Северные страны

Май 2019 года, д. к. (до ковида) Даша была на распутье. Её музыкальная карьера совсем не строилась в России. Она имела красивый женский голос, который в зависимости от песни вдохновлял, убивал, тревожил, порицал или влюблял. Даша всегда аккомпанировала себе на синтезаторе сама на своих выступлениях, что делало их естественными и уютными. Она сама была естественной как ранний весенний ветер, который чувствуешь, идя вечером по улице и не веря приближению весны после затянувшейся зимы. Да, Даша была легкой, тёплой, она была олицетворением весны – рядом с ней всегда ощущалась надежда, даже теми, кто себя так старательно пытался оградить от неё и своим девизом по жизни провозглашали безнадёжность. Однако, к сожалению, её родная страна и город, Москва, не воспринимали её как певицу – её творчество было слишком не похоже на то, что играет на радио. Она не пыталась эпатировать публику одеждой, которая с каждым выступлением становится короче. Скорее наоборот, она любила своё тело и не хотела его «транжирить», поэтому одевалась современно, стильно и без особых заморочек, что на самом деле выгодно выделяло её образ среди тысяч одинаковых и делало его роскошно-свободным. Она всегда выделялась от других девушек – ей были не интересны пустые разговоры, она не терпела сплетен, не была завсегдатаем вечеринок, поражала окружающих своей честностью и простотой. Её песни были зеркалом её души, которая за 20 лет ещё не испытала предательств, подлости в её сторону. А может, свет, которым светилась эта девушка, просто не позволял ей воспринимать эти жизненные неурядицы так, как обычно это проживают люди. Даша была на редкость цельной девушкой – её видение мира, мышление, отношение к различным аспектам жизни могли бы принадлежать уже более опытной тридцатилетней женщине. Из-за этих качеств Даша часто казалась людям слишком закрытой, холодной, отстранённой. Отчасти это было правдой. Даша одновременно жаждала открыться другим людям, но одновременно боялась, что нежность, томящаяся в её юной груди, задушит и покалечит тех, кто к ней не готов. Только она иронично полагала, что ей хватит жизненного опыта, чтобы из толпы при какой-нибудь встрече определить такого человека. Поэтому пока она была согласна дарить всем свой свет и вдохновлять, но подпускать к себе она боялась. Как это часто бывает, в её душе пылали пожары, но ей было всего лишь 20, её жизнь только-только начиналась, и она боялась, что эти пожары сожгут и её, и других дотла, а она хотела, чтобы этот пожар стал огнём в сердце, который никогда не погаснет и который она будет всю жизнь делить с одним человеком. Её родители сделали своё дело, воспитав её сильной личностью, при этом сумев уберечь её, насколько это было возможно, от горькой несправедливости этого мира. Но она вылетела из родительского гнезда в 19 лет, почти безуспешно пыталась барахтаться по волнам одинокой взрослой жизни около года, когда ей выпал один шанс на миллион – поехать в Финляндию на фестиваль молодых исполнителей, заявить там о себе и попытать счастье на международной арене или продолжать бороздить просторы русской музыкальной индустрии, пытаясь занять там хоть какое-то положение. Придя одним уже тёплым и многообещающим майским вечером домой, она устало плюхнулась на кровать спиной и уставилась в потолок. «Господи, помоги не ошибиться», - думала она. Как же хотелось рискнуть, ведь даже при неудачном исходе она ничего не потеряет, кроме денег, потраченных на путешествие, ведь хоть кто-то, но мало-мальски уже знает её хотя бы на улице Маросейке в Москве, где она часто играет в одном из кафе. Но страх сковывал её до невозможных пределов. А вдруг не получится? Может, мой стиль исполнения вообще не подходит под формат фестиваля? Я в жизни не выступала перед такой большой аудиторией – 1000 человек. Неостанавливающийся поток её мыслей был прерван каким-то сообщением. Она потянулась к телефону, но презрительно фыркнула, когда поняла, что это очередная реклама. Она снова принялась за свои думы, когда её мозг начал кричать ей: «Посмотри ещё раз сообщение, там было что-то важное! Ну-ка сейчас же смотри!». Она нехотя повиновалась и не поверила своим глазам – приложение рекламировало подешевевшие билеты в… Финляндию как раз на те даты, когда там проходил фестиваль. «Была – не была», - подумала Даша. – «Хуже точно не будет», - сказала она себе в зеркало, улыбнувшись очаровательному молодому личику. Спустя месяц, после всех заявок, согласований и сборов, Даша сидела в самолёте и слушала песни финской группы “Blind Channel”, которые так отчаянно рекламировались организаторами фестиваля как приглашённые специальные гости. «Надо хоть понять, кто они такие», - думала Даша, сидя у иллюминатора и не веря в происходящее. К слову, песни этой группы её не сильно зацепили. По крайней мере, она хотела так думать.. Хоть ей и была близка рок-музыка, ей не хватало лиричности в их песнях. По крайней мере, она хотела так думать, не заметив, что в финском аэропорту Flughafen Helsinki – Vantaa она стояла в очереди на паспортный контроль и напевала себе под нос одну из их песен. Выйдя из аэропорта, у неё пронеслась мысль: «Ну что, вот и настало моё время зажигать звёзды».