Разбитые зеркала

Проспав этой ночью всего два часа, Люси тут же на быструю руку собралась и выехала в участок. Большинство времени ночи она провела в том же кресле, перечитывая строчки, написанные на скорую руку беглым подчерком в центре обратной стороны листа досье. Она просто не верила, что человек, перенесший столько травм и серьезных ранений смог выйти из комы. Пусть и спустя 7 месяцев. Обычный человек бы уже слег через неделю после операции. После просмотра досье, Люси не сомневалась в ответе над вопросом Аркадиоса. Она берётся за это дело, ради нескольких вещей: чтобы закончить дело до конца; избавить людей от страданий, что приносят эти преступники; и ради того, чтобы вновь пообщаться со вторым капитаном. Вторым и последним человеком, который смог выжить в проваленной операции 26 октября 2020 года.

Главное здание полицейского участка Магнолии.

12:24 Моментально и опытно припарковавшись на стоянке перед участком, Люси с характерным звуком закрыла свою Тойоту через ключ зажигания, лихо нажав на кнопку, и под оценивающие взгляды полицейских, вышедших наружу, чтобы покурить, со стуком каблуков зашла в здание. Быстро найдя кабинет начальника детективного подразделения, она бесцеремонно зашла, вся на нервах и торопясь. Будто сейчас упустит. – чем могу помочь? – спрашивает до невозмутимости спокойный голос из-за стола. Похоже, пожилой мужчина довольно маленького роста для своих лет совершенно не удивится, даже если выстрелить в двух миллиметрах от его виска. – мне нужен агент Драгнил. – требовательный голос, и Люси машинально подходит к столу, подкидывая начальнику, смотревшему в документы, ту самую фотографию агента. Услышав вопрос, начальник подразделения тут же поднял на неё свой взгляд. Его глаза были холодными, серыми, словно в пыли, и совершенно незаинтересованными. Люси не смягчала своего напряженного лица. Судя по времени, которое он смотрел ей в глаза, он всего лишь проверял её. Поняв, что Люси своя, старик на мгновение глянул на фото. Тут же узнал, и чуть откинулся на спинку кожаного кресла. – его сейчас нет в участке. – просто ответил он. Голос был хриплым, как от долгого молчания. – ничего. Я подожду. Мне больше жизни сейчас нужно встретиться с этим человеком. – её же голос был стальным, требовательным, без лишнего азарта, который она так любила. Сейчас ей было не до того. Люси на мгновение глянула на золотую карточку, стоявшую на краю стола лицом к ней. На ней было высечено имя: Макаров Дреяр. Так звали старика, сидящего напротив неё за столом. Он только выдохнул, ничего наивного в ней не увидел, и так же устало спросил: – зачем он вам? – 26 октября 2020 года. Вам знакома эта дата? – Люси тут же заметила, как Макаров дрогнул глазами, и вновь поднял их на неё. Старик напрягся, и глубоко выдохнул, переводя грустный взгляд на левую стену. – каждый полицейский страны знает эту дату. Люси поворачивает голову туда же. Там, на стене висел небольшой золотой стенд. На нём были имена. Много имен. Похоже, это имена погибший людей Магнолии в тот день. Люси как на автомате стало также грустно и жалко старика. Как же это невыносимо, терять своих людей. Ей, как никому другому известно это чувство. – но как вы связаны с этой датой? – вдруг строго спрашивает Макаров, когда Люси садиться напротив него в подставленное кресло. Он четко выделил слово «вы», причину чего уже задолго знала Люси. Естественно, она приехала из столицы в Магнолию, где её никто не знает. – моё имя - Агент Люсьена Хартфилия. Я – вторая выжавшая из двух человек в День Провала. В тот день погибли как мои люди, так и люди агента Драгнила. Макаров заметно расширяет веки от неожиданности. Тут же начинает вглядываться в каждую черту лица девушки. Люси понимает, и не отворачивает взгляда. Дает себя разглядеть. Смотрит, как Макаров начинает что-то судорожно искать в ящиках стола. Находит, и вытаскивает от туда бумажный отчет. – агент Люсьена. Детектив-следователь. Так значит вы… – он делает длинную паузу, вновь переглядываясь на неё. Люси лишь грустно морщиться, и кивает. – вы дочь Джуда.. Когда Люси вновь кивает, Макаров выбрасывает из рук документ, и начинает судорожно набирать номер телефона на стоящем в углу стола проводного телефона. ***

1 час спустя.

