Разбитое небо

Джисон сидел на краю обрыва и записывал что-то в своём большем, потрёпанном скетчбуке. Внизу, далеко под ногами бились волны и разбивались об каменную стену, вокруг было слышно громкие всплески, от которых бежали мурашки. Ему казалось, будто грохот от волн слышно везде, будто этот шум его выдавал и вот-вот мог лишить одиночества, где-то глубоко в душе парень боялся, что на грохот волн придут люди, и вовсе не важно, что он здесь один, и в радиусе двадцати километров никто кроме него не живёт. Он боялся, его пугало, что одиночество, которое он так долго искал, кто-то может так легко нарушить. Над скалами летали крикливые птицы, они разгонялись и стремительно близились к воде, но прям у поверхности, будто передумав, они резко выравнивали крылья, и одним взмахом превращали дикое падение в плавный полёт, от касаний крыльев к тонкой плёнке воды, от птиц отскакивали брызги холодной и чистой воды. Это место у скал за последние два года стало ему очень родным и близким, здесь Хан проводит всё своё свободное от работы время. Парень здесь наслаждается нежным рассветом и багровым, как цвет обложки его скетчбука, закатом. Здесь он рисует свои кричащие картины и пишет свои горькие, как полынь, стихи. Всё здесь стало для Джисона родным, здесь он нашёл ту призрачную свободу которуй потерял почти три года назад. Никакой суеты и криков, здесь не было людей, которые наблюдали каждое действие художника. Никаких очередей и пробок. Пробки? , сюда то и дороги нормальной нет, каждый раз, когда Хан выезжает чтобы пополнить запасы краски и некоторых продуктов, он блуждает по забытым Богом окрестностям и тропинках, машина тут вообще не нужна, его Тойота стоит в гараже уже месяцев девять так точно. Всюду парень ездит на своём байке. С этим синим монстром связано много воспоминаний, поэтому при сборке вещей в списке для своего помощника он указал и подчеркнул три раза слово «БАЙК». Тот был удивлён и переспрашивал по три раза у Хана, уверен ли он, что тот понадобится ему в такой глуши, и согласится ли пилот вертолёта везти столь огромную вещь. Как оказалось, пилоту было без разницы что везти, да и байк был не самой большой вещью, которую он переправлял в ту местность для покойного отца Джисона. Синий монстр был доставлен на остров без приключений и любых посторонних вмешательств, как и другие вещи Хана, которые он решил не везти на машине, а их было очень много, с собой он брал те которые были особо ценны ему. Самые важные и дорогие сердцу, вещи расставаться с которыми он не хотел дольше чем на день. Дневник Минхо, коробочку воспоминаний с надписью «Minho & Jisung= forever», несколько своих любимых, небольших картин, скетчбук с карандашами и чемодан с одеждой. Поездка в одиночестве — это было то в чём он так нуждался в те тяжелые дни и месяцы. Не знал, на сколько времени покидает город и родное поместье, но явно был этому рад, так он мог избавиться от тяжелых мыслей и побыть наедине с самим собой. Хан поставил три точки в скетчбуке и закрыв положил его в свой рюкзак. Глубоко вздохнул и оглянулся. Трава была здесь мягкой и густой, сидеть на ней было довольно комфортно, а пахла она в сто раз лучше, чем любимый кондиционер для стирки. Над головой простиралось голубое небо и несколько облаков причудливой формы. В пару метров от Хана находилась протоптанная им тропа, по которой он приходил на Край каждое утро и вечер. Мягкий ветер обдувал волосы молодого парнишки. Тот смотрел на причудливые облака, размышляя, на что похоже каждое из них. У Джисона творческая натура, он считал, что каждым утром он просыпается уже другим человеком, его фантазии не было предела, а в голове всегда роилось куча идей и мыслей. Было неудобно всё время сидеть, поэтому он разлёгся звёздочкой на зелёном ковре. Воздух наполнял легкие и проходил по всему телу, даря ощущение лёгкости и свободы, в такие моменты чувствуешь себя маленькой частицой огромной вселенной. Над головой пролетела чайка издавая громкий непонятный звук, мысли спутались и момент был потерян. Вдруг подул сильный ветер, и листочек, который Хан забыл положить в скетчбук, сорвался с места и полетел в сторону к обрыву, Хан в испуге подхватился и побежал за ним, забыв, что этот листик просто прислуживал закладкой, и был пуст…