Разбитые зеркала

Люси недовольно и лениво развернулась к мужчине. Ей хватило всего секунды, чтобы рассмотреть его от ушей до пят и запомнить его внешность. Коричневый старческий пиджак, под ним виднелась глупая розовая рубашка без галстука или бабочки, черные брюки и лаковые коричневые туфли из двухтысячных. Темно-русые волосы с заметными седыми прядями, и заросшая борода, за которой явно не ухаживают. – Возраст? Имя? Звание? Стаж? – без какой либо заинтересованности спрашивает Люси, нажимая на кнопку автомата с картинкой мокко. Но мужчина только криво усмехается. – ишь, какая деловая. – он попытался дотронуться до её талии, но промахнулся. Девушка успела ненавязчиво увернуться от его рук. – эй, малышка, не бойся. А где же твой телохранитель? – телохранитель? – издевательски усмехнулась Люси и развернулась к мужчине. – если ты про моего коллегу, то лучше запомни, что его зовут Нацу Драгнил. Старший следователь и бывший спецназовец. И он не мой телохранитель, а парень. – он твой парень? – грубо, с усмешкой, будто и не услышал о звании Драгнила, так и не убирая руки от стены между Люси и автоматом. – но его же здесь нет… Народу в тусклом коридоре было немного, но и те пытались не обращать на них внимание. Мужчина совсем не стеснялся попыток на виду соблазнить девушку и насильно увести в свой кабинет. Когда он вновь попытался дотронуться до неё, но уже до ягодицы, то Люси вмиг развернувшись, вывернула его руку за спину и придавила лицом к стене, выворачивая кисть сильнее. Мужчина вскрикнул от боли, зажмурился, и предпринял попытку ударить её ногой. В этот момент Люси пожалела, что не надела каблуки. Так бы и проткнула его ногу острой шпилькой. И тем не менее, она ловко отвернулась от жалкой попытки ноги мужчины, и ударила локтем по хребту, одновременно отпуская руку мужчины. Он упал на пол, чуть съежившись от боли, и шипел, словно кошка. Народ удивленно, но с улыбкой наблюдал за происходящим. Видимо, уже не в первый раз происходит его попытка соблазнить кого либо, но на этот раз все гораздо веселее. – возраст, звание, имя, стаж. – вновь произносит Люси, но уже требовательно, но не менее равнодушно и пафосно, показывая мужчине, как ей плевать на него. – Вакаба Майн. 46 лет. Старший помощник прокурора Конбольта по делам о борьбе с наркотиками. – прохрипел он, протирая спину от недавнего удара. Но встать ему не давала злобная аура блондинки. – да ты даже не детектив. – усмехнулась Люси, и спокойно взялась за стаканчик с готовым кофе, когда автомат издал звук о завершении своей работы. – иди отсюда, не позорься дальше. Если что, я поговорю с твоим начальником. А может сообщить куда повыше? Например, агенту Аркадиосу Флайту? – нет! Не надо, прошу вас! – взмолился он. Ага, таки знает, что Люси легко имеет доступ к начальнику всего участка, и насколько легко он может его уволить лишь взмахом руки. – тогда иди отсюда. Глаза мозолишь. – устало фыркнула Люси, и спокойно отправилась к своему офису. А напоследок, обернулась – и да, еще раз назовешь меня «малышкой», и я скажу об этом моему парню. Она устремила на него хищные, карие глаза пантеры, и заставила мужчину позабыть о боли в спине от недавнего удара. Через пару секунд Вакабы уже и след простыл. – сказочный придурок.. ***

