Полная отключка

— Чего? Рик сначала ушам своим не поверил. Кто бы мог подумать, что счастье привалит к нему так внезапно? — Н-ну, это… сексом займемся! — слегка повысил голос Морти, краснея, и добавил уже почти неслышно: — Если т-ты, конечно, не против… Не против ли я? Не против ли я?! Чувствуя себя лудоманом, у которого на игровом автомате выпал джек-пот, Рик выпрямился, стряхивая невидимые пылинки с одежды. — Ты хорошо подумал об этом, малыш? — Д-да, я… я п-просто решил, что более удобного случая нам может и н-не выпасть, и… — парень потупился, пряча глаза в пол. — И-и я думаю, что готов… Медленно вдохнув и выдохнув, доктор поправил волосы. Быстро подскочив к двери, чтобы пиздюк не успел передумать, запер ее на замок. — Ты молодец, Морти, — сказал он, тщательно пытаясь скрыть свое волнение. — Здоровая половая жизнь оч-чень важна для отношений, и я ценю твою решительность… Подожди минутку. Я сейчас!       Галопом забежав в ванную, Рик по-быстрому сполоснул свои висячие седые яйца. Вымыл руки, побрызгал холодной водой на лицо, захватил косметический вазелин, которым обычно пользовался после бритья, и триумфально вернулся к себе в номер. В каком-то смысле для него это тоже был первый раз — он никогда еще не ебал подростков… — Итак, Морти, какую позу предпочитаешь? — Н-не знаю, — призадумался пацан. — Д-давай на твое усмотрение? Отлично, с самого начала уже готов подчиниться — Рик жадно провел языком по пересохшим губам. О, у него было множество идей, но пока что он решил остановиться на самой простой: — Ложись на спину. М-можешь подложить под себя подушку… Ты будешь прекрасен в любой позе, но я об этом не скажу, а то еще возгордишься. Закусив нижнюю губу, Морти медленно развязал пояс своего банного халата, и доктор невольно присвистнул — мелкий развратник явился к нему без нижнего белья. Знал ведь, что точно не получит отказа! — Подогни ноги. Расслабься. Вот тааак… Не сводя глаз с пиздюка, покорно распластавшегося по кровати, Рик принялся раздеваться сам, что много времени не заняло. Не стыдясь от слова "совсем", он стоял при тусклом свете настольной лампы, позволяя Морти с любопытством и легким испугом рассматривать себя через опущенные ресницы. Конечно, они уже не раз видели друг друга обнаженными, но никогда еще не собирались зайти настолько далеко… Кровать слегка скрипнула. Бросив вазелин на расстоянии вытянутой руки, Рик прошелся вожделеющим взглядом по телу Морти, и тот, вспыхнув от смущения еще сильнее, чем уже было, отвернулся. — Смотри на меня, — прошептал старик, разводя колени мальчика шире. — Я хочу, чтобы ты подрочил. — П-п-подрочил?.. — Да, детка. Просто поиграй с собой, как будто смотришь порно один у себя в комнате, давай же… Какой послушный ребенок — запустив тонкую ручонку себе между ног, Морти начал делать то, что сказали. Поначалу отрывисто, неуверенно, но потом, видать, выучка бывалого поклонника "Порнхаба" взяла свое, и довольно быстро эта невзрачная мелкая писька начала твердеть. — Ты должен быть полностью открыт мне, Мо-морти, и-и… и ты должен знать, что я не буду осуждать никакие твои к-кинки… — Ооох, да, Р-рииик!.. Просто удивительно, как из капли кончи Джерри Смита, который по жизни только и умел, что обламывать чужие мечты, смогло появиться такое чудо. — Мы в-ведь вместе на сто лет, верно? — прохрипел Рик, нависая над мелким и медленно проталкивая два пальца в его дырку. — Р-рик и Морти на сто лет, Р-рик и Морти на веки вечные…       И пусть время, которое они тут проводят вместе, скорее всего, взято взаймы — плевать. Плевать на все, что было и будет, ведь самые грязные желания врача-извращенца только что сбылись. Поначалу это была жалость, всего лишь несвойственная ему жалость к одинокому мальчику в коме, к беспомощному израненному человеку в иглах и трубках, брошенному в палате, но… но его странные, больные чувства давно переросли во что-то большее. Сколько раз он представлял себе, как Морти смотрит на него полным желания взглядом, как шепчет его имя, представлял — и даже не мечтал, что однажды его желания сбудутся в полном объеме! Не просто пациент, лежавший несколько месяцев без сознания — теперь это уже давно его Морти. Морти, который любит фентези, романтические комедии и, господи прости, супергероев, Морти, который путает право и лево, отлично жарит оладушки и регулярно выносит мозги по поводу пьянства… — Н-ну, как тебе, а? — Н-не знаю, Р-рик, э-это