Все прекрасно. Все пройдет. Остаются только шрамы.

Раннее утро. Звук капель дождя, падающих на крышу небольшого дома. В это утро кому-то было хорошо, но только не девушке, сидящей на холодном подоконнике с очередной толстой книгой по психологии. Для чего она только их покупает? Думает, что именно этот автор сможет написать те слова, которые бы смогли избавить от шрамов ее искалеченную душу? Нет. Валерия понимает, что вряд ли найдет кого-то, кто сможет помочь ей, а сама она просто не в силах сделать это. Но ведь нужно было делать еще что-то, кроме того как рисовать картины на заказ и ухаживать котом. Сейчас она думала о прекрасном прошлом, и слезы непроизвольно катились из ее глаз. Только месяц назад все было хорошо. Была прекрасная жизнь. Были построены планы, мечты и цели на ближайшее будущее. Но ровно месяц назад всё разлетелось на мелкие кусочки и рассыпалось в прах. Как быстро можно испортить все то, чего добивался на протяжении долгого времени. Ну зачем он поехал? Зачем? Да, если бы все получилось, то у него была бы более престижная работа. И, конечно, повысилась бы зарплата. Но у них все итак было хорошо. Была небольшая, но очень уютная квартира, в которой всегда царили любовь и забота, витали ароматы горячего шоколада и кофе. Через пару недель должна была состояться их свадьба. Она бы надела белое длинное платье, которое проще многих нарядов ее подруг, но разве это важно? На нем был бы черный костюм, который сшила бы на заказ одна из его знакомых. Обмен обручальными кольцами, небольшой праздник среди родственников и самых близких друзей, а затем медовый месяц где-нибудь на берегу моря. Возможно, чуть позже появились бы еще и прекрасные малыши… Мальчик или девочка. А может и сразу оба. Но нет! Ему всегда и всего было мало. Это хорошее качество - добиваться чего-то лучшего, чем то, что есть у тебя сейчас. Но иногда все же стоит остановиться и порадоваться тому что имеешь. Он всегда хотел, чтобы все было лучше чем сейчас, но в итоге получилось только хуже. Почему нельзя вернуться в прошлое и все изменить! Она бы не позволила Максиму ехать. Да, не сбылась бы мечта всей его жизни, но он остался бы жив. Почему это случилось именно с ним? Почему? И кого теперь винить? Себя, его, погоду или пилота вертолета? Сложно выбрать, ведь каждый виноват в какой-то степени. Но почему выжил пилот и не выжил он, ее любимый? Громкий всхлип пронесся по пустой квартире. Прошло уже достаточно времени, чтобы отпустить все это и наслаждаться своей жизнью. Но Валерия не могла. Она каждый раз прокручивала в голове их последний разговор и каждый раз винила одну лишь себя. Если бы девушка не пустила Максима на вертолет, то они сейчас были бы на берегу моря, купались в теплой воде, наслаждались обществом друг друга и пили холодные коктейли. Привыкший к подобным звукам, кот, лежащий на подоконнике в ногах девушки, даже не шевельнул ухом. Говорят, что черные коты приносят несчастье. Возможно, для кого-то это и так. Может, этот кто-то не сдал экзамен из-за черной кошки, не вовремя перебежавшей дорогу. Но, вероятнее, просто этот самый бедный студент отвратительно знал билеты, по которым должен был отвечать. Но проще же обвинить какую-то кошку, чем признать свою неправоту. В данной ситуации кот по кличке Фэш, названный девушкой в честь любимого в подростковом возрасте персонажа, наоборот являлся последним лучиком надежды в этом непроглядном мраке, который все почему-то называют жизнью. Хотя появилось это усатое чудо совсем недавно, все в этом доме считали его почетным членом семьи, а сам кот видимо считал себя хозяином. Было невозможно делать что-либо без его пристального взгляда. Иногда это крайне напрягало, но пару раз кот даже сумел спасти квартиру от пожара, вовремя обратив внимание на не выключенный газ. И вот теперь только ради этого упрямого и надоедливого кота Валерия все еще жива. Благодаря ему она все еще не сошла с ума. Ради него она все еще иногда выходит на улицу, хотя теперь случается это довольно редко. И практически всегда эти прогулки заканчиваются ближайшим магазином. Как много раз за последний месяц девушка задумывалась о смерти. Она и до этого часто погружалась в себя, пытаясь понять смысл жизни