчез, со сложенными на груди руками наблюдая, как Морти режет помидоры. — Пришел тут, р-раскомандовался… Нос не дорос тут указывать, могу я бухать или нет! — Мы теперь встречаемся, — юноша предупреждающе указал на него кончиком ножа. — И я считаю своим долгом заботиться о тебе! — Вот позаботился бы обо мне по-нормальному и принес ящик-другой водочки, да закусончика, а так — хуйня это, а не забота! Запрокинув голову назад, Рик с наслаждением рыгнул — звук получился такой, будто прочистили унитаз. — Встречаааемся, — с насмешкой повторил он, качая головой. — Э-это только для тебя имеет значение, п-потому что… потому что то, что ты называешь любовью — просто химическая реакция, побуждающая к размножению…       На кухне резко стало тихо — только масло шипело на сковородке. Скучающе вздохнув, Рик прошелся туда-сюда, тяжело болтая руками. Занятый нарезкой овощей, мальчик не сразу услышал, как к нему подкрадываются сзади, и вздрогнул от испуга, оказавшись пойманным в объятия. — Ч-что ты?!.. У Морти подкосились ноги. Он был плотно зажат между кухонной стойкой и Риком, а последний, ухмыльнувшись, еще и наградил его пахнущим перегаром поцелуем в скулу — ох, черт! Он сам не до конца понимал, что чувствует к этому человеку. Рик, вроде, не был рыжей сексушной красоткой, или порноактрисой, или той подружкой Саммер. Старый неаккуратный брюзга, только и всего — но, когда случались подобные вещи, у Морти все внутри переворачивалось, и, наверное, это было приятное ощущение — приятное, но пугающее… — Уйди, Р-рик! — заверещал он, стараясь скрыть свое смущение. — Уйди, н-не видишь, я занят?! Труд его определенно можно было считать неблагодарным, но по какой-то причине он придавал Морти сил. Хоть где-то он чувствовал себя полезным — вот уже и Рик нехотя похвалил его скромную стряпню. По относительно чистой кухне разливался вполне себе неплохой аромат, и, наверное, это было похоже на… дом? Нет, конечно, нет. К себе домой парню вскоре предстояло вернуться, хотя его туда и не тянуло толком. Не хотелось пока думать ни о чем, что находилось за пределами этой чужой для него квартиры. Не хотелось… — Р-рик, — опомнился он на половине третьего фильма франшизы "Яйцелюбы". — М-мне, наверное, пора! — Не-а, — пробормотал тот в ответ, сгребая его в охапку и заставляя лечь обратно на диван у себя под боком. — Еще ч-часик, М-морти. Еще хотя бы часик…