Solar eclipse

      Чувство страха окутывает всё тело. Это не тот страх, который ты испытываешь, смотря ночью ужастики. И не тот страх, когда мама застукала тебя с сигаретой во рту. Это страх, что всё окажется не так. Не так, как в сопливом сериале для подростков. Страх, что эти сухие губы отвергнут шершавые твои. Но не попробуешь — не узнаешь. И он пробует. Чонгук делает шаг и накрывает тэхёновские, такие манящие губы. А тот не отталкивает, только кладёт ладонь на грудь парня и еле поглаживает. И так приятно внизу живота у обоих. Так ещё не было никогда. И это «так» — определённо то, о чём они жалеть не будут. В подъезде темно, но Чонгук с Тэхёном светятся ярче любой звезды вблизи. И поцелуй их секундный. А секундный, потому что им хватает. Хватает стать самыми счастливыми и самыми любимыми друг для друга. Тэхён глаза не поднимает, только смущённо улыбается. Он быстро обнимает Чонгука на прощание и убегает по лестнице вверх. Но Чонгук знает — тот зайдёт в дом и сразу же настрочит тысячу сообщений с кучей смайликов, в основном красные сердечки. И Чонгук будет читать каждое и по несколько раз. И он хвалит себя, за храбрость точно. За то, что не струсил, смог всё же. Первый поцелуй — всегда сложно. Не всегда приятно. Но второе — это не про них двоих. Им приятно и даже больше. Эту греющую, такую непонятную тяжесть снизу, её ещё сравнивают с бабочками в животе, они запомнят если не навсегда, то надолго.

***

Парные вещи — это всегда мило. Это показывает принадлежность к друг другу. Показывает, что вы вместе. Чонгук считает немного по-другому. Точнее, он слегка смеётся и поясняет, что это ведь для тех пар, где одну из ролей играет девушка. А они оба парни, и вдруг кто увидит и за школой пояснит обязательно. Тэхён же утверждает обратное: что не важно, кто они, а важно, что любят. И никто ничего пояснять им не будет. Он просит не выдумывать и говорит о том, как тщательно он выбирал эти кольца. Чонгук улыбается и уверенно протягивает свою руку, чтобы ему надели кольцо с маленькой гравировкой Луны. И вообще-то то, что он сказал, — полная ерунда, и он так не считает. Просто любит дразнить младшенького. Чонгук аккуратно берёт второе кольцо и надевает на палец Тэхёна. — Почему Луна? — Потому что Луна — это ночь, — поясняет тот. — А ночь — звёздное небо. А звёздное небо — это то, что я вижу в твоих глазах. — Тэхён стоит близко и смотрит прямо в эти самые звёздные глаза. И у самого они наполнены любовью. А Чонгук тронут. И вообще уже заплакать готов. Рядом с Тэхёном можно, конечно. Но он не будет. Чонгук смотрит на кольцо Тэхёна, на нём — гравировка солнца. — А ты, — Чонгук в долгу не останется, придумывает на ходу, — Солнце, потому что твоя улыбка самая яркая. Она освещает мне дорогу, не даёт споткнуться и упасть. Делает меня самым счастливым. И он действительно самый счастливый. Настолько, что готов на весь мир кричать об этом. И о том, как сильно он любит своего Тэхёна. И о том, что любовь эта взаимна. И что лучше и сильнее такой нигде нет и не будет. Она ведь самая чистая, эта любовь. И Чонгук снова целует. Всё так же нежно и неумело, но уже очень уверенно. И сквозь поцелуй он чувствует эту солнечную улыбку. Он всегда её чувствует. Потому что она светится очень ярко! Как её не почувствовать? И всё у них хорошо. Лучше быть не может. И Чонгук действительно хочет кричать на весь мир. Но это не та любовь, о которой нужно кричать. Им достаточно того, что они сами о ней знают. Чонгук и цветы с клумб таскает, и конфеты из магазина для Тэхёна, и клянётся, что обязательно татуировку с его именем набьёт ещё. Прямо под сердцем — вот так он его любит. А Тэхён смеётся, дураком называет. Но сам руку на это сердце и кладёт, к груди его прижимается и вздыхает.