– какого черта? – в закрытую комнату отдыха заходит мужчина. Голос недовольный, будто заспанный, или наоборот, будто заснет прямо там, где стоит. Люси, до этого стоящая лицом к окну, резко разворачивается. Знакомый голос. Неизвестно, как она помнит его голос спустя два года, но он совершенно не изменился. Мужчина перед ней был почти на голову её выше. Черный пиджак на быструю руку накинут на плечи, чуть помят, похоже, что прямо в нем и спал. Под ним черный жилет, расстегнутый на двух верхних пуговицах, как и белая рубашка под ним, открывая мужские ключицы на всеобщий обзор. Растрепанные волосы цвета пыльной розы, как на фотографии у Люси в руках. Они находились в хаотичном порядке, совсем позабыв о местном приличии, но и даже так, мужчина сейчас выглядел наполовину таким домашним, что Люси бы почти растаяла. Но внешне не показала, только неверяще смотрела в серо-зеленые, недовольные глаза мужчины. Сам агент не понимал происходящего, ужасно недовольно смотрел на своего начальника, пытаясь выведать объяснения одним только взглядом. Макаров только сочувственно смотрит на подчиненного в ответ. Кладет скинутый с плеч пиджак на локоть, и молча подходит к двери. – вам нужно о многом поговорить. Наедине. – старик выдохнул и захлопнул дверь, оставляя двух агентов в тишине. Да вот только, мужчина сразу оборачивается на Люси в недоумении, без препятствий осматривая её. Пытался найти ответы. Или что-то знакомое в ней. Лицо у него было таким, словно он уже видел эту девушку, да вот только вспомнить не мог. – как ты выжил? – с легким страхом в голосе, так и в глазах, спрашивает она. Он и вправду сейчас стоит перед ней. Живой, здоровый. Но до мурашек недовольный и заспанный. От её вопроса он начинает пристально смотреть ей в глаза своими, холодными, уставшими, двумя пыльными изумрудами. Этот вопрос заставил его встать в тупик, и лишь вспоминать, смотря на её красное от нахлынувших слез глаза цвета молочного шоколада. Девушка перед ним и вправду почти что плакала, ели сдерживая слезы, закрыла рот ладонями. – я где-то видел тебя раньше. Определенно. – почти прошептал он, скидывая пиджак с плеч. Кидает его на диван рядом и подходит ближе. Лицо уже не выражает прежнего недовольства, только легкое чувство удивления и пристального внимания. – 26 октября. 2020 год. – говорит она, заикаясь, глотая ком в горле. Мужчина перед ней вздрогнул от знакомой даты. – Люсьена. – представилась девушка с пшеничными волосами, попутно натягивая маску на лицо одной рукой, а другой пожимая агенту руку. Парень резко расширил глаза в искреннем удивлении. Вспомнил-таки. – Люсьена. Вторая, кто выжил… – ошарашено шепчет он. Подходит еще ближе. Девушка только кивает. До сих пор не верит, что после таких ранений, он смог выжить. Тоже, медленно приближается к нему. Вспомнив несчастную дату для всего полицейского подразделения страны, у обоих синхронно в голове пронеслись образы убитых в тот день людей. Их подчиненных. Стенды с их именами. Памятники на кладбище. Несчастные лица родственников, узнавших о смерти близких. Нахлынувшие воспоминания заставили обоих сморщиться от боли, будто сейчас заплачут. Но держат себя в руках. Они не должны проявлять слабость. Не должны показывать слёзы. Однако, сегодня можно. Им обоим нужно было отдохнуть от этой ноши. Из двоих никто не помнил, кто к кому первым подорвался с объятьями. Не помнили, сколько так простояли. Не знали, кто из них плакал, но скорее всего, это были слезы Люси, промочившие ткань его жилетки. Агент Саламандр только глухо всхлипывал, не позволяя себе заплакать только из мужских принципов и силы воли. Лишь крепко обнимал бывшую напарницу. Позволял ей мочить свою одежду женскими слезами, утыкаться носом ему куда-то в шею. Они даже не помнили и не знали, сколько времени простояли в таком положении. Ну, полчаса точно. Ближе к половине слёзы у Люси закончились, но они продолжали стоять, в тишине, и оба в нехватке сна. Только когда какую-то команду вывели на экстренный вызов в город, чей сигнал был услышан по всему участку, они оторвались друг от друга, и Саламандр посадил девушку на диван. А сам подошел к автомату с кофе машиной, уже беря в руки одноразовые стаканчики. – что будешь пить? – мягко спросил он, как у старого друга. Люси уже вытирала потекшую тушь в глаз, и приводила себя в порядок. – я почти не пью кофе. Черный чай, если можно. Вновь повисшая тишина прерывалась движениями агента на самодельной кухне. Себе он налил экспрессо, девушке же обещанный черный чай. – и