как-то странно… И еще — тело, принадлежащее ему целиком и полностью. Рик помнил каждый осколок стекла, которое из мальца доставали в приемном отделении, а теперь в этих местах остались только шрамы, протянувшиеся по коже извилистыми белесыми дорожками. Он изучил здесь все вдоль и поперек, но почему-то не уставал восхищаться… — Привыкай, п-пиздюк. Привыкай!.. Вот оно, то, о чем можно было только мечтать — Мортимер Смит, полный жизни и страсти. Стоны, срывающиеся с покусанных губ, темные кудри, падающие на взмокший лоб, лихорадочно блестящие глаза. Стройное, но не истощенное тело, раскинувшееся на постели, приглашающе раздвинутые ноги… тугой, но податливый анус… — Тише, д-детка. Нам ведь не нужно лишнее внимание, верно? За фразу про "как-то странно" Санчез отомстил сполна, мастерски задев небольшую точку внутри юноши и заставив его выгнуться, как от удара током. — Будешь орать, сколько влезет, когда я тебя украду, — сбивчиво зашептал он, оставив красный след укуса на нежном плече. — У-украду и буду возить по стране, как Гумберт сраную Лолиту, а п-потом, может, остановимся во Флориде, где нас н-никогда не достанет твоя тупорылая семейка… только ты и я, М-морти, только ты и я… А Морти, судя по его виду, вовсе и не возражал против того, чтобы его своровали — хорошо, когда в отношениях царит полное взаимопонимание. — Д-давай. Вставь мне, Р-рик… Это было тяжело. Очень тяжело, даже несмотря на вазелин — так внутри у пиздюка оказалось тесно. Рик жмурился и скрипел зубами, пытаясь пройти дальше, чем на полшишечки, Морти предусмотрительно закрыл сам себе рот ладонью, чтобы не палить контору, но… но, когда самые дискомфортные первые мгновения закончились, стало гораздо легче. Сморгнув невольно выступившие на глазах слезы, парень обнял дрожащими руками доктора за плечи, закинул ноги ему на поясницу, без слов приглашая к действию, и коротко вскрикнул, почувствовав первый толчок. — О-ох, блин, т-такой большой… — Большой, — не без гордости согласился Рик, чуть сдавая назад. — Точно не под твою д-девственную задницу!       Этот секс определенно не был самым простым в его жизни, но он не остановился бы, даже зная, что за дверью стоят копы и его вот-вот увезут в тюрьму за растление несовершеннолетних. Малыш Морти определенно того стоил! Внутри у него оказалось так жарко и тесно — просто сдохнуть можно. Пиздюк рвано выдыхал и постанывал, царапая Рику спину ногтями, но тот даже не обращал на это внимания, захваченный своими ощущениями. Он много с кем трахался в своей долгой жизни, и были в его постели куда более умелые партнеры, но никого, блядь, никого и никогда он не хотел так сильно, как этого недалекого, наивного мальчишку… — Р-рииик!.. Он и сам все понимал — кажется, они оба незаметно дошли до предела, только у Морти, в отличие от него, не хватало выдержки. — Держись, — прошипел он, удерживая мальчика за плечи до красных пятен на коже, и заработал бедрами сильнее, ускоряя фрикции. — Еще… еще н-немного! От осознания того, что пса скоро увезут в другой штат, хотелось застрелиться, но Рик гнал от себя подобные мысли всеми силами. Даже не верилось, что всему этому скоро может прийти конец, что он больше не увидит самый настоящий космос в глазах Морти за несколько секунд до… до, так сказать, стремительного вылета к созвездию Оргазма. — Ох ты, божечки… Силы покинули Санчеза, но он все равно не упустил возможности полюбоваться тем, как его член плавно выходит из растянутого отверстия. Оттуда тут же вытекла сперма, Морти, почувствовав противную липкость, недовольно скривил губы. — М-может, тебе помочь? Под рукой, к счастью, у них были влажные салфетки, а доктор привык заниматься гигиеной своего юного пациента еще в больнице — деликатная проблема разрешилась меньше, чем за минуту. Выбросив грязные салфетки в урну, Рик сел на край постели, прикрывшись краем одеяла, и закурил. Вообще-то это запрещали делать в комнатах, да и похуй — ебаться с малолетками тоже вроде никто не разрешал, и разве его это остановило? Он курил, задумчиво глядя в никуда и сгорбив спину, а пиздюк устало наблюдал за ним, вытянувшись на боку и положив ладонь под щеку. Может, они и не должны были быть вместе, и времени у них оставалось совсем немного, но, видя, что глаза парнишки закрываются, Рик взъерошил пальцами его волосы и сказал то, что говорил всегда и надеялся повторить еще сто, тысячу, миллион раз… — Спокойной ночи, Морти.

Конец