или размышляя о других мирах и формах жизни на других планетах. Но, потеряв любимого человека, Валерия в серьез задумалась о том, что там, после смерти. Может холодная вечная пустота, где блуждают умершие души. Может они и в правду попадают в рай или ад, хотя эта теория кажется для девушки, как для атеистки, самой бредовой. А может быть, Максим сейчас путем реинкарнации находится в теле маленького человека на другом конце света, и даже не помнит о ней. С каждым днем девушку все сильнее тянуло проверить свои теории. Кто знает, может хоть так она сможет воссоединиться с возлюбленным. Ну, или хотя бы, избавится от страданий, постоянно терзающих ее душу. В какой-то момент кот резко поднял уши, повернул морду в сторону коридора и, резко соскочив с подоконника, уверенно посеменил к входной двери. Ровно в тот момент, как прекратился цокот когтей по полу, раздался звонок в дверь. С немым вопросом девушка бесшумно вышла в коридор. Заглянув в глазок, Валерия увидела на площадке до боли знакомую копну коротких белых волос, небрежно зачесанных на правую сторону. Они знали друг друга с детского сада. Странно, но дружба двух девушек не испортилась ни с походом в разные школы, ни с переездом одной в соседний город на время учебы. Совсем недавно они обязательно встречались каждую неделю и созванивались, как минимум, раз в день, чтобы постоянно держать друг друга в курсе новостей и свежих сплетен. Валерии одновременно хотелось выбежать к подруге, обнять, порадоваться ее приезду и обсудить последнюю поездку в Великобританию, с целью подтянуть свой уровень языка. Но, в то же время, безумно хотелось закрыться на все замки, уйти в любой угол квартиры и плакать, пока не иссякнет вода в организме. Оксаны не было два месяца. Два месяца! За это время произошло слишком много всего. Предложение руки и сердца, планирование свадьбы, смерть Максима, длительное время восстановления после всего случившегося с психологами. Она поменялась, но как это объяснить это лучшей подруге? В последнее время они общались крайне редко из-за отсутствия времени у Оксаны. Но и Лера нисколько не жаловалась, совершенно замкнувшись в себе. Затрагивать тему пропажи из ее жизни Максима девушка все еще не готова, эмоции снова возьмут верх над разумом. Выбрав что-то среднее между этими двумя совершенно разными настроениями, девушка осторожно открыла входную дверь, пропуская гостью, нагруженную пакетами. Оксана совсем не изменилась. Все такие же веселые серо-голубые глаза, нос кнопкой, большие губы, пухлые щеки и короткие, светлые и очень густые волосы, которые мягкие и пушистые на ощупь. Она влетела в квартиру подруги как маленький ураганчик, принеся с собой приятный запах ежевики. Оксана всегда была словно маленькое искрящее солнышко, которое не обжигало своим появлением, а только согревало холодные мысли, всегда превращая их во что-то позитивное и не напрягающее. В какой-то степени Лера всегда по-доброму завидовала подруге. С характером, да и с внешностью, ей повезло немного меньше. Она всегда говорила то, что думала, не скрывая, что нравилось далеко не всем. Ее рыжие волосы, больше похожие на солому, чем на живые пряди и глаза разного цвета часто становились объектом усмешек одноклассников. Хорошо, что в то время у нее еще не было веснушек. Она и так была изгоем все детство. Дети злы и не любят кого-то, кто сильно отличается от всех. - Привет-привет-привет. - На огромной скорости затараторила Оксана, бросая пакеты на пол рядом с дверью и раскрывая свои руки для объятий, - Ну как ты здесь без меня? Скучала? Волновалась? Почему сама не писала? Прости, мне было так некогда. Что нового произошло за время моего отсутствия? - Привет. Все хорошо, не переживай. Ничего нового. - Довольно холодно и четко отозвалась хозяйка квартиры из теплых, медвежьих объятий. - Ой, Лерка, знаешь, я столько всего увидела. Мне столько нужно тебе рассказать и показать. Ну ка, иди ставь чайник, как разберешь пакеты. Будешь пробовать все то, что я тебе привезла. - Продолжила девушка, как будто не замечая ни настроения подруги, ни то, как она сейчас выглядела. Опухшие от постоянных слез глаза, бледное лицо, искусанные губы, растянутая старая футболка Максима, на