всё же... Как ты выжил? – вновь спрашивает она, когда агент садиться рядом с ней на диван, попутно подавая ей кружку с чаем. На её удивление, он не добавил в свой кофе ни молока, ни сахара. Только не говорите что он пьет лишь чистый экспрессо? Что он за человек такой? – как только мы открыли ту дверь в подвал.. – начал вспоминать Драгнил. В голове ту же пронеслись воспоминания. Вот, он медленно открывает дверь за ручку, пригибаясь к земле, но не успевая даже открыть её хотя бы на половину, по ним открывается неразборчивый огонь. Нацу не успел закрыть дверь, её вынесли с корнями прямо на них, заставляя прикрыть глаза от пыли и щепок дерева. Драгнил успел сделать лишь рандомный выстрел внутрь комнаты из пистолета, после которого послышался тихий болезненный крик, правда, кому он принадлежал, он не имел и понятия. – назад! Все! Быстро назад!– закричал он, и люди его группы тут же прижимаясь к земле, хотели бежать назад, но.. Но из других комнат выбегают другие люди, в масках, напоминающие клоунские костюмы. Ни сказав ни слова, начинают ураганный обстрел по спецназовцам. Никто даже пригнуться не успел, патронов было выпущено так много, что даже бронежилеты не спасали. Солдаты друг за дружкой начали падать мертвым камнем на пол, истекая огромным количеством алой крови. Нацу не исключение, лишь успевает наигранно упасть на пол мертвым телом после того, как ему наносят несколько ранений в сердце, и еще три ранения на произвол. Приходилось терпеть и кусать себе руку до крови, крепко сжимая челюсть, чтобы не привлекать к себе лишнего внимания террористов. Тогда же те, явно лишенные рассудка люди, с веселым смехом стали убегать к главному входу с пушками в руках. Лишь когда Нацу остался наедине в комнате с трупами, отрезал от своей одежды несколько резинок, перетягивая туловище вокруг сердца. Ему удалось немного остановить кровотечение, но он уже не помнил, когда упал в обморок. – последнее, что я помню из того дня, так это трупы моих людей. Я видел, как они корчились от боли, но я не мог им помочь. А затем, я погрузился в кому.. на целых 7 месяцев. – заканчивал свой рассказ Нацу, смотря в свой кофе, чего оставалось совсем на донышке. Всё это время он не смотрел на Люси. Смотрел куда угодно, но не на неё. – а когда я проснулся, меня встретили только белые стены больницы. Лишь когда я пришел в норму, мне рассказали результаты операции. И только сейчас, он посмотрел на неё. Она не была похожа на обычную девушку, что по обычаю бы заплакала бы от такой истории, эта женщина только пустым взглядом смотрела в точку напротив себя. Никакой истерики, слёз, ничего. Пустые, грустные глаза воистину сильной женщины. – теперь я поняла. Если честно, я не верила, что ты после стольких ранений способен очнуться. – спустя минуту говорит она. Голос сильный. Унылый. Но без комка слез в горле. – похоже, что я очень ошибалась на счет твоей мощи. Прости. Я правда рада, что ты сейчас здесь. Живой. – а я то как рад.. – прошептал он с ухмылкой. И вновь настала тишина. Недолгая, но такая расслабляющая и приятная. – зачем ты здесь? – недавно убили моего начальника, на которого я работала два года назад, перед тем, как уйти после Дня Провала. – она посмотрела на агента, пытаясь вновь прочитать его, но увидела в его серых глазах лишь спокойное любопытство, будто несколько минут назад он не рассказывал, как выжил в жестоком расстреле. – все два года я прожила на маминой конюшне. Меня срочно вызвали в столицу. Там мне сказали, что моего начальника убили Смертные Грехи, которых раньше преследовал мой отец, однако, так считает только один агент, знающий по этому делу больше всех информации. Мне сказали, что теорию связи Смертных Грехов с убийством моего начальника уверенно выдвинул именно ты. Поэтому, я и хочу, чтобы ты помог мне закончить дело об Смертных Грехах. Они убили уже два дорогих мне человека. Еще больше я терять не хочу. Нацу слушал внимательно, вникая в каждое сказанное слово, как настоящий профессионал. После рассказа, он совершенно не удивился, как её отец связан с этим делом, ведь итак знает намного больше всех остальных. А потому, ответ на просьбу девушки ему дался легко. – ты.. поможешь? – чуть неуверенно глядя на старшего, спрашивает девушка. Нацу еще несколько минут просто смотрел на неё, прежде чем дать ответ, улыбнувшись: – буду рад сотрудничать вновь, Люсьена. – он подал ей руку, и Хартфилия уверенно ухватила крепкую ладонь, пожимая её. – судя по причинам твоего желания, мы с тобой очень похожи..