Грусть

Тушенцов сидит в ванной, докуривая самокрутку, сделанную из слёз и дешёвого табака. Сейчас он чувствует ненависть к себе, и всему что попадается на глаза. Он болен. Болен лучшим другом. Закрывая глаза в голове всплывают нечёткие картинки, обрывистые воспоминания, и слезы, которые вот вот вырвутся из глубоких карих глаз. Он глубоко несчастен. Кажется, у этого парня есть всё. Куча денег, популярность, и фанатки, готовые отдаться ему после концерта, но разве они нужны? Бесчувственные куклы, которые умеют лишь кричать любимые песни, и брать в рот, такое себе развлечение. Руслан встаёт, пытаясь не упасть на то же место, от головокружения. Он битый час смотрит на фото Юлия, пытаясь не разрыдаться как маленькая девчонка. — Я болен тобой. Ты тоже болен, но увы, не мной. Эти слова сказаны куда-то в пустоту, ведь Юлик уехал, променяв его на Дарью. — она будет твоей женой, а я сопьюсь к черту. Парень переворачивает экран телефона, дабы не видеть янтарные глаза друга, через призму своей глубокой глухой боли. Голос Руслана тихий, он простудился, пока бежал через дождь за бутылкой какого-нибудь виски. Ещё раз посмотрев на фото возлюбленного Тушенцов сглотнул. — я лишний на вашем празднике жизни. Хотя, не вижу тут ни праздника, ни жизни. Руслан направляется к окну. Телефон лежит на кровати, бесконечно вибрируя, на экране вызов с подписью «Юлик» Через десять минут будет слышен вой сирен скорой. Руслан уже не лежит на асфальте, он ушел. Лежит лишь бездыханное тело.