Милая Барбара

15 октября, 1948 год, Соединенные штаты Америки, Рокуэлл. С утра перед школой черноволосое скромное дитя сидело у окна и о чем-то размышляло смотря на соседский домик напротив, но увы, мечтания перебил рык самой старшей из сестер. - какого черта ты здесь сидишь, Барбара! - завозмущалась Лаура и вопросительно подняла бровь, тем самым говоря без слов:"пошло вон отсюда, безмозглое отродье, теперь моя очередь любоваться золотистой осенью". Барбара не проронила ни слова, непринужденно встала и ушла в свою комнату, она привыкла к такому отношению со стороны сестры. - мне жаль... - чуть послышался голос Мелиссы из приоткрытой двери комнаты Барбары. - все в порядке. - отрезала хрупкая голубоглазая особа и попросила свою сестру закрыть дверь, а та разумеется её послушала. После пяти минут сборов девчушка вылетела из дома словно птичка, и порхая улетела в школу, где ее поджидало много неприятелей, которые так и твердили: "Безотцовщина! Сирота! Из таких как ты вырастают протитутки и ворюги! Любишь свою мамочку, да? А ей уже плевать, ведь она умерла! Всем на тебя плевать, даже живым! Какое у тебя нелепое платье! Папочка подарил? Ах, прости, он же оставил тебя как только ты родилась, потому что понял сразу кто из тебя будет!" И каждый день эти фразы чередовались с мерзким гоготом, который издавали эти злые дети, словно выплевывая яд и сильно жаля бедное разбитое сердечко Барбары. Когда она шла по коридору школы, все только и делали что оборачивались, кидали грязные слова в след и презрительно потешались над её любимым голубым платьем, которое ей купила мама еще год назад. "Год назад... Все были счастливы год назад, мама была жива, отчим меня не бил и все было намного лучше, чем сейчас". - настольгировало коротковолосое чудо. Уроки закончились и время шло к вечеру. Барбара оттягивала свой приход домой и прожигала время после занятий в лесу у небольшого озера, где на дереве было подвешенно колесо машины, в которое можно было залезть и качаться прямо как на качелях. Прошло пару часов уединенного времени. "Нужно возвращаться домой, а то этот урод сделает из меня отбивную" - подумала про себя Барбара и побежала домой так быстро как только можно. Дойдя до порога дома, она притормозила в надежде того, что Даниэль засиделся за чтением газеты и провалился в сон. Барбара решила не звонить в дверь, а спокойно вставить ключ, прокрутить его и пробраться на цыпочках в свою комнату. И вот: щелчек, дверь открылась, юная нимфетка огляделась - в доме никого не было, не работал ни свет, ни техника, кругом стояла мертвая тишина... У девчонки спал камень с души, и сделав глубокий выдох она спокойно начала подниматься по лестнице наверх в свою комнату с узорчатыми обоями и пышной кроватью. Она только тянула свою нежную ручку к двери, как сзади издался грубый монотонный голос: - милая, ты опоздала на два с половиной часа, не хочешь извиниться? Барбара обернулась и застала перед собой отчима с каменным выражением лица, и казалось, что в его спокойном, но прожигающем взгляде виднелось страшное безумие и он буквально видит обеспокоенного ребенка насквозь. - п-прости меня, папочка... - заикаясь промолвила Барбара. - повтори. - немного повысил интонацию сороколетний мужчина. - прости меня, папочка. - отчетливей повторился ребенок. - ты же понимаешь, что своим поведением ты расстраиваешь своего папу, а за это ты должна понести наказание. После этих слов, маленькое сердце заклокотало так, словно вот вот выпрыгнет из груди, кристальная слеза пробежалась по нежному светлому личику, которое чуть закрывали черные пряди щелковых волос. - пожалуйста, не надо меня бить, я умоляю тебя, папочка. - стала молить о пощаде приемная дочь. - хочешь искупить свою вину? - загадочно спросил отчим, на что услышал положительный ответ, а затем открыл дверь комнаты Барбары и приказал раздеться до гола. - почему ты плачешь? сама же хотела искупить свою вину, а теперь ноешь. я не собираюсь тебя бить. - давил на ребенка темноволосый мужчина. Девчушка выполнила все его приказы: легла на спину, раздвинула ноги как было велено. Лаская её шею и маленькую грудь, напоминающую две розочки, он начал медленно снимать свои штаны, а затем дитя почувствовало невыносимую боль ниже живота: - мне больно! - прокричала Барбара, но её крики не было слышно, дома никого кроме них двоих не было, старшие дочки резвились на дне рождении с подругами. - заткнись, маленькая шлюшка! тебя все равно никто не услышит! - самоуверенно проговорил сквозь зубы Уокер получая неимоверное наслаждение от насилия и истошных криков столь милого чада.