Люблю тебя.

Хаккай с ума сходит по Митсуе. И Митсуя это знает. Знает лучше, чем сам Хаккай. До Шибы никак не доходит этот несчастный факт. Его никак не пробьёт осознание влечения к другу; наставнику; его командиру. Чёрт, да все вокруг –буквально все–замечают эти чувства. Но лампочка в голове Шибы никак не может загореться. Или он специально не трогает выключатель?

***

Еженедельное собрание Свастонов завершилось. Была поздняя ночь, все мигом разъехались по домам. Все, за исключением одного человека. Хаккай заехал в небольшой заброшенный парк, припарковав байк на кривоскошенной сухой траве, рядом с деревом. Подняв голову, он набрал в лёгкие воздуха и упал на полянку. Неровный застывший газон вонзился в спину, отдаваясь колючей болью, однако парень не дрогнул. Хотелось думать о том, как прекрасна жизнь, однако, мысли спутались. Со всех сторон лезла одна и та же фраза: "Таканчик слишком ахуенный". И любой другой человек давно открыл бы глаза и разобрался с этим. Любой другой, но не Хаккай Шиба. Он предпочитает не замечать. Слепо смотреть на свои жалкие чувства. Поток мыслей не останавливался. Поэтому Хаккаю и хотелось оторвать себе голову. Зачем ему блять обращать внимание на чувства, которые не окажутся взаимными? Он хотел отгородить себя от боли. От такой жгучей, пожирающей в области груди боли. За раздумьями время летело быстро и Шиба не осознавал, что потратил целый час в пустую. Он сел, прижав колени к себе. Слёзы наворачивались с удивительной скоростью и губы начали повторять слова: –Я его не люблю. Я его не люблю. Я его не люблю. Я его не люблю.–и так ещё тысячи раз, до тех пор, пока его глаза не закрыли чужие ладони. –Хей, Хаккай, угадай кто.–наклонился к его уху Митсуя, но тут же отпрянул, посмотрев на свои мокрые руки.–Эй, ты чего ревёшь то?–Шиба будто оглох, Такаши присел на корточки и схватил его за подбородок.–Посмотри на меня. Парень поддался и обернул взгляд на друга, тот смахнул его слёзы без того мокрыми пальцами. –Ты хоть понимаешь, как я волновался, пока искал тебя? Тебе придётся выложить мне всё. Вплоть до того, что ты делаешь в этом жутком сквере в три часа ночи. Понял? Шиба отрицательно покачал головой и истерика накатила по новой. –Тише.–Митсуя прижал младшего к груди и погладил по голове, утешая. После того, как дыхание Шибы выровнялось, Такаши атаковал его вопросами. –Почему ты плакал? –Я не знаю.–обречённо шепнул Хаккай. –Хорошо, разберёмся позже. Что насчёт тех слов? Кого ты имел ввиду? –Каких слов?–Шиба освежил в памяти только то, как чьи-то грубые ладони примкнули к его векам. –"Я его не люблю".–повторил Такаши. –А. Тебя.–бросил Хаккай. Митсуя схватил его за плечи и на секунду ошеломленно замер, будто все его надежды в раз рухнули. –Это правда? Эти слова. Правда или нет, Хаккай?–Такаши теперь тряс его за плечи, пытаясь вытянуть истину. –Нет, Митсуя, конечно, нет.–руки Шибы опустились на щеки старшего, в попытке остановить эту неприятную пытку. –Послушай, Хаккай, я заметил, что ты прячешь всё в себе. С какой целью? Почему ты пытаешься отрицать то, что очевидно? –Потому что эта очевидность - кошмарно больно. –Я понимаю, ты выдержал многое и теперь пытаешься выстроить высокую стену между собой и остальным миром, но если я скажу, что испытываю к тебе симпатию? Нет, даже больше. Влюблённость?–задумчивый взгляд упал на лицо Шибы, который готов был свалиться на землю, если бы не крепкие пальцы, сжимающие его плечи. Пауза тянулась мучительно долго, но никто из двоих не осмелился её разрушить. –Ты.. Это правда, Таканчик? –А ты хочешь, чтобы это оказалось правдой? Митсуя притянул к себе Хаккая и впился в губы. Сначала, оба медлили, но уже через минуту Шиба оказался прижатым к колючей траве, однако вместо неприятной боли ощущал бабочек в животе и пустоту в голове. Тонкие пальцы Хаккая перебирали мягкие волосы Митсуи. От него пахло чем-то нежным и вкусным. Захотелось пролежать на этой отвратительной траве всю ночь, а утром встретить рассвет и новую жизнь. Так и сделают.