***

А потом и наступает тот самый период отношений. И начинаются ссоры по пустякам. Пропадает желание видеться. Вообще всё пропадает. Ошибочно начинает казаться, что и нет уже тех самых чувств. Что вот эта, такая нереальная, любовь прошла. —...последнее время он как-то холодно ко мне относится. От этого ещё тяжелее. Сегодня Чонгук не с Тэхёном. Он встретился со старым другом. Тэхён занят, сказал, что будет готовиться к решающему тесту. — В отношениях это нормально. Если пройти этот этап — всё будет хорошо, — он замолчал на секунду, чтобы вздохнуть, запрокинув голову назад. — Но по правде, я не проходил его, знаю со слов других — это нелегко. Чонгук усмехнулся. Почти сразу же, не думая, ответил: — Психолог из тебя конечно... — А я им и не работаю. Всего лишь дружеская помощь. Чонгук смотрит на него: одним взглядом извиняется. А ведь это единственный человек, кто знает о них. И всегда был за них рад. И, конечно, в его словах много искреннего сочувствия. А Тэхён. Он занят и на следующий день. И на следующей неделе. Чонгук переживает сильно. И не знает, что делать. У него нет опыта в таких ситуациях. И он не хотел бы его иметь вообще никогда в жизни. Тэхён же ему его даёт.

***

Со словами «Тэхён, хватит» Чонгук потребовал встречи. И наконец-то получил согласие. Когда Чонгук впервые, а он так долго этого ждал, за две недели снова смог его крепко прижать к себе, Тэхён не знал, стоит ли ему делать то же. И пока он думал, свой шанс он упустил. Чонгук слегка в ступоре. И, конечно же, он вообще ничего не понимает и не хочет. — Чонгук, — Тэхён голову опустил, в эти звёздные глаза смотреть боится, — нам нужно расстаться. Вот он — страх Чонгука номер один. Он забыл, как дышать и как говорить. Он вообще всё забыл, кроме той улыбки, которая только что погасла. Погасла, заставив его споткнуться и упасть. Прямо в бездну. Собрав всю силу, проглотив огромный ком в горле, открыв наконец глаза, он смог только спросить, так, чтобы голос не дрогнул: «Почему?» Без истерик. Они уже не дети. Но Чонгуку хочется снова кричать на весь мир. Теперь уже об утрате. От боли. Он уже надеялся на «Родители узнали и против этих отношений». Тогда Чонгук обязательно бы нашёл решение, они вместе бы его нашли. Ведь разве может что-то мешать их любви? Но вместо этого услышал самое страшное, самое не ожидаемое, самое болезненное: «Я никогда тебя не любил». Тэхён всё ещё смотрит вниз. — Посмотри мне в глаза и повтори ещё раз — если это правда. — Я не любил тебя. — Он поднимает голову, во взгляде ни капли сожаления. Там вообще пусто. — Никогда. Чонгук кивает. Он просто больше не знает, как реагировать. Точнее, его тело не знает. Разуму же хочется отключиться. Сердцу — разорваться на самые мелкие частицы, чтобы собрать заново было невозможно. Так и стоят минуту — молчат. Без истерик. Они ни к чему — один уже сказал всё, а второй не в праве требовать чего-то ещё. Тэхён кивает. Потом ещё раз и извиняется, очень тихо. Но в этой оглушающей тишине вокруг них он как будто кричал. И уходит. Уходит с их любимого места. Из сердца Чонгука. Просто уходит, оставив после себя ничего.

***

Чонгук даже ничего с собой не делал. Он только плакал и ждал, когда его Солнце снова засияет, зная, что оно потухло навсегда. Этот солнечный яд впитался в кожу, был разогнан кровью по всему телу, остался в нём на всю жизнь. Чонгук хотел забыть. Но каждый столб, что он считал, пытаясь отвлечься, напоминал всё, что с ними было. Напоминал каждый из ста семнадцати дней. И в итоге каждый раз в голове звучал вопрос «Как можно уметь играть настолько правдоподобно?» А ответ был одному Тэхёну известен. И как жаль, что не Чонгуку тоже. Ведь ответом было банальное, то с чем Чонгук смог бы справиться. Они вместе бы смогли преодолеть это «Родители узнали». Тэхён просто трус. Стоя над пропастью своей любви, тонув в её прекрасных чарах, его последней мыслью стал он. И ринулся вниз...