которой от долгой носки уже совершенно не осталось его запаха. - Да, и это, я вам с Максимом подарки тут привезла. Все вам. - С улыбкой добавила она, озорно подмигнув и небрежно махнув рукой на пакеты и сумки. - Фэшик! – Немного неприятно растянув первый слог клички кота, закричала Оксана, только заметив в коридоре знакомую мордочку. - Привет, котик! Как я по тебе соскучилась! Пока блондинка тискала в объятьях несопротивляющегося кота, Валерия начала разгружать пакеты, и была, мягко сказать, удивлена увиденными внутри них контейнерами, конвертами и подарочными упаковками. - Оксана! Зачем!? Ты ведь, скорее всего, разорилась на всем этом! - Начала отчитывать подругу девушка, у которой все же немного поднялось настроение. Она понимала, что по нее не забыли, и это было приятно. Она вновь чувствовала себя комфортно, словно вернулась домой после длительного путешествия по незнакомым и неприятным странам. Да и нельзя было злиться на подругу, совершенно ничего не знающую и не сделавшую. - Да ладно тебе, - оторвалась от почесываний кота Оксана и на корточках подползла к ближайшему пакету, - должна я была хоть как-то вас порадовать. Смотри, это Тарт Бейквелл. - Начала девушка, не глядя протянув большой розовый контейнер. Не получив никакой реакции на слова, она подняла голову и, увидев непонимающий взгляд Валерии, она монотонно, словно яндексовская Алиса, проговорила. - Традиционное британское кондитерское изделие из песочного теста со слоем джема и миндального бисквита. – Смешок. - Знаешь, я сама впервые его попробовала и мне безумно понравилось. Такая вкуснятина! Вот, решила и вам к чаю привезти. Надеюсь, он цел. Так, вот еще, - комментирует Оксана, протягивая синий контейнер немного меньше по размеру, - кексики с тмином. Ну, помнишь, Толкиен, Бильбо Бэггинс, все дела. - Конечно. Эти кексики хоббит так любовно пек для себя на "после ужина". - И обе девушки одновременно засмеялись. С приездом подруги Валерия наконец-то смогла ненадолго забыть обо всех проблемах, волновавших ее на протяжении месяца. - А это что? - удивленным голосом спросила девушка и достала тяжёлую цветную коробку, рукой осторожно «взвешивая» ее и пытаясь понять, что же там. - А вот за вот этим чудом я очень долго "охотилась". Но думаю оно того стоило. Ну, давай же, открывай! - заговорщицки подмигнула Оксана, головой кивая на коробку, так и подталкивая скорее разорвать упаковку и заглянуть внутрь. Но Валерия все же решила аккуратно разорвать яркую упаковочную бумагу, усердно заклеенную большим количеством скотча. Оксана никогда не умела красиво оформлять подарки. Она могла выбрать самые нужные подарки, за которые ты ей будешь очень благодарен. Но, когда дело доходило до упаковки, то все, дохлый номер. Хорошо, что не в мусорном мешке, а все остальное уже не важно. Повоевав с несколькими слоями липкой ленты, Валерия наконец увидела красочную обложку книги. Спустя пару секунд девушка подняла изумленные глаза на Оксану, как только увидела инициалы автора. - Ага, это коллекционное издание "Хоббита" на английском языке. - Довольно комментирует Оксана, замечая ошарашенные, но, в то же время, очень счастливые глаза подруги. - Я подумала, что в твоей коллекции они будут хорошо смотреться. Обрати внимание, у них такие клевые корешки… - Спасибо, Оксан, но уходи из моей квартиры. Прямо сейчас. Выметайся! – Со слезами на глазах громко и неожиданно заговорила Валерия, впихивая в руки гостьи ее сумку и выталкивая девушку за входную дверь. - Но… Лерка? Эй, подруга, что случилось? Лер? - И после этих слов дверь с громким хлопком закрылась. Послышался тихий, осторожный стук в дверь, но через несколько минут стало понятно, что лифт увез с собой Оксану. Вернувшись к книгам, художница подняла небольшой конверт. На нем аккуратным почерком подруги выведено "А это для Максимкиной коллекции". Да, конечно, Оксана никак не виновата в том, что Максим умер. Она даже не знала об этом, ведь не сейчас, не месяц назад Лера так и не решилась рассказать ей об этом. Сначала не хотела портить лучшей подруге долгожданную поездку, она так много для нее значила. Позже было сначала некогда, а сейчас она… Наверное, просто не смогла. Валерия не смогла бы описать то, как