Признание

Локи привык лгать. Просто из принципа. Назло умалчивать и скрывать правду, просто потому что он мог. Потому что он был богом обмана. И чтобы добиться от него правды, нужно было очень постараться. В частности, можно было солгать ему в ответ. Или просто долго и упорно молчать, пока Локи сам не сознается в своей лжи и в том, что его правда единственно верная и что он был прав. В случае Фригги, ей достаточно было просто поджать губы и посмотреть на Локи с той материнской укоризной, перед которой ему становилось стыдно. Мобиус ещё что-то говорил про аномалию, про Сильвию, про чувства Локи к ней, и Локи почувствовал, что внутри начинает закипать бешенство. Как смеет Мобиус выдвигать хоть какие-то предположения о нём и его чувствах? Он, Мобиус. Тот, кто должен был знать Локи лучше всех остальных. Локи хотелось, чтобы он заткнулся. Его слова о Сильвии задевали, но вовсе не из-за того, что Мобиус был прав на их счёт — как раз наоборот, он катастрофически ошибался. У Локи не было никаких романтических чувств к Сильвии, о нет! Это было бы безумием. Что бы там Мобиус ни говорил про нарциссизм и самовлюблённость, Сильвия не была Локи. Она сама не ассоциировала себя с Локи, и в ней уже не осталось ничего от настоящего Локи, кроме способностей к магии, врождённой утончённости и жажды жизни. Да, Сильвия нравилась ему, но не в том плане, в котором думал о них Мобиус. Локи не любил её, как мужчина может любить женщину. Он проникся к ней как к сестре, которой у него не было, как к тому человеку, который понимал его на родственном уровне. Но даже она не знала его так, как Мобиус. Локи быстро принял тот факт, что Мобиус знал о нём всё и понимал его как никто другой. И то, что сейчас Мобиус так ужасно ошибся, его взбесило. Локи даже не собирался говорить ему о том, что узнал от Сильвии насчёт УВИ и его агентов. Он хотел придержать эту информацию, пока не понял бы, как можно её использовать. Но Мобиус всё не унимался со своей обидчивой тирадой, и Локи не выдержал: — Вы все — аномалии! — воскликнул он, резко опустив руки на стол, едва удержавшись, чтобы не ударить по поверхности кулаками. Мобиус мгновенно заткнулся. Это было хорошо, но Локи уже было не остановить. — Все, кто работает на УВИ! Хранители времени не создавали вас, они похитили вас из вашего времени. И стёрли вам память. Мобиус был ошарашен. Локи видел в его глазах это удивлённое осознание, граничащее с отрицанием. — Память, к которой она может дотянуться с помощью зачарования. Но до всего этого у вас, у тебя было прошлое. Может быть, даже семья. Своя жизнь. Локи стих. Он почувствовал себя очень уставшим, и вся борьба словно покинула его. Он смотрел на Мобиуса, ожидая, что же тот скажет, как отреагирует. Локи надеялся, что Мобиус хотя бы начнёт задаваться вопросами о собственном существовании, что поставит под сомнение УВИ и хранителей времени. Что перестанет, наконец, говорить о Сильвии. — Хорошая попытка, — усмехнулся Мобиус. Локи цыкнул, откинулся на спинку стула и раздражённо закатил глаза. Разумеется, Мобиус ему не поверил. Этот упёртый, жалкий, недостойный человечишка, которому Локи зачем-то рассказал всю правду, хотя не хотел этого делать. Впервые за долгое время он сказал правду — а ему не поверили. Ну и пусть. Не хотят, так не хотят. — Очень хорошая попытка, — покивал Мобиус. — Ну что вы с ней за достойная парочка! — Да боже мой, Мобиус, сколько можно?! — снова взбесился Локи. — Нет у меня к Сильвии никаких романтических чувств! И не может быть! Ведь я… Он вовремя осёкся и замолчал. Не хватало ещё так позориться. Он замолчал и демонстративно сложил руки на груди. — Ну же, Локи, договаривай. Мне очень интересно, какую ещё ложь ты сымпровизируешь, — с сарказмом произнёс Мобиус. Локи отвернулся и посмотрел в ту сторону, где недавно был портал во временную петлю. — Лучше я вечность буду получать от Сиф по яйцам и слушать её зацикленный монолог про одиночество, чем скажу тебе что-либо, — хмыкнул Локи в ответ. — Ты мне всё равно не веришь и больше никогда не поверишь, так какой тогда смысл? — Ну это можно устроить. Мобиус с помощью темпада открыл красный портал. Локи кинул на агента мимолётный взгляд, поднялся из-за стола и уверенно шагнул во временной портал. *** Локи не знал, сколько прошло времени — легко сбиться со счёта, когда тебе раз за разом прилетает по достоинству от разъярённой воительницы. Но за прошедшее время произошло что-то важное — потому что когда вместо Сиф появился Мобиус, он уже не выглядел так уверенно, как во время их прошлого допроса. Мобиус что-то узнал об УВИ, что-то такое, что подтверждало слова Локи. И Локи мог бы ехидно кинуть великое "Я же говорил", но не стал. Он не хотел причинять Мобиусу ещё больше боли. — Если мы все хотим выбраться отсюда, ты должен довериться мне. Можем это устроить? — Да, — кивнул Локи. И он мог бы сказать себе, что дело вовсе не в доверии, а общей цели и взаимовыгоде, но даже несмотря на это он доверял Мобиусу. Мобиус не хотел ему зла. А то, что он и остальные агенты удаляли других Локи до него — такова была его работа. А может, другие Локи действительно были занозами в заднице и не заслуживали вторых шансов и собственных историй. — Хорошо, — сказал Мобиус и через паузу добавил: — Ты можешь быть кем угодно… Чем угодно. Даже кем-то хорошим. Локи сглотнул. Он уже давно не слышал от кого-либо таких слов. — Ты правда так думаешь? — прошептал он. — Локи, никто не заслуживает быть одиноким. Никто не заслуживает быть злодеем просто потому, что кто-то другой так решил. — О, так теперь ты ставишь под сомнение… — Помолчи, Локи, у меня тут момент. Я хочу сказать, что… — Мобиус вздохнул. — В общем. Он замолчал. — Мобиус… — Что? Локи медленно шагнул к нему, почти что неосознанно. — Я должен сказать тебе ещё кое-что. — Я слушаю, Локи. О, как же трудно было богу обмана быть искренним. — Мы обязательно доберёмся до правды насчёт УВИ. Но… Локи нервно заломил руки. Он должен сказать ему. — Я… Ты… Ты единственный, кто… Не видит во мне только злодея, и… Я не знаю… — Неужели наш болтунишка потерял дар речи? — добродушно усмехнулся Мобиус. — Ой, помолчи. У меня тут момент, — улыбнулся в ответ Локи, ответив ему его же словами. — Я просто хочу сказать, что… Он неловко поднял руки и положил их Мобиусу на плечи, встав ещё ближе к нему. — У меня нет чувств к Сильвии, Мобиус, — произнёс он медленно, давая ему время догадаться самому и прекратить всё это, пока не станет поздно. — Потому что… Но Мобиус не пошевелился и не отстранился. И ничего не сказал. Он только внимательно слушал и смотрел Локи в глаза, и Локи не мог отвести от него взгляд. — Потому что… Локи медленно наклонился и поцеловал Мобиуса. Было ли это предопределено или нет — какая к чёрту разница, если в этот момент Локи чувствовал себя счастливее, чем когда-либо? Мобиус не оттолкнул его. Мобиус положил свои руки на его, удерживая Локи на месте и целуя его в ответ, и Локи был готов растаять от той нежности и тепла, которые он ощущал. Отстранившись, он улыбнулся, чувствуя облегчение от собственного недвусмысленного признания. — Потому что у меня есть чувства к тебе.