сейчас повела себя. Она поступила ужасно по отношению к Оксане, и она прекрасно это понимала. Но даже небольшое напоминание о возлюбленном приносило ей огромную боль. Словно много тонких, но очень острых иголок впивалось ей в сердце, и никто не собирался их вытаскивать. Словно короткий, но зазубренный кинжал вонзили ей прямо в душу, и крутили там не переставая. Словно ей к груди приставили горячий металл, и держали там уже несколько недель. Эта боль была намного ужаснее того, что девушка чувствовала во многих кошмарах или того, что представляла, когда читала книги и смотрела фильмы. Да, она была крайне сентиментальна и часто представляла себя на месте главных героинь различных историй. Представляла себя воинственной и грозной, ранимой и хрупкой, переносила на себя все то, что чувствовали они. Но что когда-то ей будет так плохо, Валерия никогда не представляла. Зайдя в когда-то общую с Максимом спальню, девушка посмотрела на полку. В глазах снова стояли слезы. Девушка уже правда устала плакать, она не любила, да и никогда не проявляла столько эмоций. Но сдерживать все в себе уже не получалось. На полке стояло три больших, разноцветных альбома для фотографий. Но только она и близкие друзья пары знали, что там далеко не снимки жизни Максима или их общего быта с Валерией. Каждый альбом был заполнен различными монетами, купюрами и кредитными картами со всего мира, которые он так любовно собирал многие года. Валерия легонько провела рукой по всем альбомам, смахивая с них толстый слой пыли. Как же давно она тут не была. Вся комната заросла пылью, даже дышать было немного проблематично. Девушка уже месяц не заходила сюда ни спать, ни убираться. Даже Фэш сюда не совался. Словно понимая, что происходит, кот каждую ночь своим телом согревал девушку, ютящуюся на маленьком диване в зале. Обычно борющийся за свободу и дающийся в руки только Оксане, кот сворачивался клубочком на груди девушки и громко мурлыкал, успокаивая, пока дыхание Валерии не успокоится и она не уснет. Неожиданно послышался оглушающий удар. Повернувшись, девушка увидела, что альбомы, немного двинувшись от движения ее руки, задели собой хрустальную награду, которая упав, разбилась вдребезги. Для давно пустующей квартиры этот звук был очень громким и, прежде чем Валерия смогла как следует осознать, что произошло, она уже орала на упавшие томики, обвиняя их в чем-то. Она и сама не понимала, что несет, но, почему-то, от этого становилось немного легче. Следом за этим она со всей силы пнула ножку кровати, и, пока ещё физическая боль не чувствовалась из-за ярости, смахнула альбомы, книги и другие вещи с полок. Она кричала, билась в истерике, срывая свой голос, пока совсем не охрипла. Бросив взгляд на раскрывшийся от падения альбом, девушка приняла решение уничтожить их все. Всё, что напоминает о нем. Разорвать, сжечь, утопить, разбить... Что угодно, лишь бы не видеть эти безмолвные пустые страницы, лишь наполненные другими клочками бумаги, которые тоже помнят Максима таким, каким он был, и напоминают об этом Валерии. Резко наклонившись, она подняла книгу, с твердым намерением разорвать ее на мелкие кусочки, но ее руки дрогнули. Она вспомнила то, как они покупали этот альбом в магазине. Максим доверил выбор первого альбома ей, а после радовался как ребенок, положив первую купюру внутрь. Какими влюбленными глазами он смотрел на свою коллекцию. Он бы, наверное, немного разозлился на девушку, если бы она сделала то, что задумала. Сделав хриплый, неровный вдох, больше похожий на всхлип, она уронила свою голову так, что ее лоб касался полки, и слезы солеными ручейками побежали из ее глаз. Снова обдумав идею уничтожить все, она поняла, что не сможет сделать этого. Она просто не сможет после этого смотреть в зеркало, понимая, что она уничтожила все то, что было важно ее дорогому человеку. Каждая из этих вещей имела свою уникальную историю, и было бы жалко закончить ее вот так вот. С этой мыслью она скатилась по стене на пол, прижав дрожащие руки к лицу. Подтянув ноги к груди и обняв их, она спрятала голову в коленях, закрывшись так от всего мира, и плакала так долго, пока в ней ещё оставались слезы и силы на этот приступ опустошающей грусти.