13:27

– Аркадиос, мне нужны засекреченные данные о каждом Грехе. – как ни в чем не бывало говорит Люси, сохраняя очередной файл. Флайт только на секунду отвлекается от монитора ноутбука. – сходи до архива на третьем этаже. Я уже дал доступ ко всем данным в архиве тебе и Драгнилу. Так что назовешь только фамилию, и тебе выдадут папки с нужными тебе данными. Стинг, помоги Хартфилии. Стинг удивился приказу начальника, но возражать не стал. Лишь кивнул и подошел к Люси. Сама девушка тоже в помощи не нуждалась, но решила захватить коллегу на случай её интереса и к другим делам, связанными с Грехами. Поднявшись со второго на третий этаж, они проскользнули в архив. Это не знакомое уютное помещение архива в Магнолии, здесь тебя жизнерадостная Леви встречать не будет. Поэтому работникам было все равно на прибытие посетителей. – Люсьена Хартфилия. Мне нужны все засекреченные данные по делу Семи Смертных Грехов. – отчеканила Люси подошедшей работнице, и она молча указала на кабинет сторожа этой информации. Они со Стингом направились туда. В кабинет их впустили не сразу. Внутри комнаты послышались шорохи, и только после им дверь открыл двадцатипятилетний сторож, а может еще моложе. Ухоженный, черные брюки и голубая рубашка с закрученными руками показывала мышцы достойного охранника секретной информации. Ну, а если точнее, самой секретной информации в разделе криминалистики. – чем помочь? – спрашивает бодро, осматривая агентов. Впускать их в кабинет он не спешил. Черная куртка охранника весела на поясе. По жетону спец агента, висящем на груди девушки, он сразу развидел фамилию агента, и всё же, твердо продолжал стоять в дверном проёме. Люси внимательно стала разглядывать мужчину. Будто впопыхах собирался куда-то. За его спиной было видно, что окна настежь были раскрыты, хотя сейчас не лето, так что и так жарко в кабинете быть не могло. И пахло от него чем-то очень выразительным, будто с духами переборщил. Хотя нет.. «дезодорант? Или всё же духи?» – подумала Люси. – что вам нужно? – спрашивает мужчина. По бейджику на груди его рубашки Хартфилия быстро разглядела его имя. Джим. Как ожидаемо. – мне нужны все засекреченные данные о деле Семи Смертных Грехов. – отстраненно ответила Люси, и мельком посмотрела на Стинга. Он тоже что-то подозревал в поведении охранника, но говорить что либо не стал. Охранник держал руки за спиной в замке, что было еще подозрительнее. – может подойдете через 10 минут? У меня обед. – как ни в чем не бывало отозвался сторож, что возмутило блондинку. – мне плевать, что у тебя обед. У меня, в отличии от тебя, в десять раз больше дел и в десять раз меньше времени. – дерзко рыкнула Хартфилия. Пусть радуется, что здесь Нацу нет. Уже бы полетел из окна с третьего этажа. Джим пару раз промотался зрачками в разные стороны, но все же впустил гостей в свой кабинет. Охранники без запасной смены, что могла бы сменить его, не имеет права уходить с охраняемого объекта. Вот и Джим был одним из таких охранников, но говоря о том, что он собирался обедать, не было ни намека на скорый прием пищи. Обычно, сторожи обедают быстрой, заварной едой, но здесь, опять же, ничего. В комнате было холодно от проветривания. Окна были нараспашку открыты, и Люси невольно съежилась. – закрой окна, холодно. – скорее приказала, чем попросила Хартфилия. Но сторож сначала не сдвинулся. – простите, но я всегда сижу с открытыми окнами. Мне всегда жарко. – если тебе сказали закрыть, это значит, что нужно закрыть. – почти прорычал ему Стинг, и сам закрыл окна. В кабинете остался свежий запах мокрого асфальта после дождя. Джим виновато кивнул и отвернулся к нужной полке. Он прокопался в полках архива нужного отдела всего минуту, после чего, выдал на стол не хилую папку копий всего материала. – это всё. – сказал он. Стинг поднял кипу папок с документами, и повернулся к старшей по званию. – это всё, что тебе нужно? – спрашивает парень, и замечает долгую задумчивость следователя. – я хочу еще посмотреть на записки и заметки прошлых следователей этого дела. – она нахмурила брови, как видела, что сторож засуетился. Хартфилия увидела в углу просторного кабинета коробки, лежащие друг на друге, и прикрытые при этом скатертью, и использовались как столик. Скорее всего, старые материалы хранились там. – нет, нет! – завозражал охранник, когда Хартфилия стала приближаться к коробкам. – я сам всё достану. П-посторонним запрещено дотрагиваться до материалов. Он достал все интересующие Люси материалы и записи, и нагруженные папками с копиями этих документов, они со Стингом двинулись обратно к своему офису. – он не показался вам слишком подозрительным? – спрашивает Стинг уже в лифте. Но Люси спокойна, словно удав. – он будто пытался что-то скрыть. – конечно пытался. Сигареты под теми коробками. – спокойно ответила Люси, выходя из лифта. – сигареты? – всем известно, что в офисе курить запрещено, за это могут выписать крупный штраф и даже укротить зарплату. Открыв окна, он пытался выветрить запах перегара. Плюсом к тому, набрызгался одеколоном. Держал руки за спиной, скрывая запах от рук. А под коробками лежала пачка, поэтому он меня к ней не подпустил. – скучно проговорила Люси, заходя в офис. – пытается у окружающих поддерживать образ паиньки за «здоровый образ жизни». Стинг только удивился. Он уж думал, что парень как-либо связан с Грехами, но эта мысль отпала сразу после её слов. Эвклиф улыбнулся сам себе. Всё же, она великолепный детектив. *** Люси было скучно. Без Нацу было не очень комфортно сидеть в слишком просторном офисе. Он бы сейчас прихватил её за талию и повалил к себе на диван, разглядывая фотографию с места преступления. Или бы пустил её к себе на колени за столом, подписывая очередной документ. Попросил бы свой любимый эспрессо со сливками без сахара. Или они бы съездили в в любимую пекарню в Магнолии. Но к сожалению, Крокус – это не Магнолия. Хартфилия держится немного. Сдерживать свои желания она не хочет, да к тому же, у неё перерыв. Стинг ушел обедать на первый этаж в столовую, и офис был совершенно пуст, кроме неё самой. Рука сама собой потянулась к телефону, и быстро нашла знакомый номер из отдела избранных в телефонной книге. Нажав на иконку с ухмыляющимся мужчиной, послышались гудки, и она приложила телефон к уху. – Нацу? – спрашивает Люси, когда звонок сняли, но на той стороне тишина. Тут-то она и услышала мат где-то на заднем фоне. Мужчина явно гонялся за котом, выкрикивая его кличку. Девушка стала прыскать смехом, молча в микрофон. – Люсьена! Этот ваш «милый котенок» спёр мой тапок! – громко и ворчливо бурча, наконец заговорил Нацу в трубку, прижимая телефон к уху. Люси вскидывает голову к верху, и он слышит её заливистый смех. – это не смешно! – как он его вообще поднял? – чуть успокоившись, спрашивает Люси. Сразу стало так тепло на душе. Даже настроение поднялось. – сам не знаю, тащит его за один конец. – продолжал бурчать Нацу, но спустя секунду спрашивает: – как ты там? – скучно. – отзывается она. – какой-то мужик сегодня пытался приставать. – ты сломала ему руку, или мне приехать? – он вдруг стал серьезным, удобней расположившись на диване. Девушка вновь засмеялась. – почти. Молю, пощади его. Я уже сказала ему, что в следующий раз с ним будешь разбираться ты. – с хитринкой улыбнулась она, замечая, как он победно хохочет на той стороне. – сам-то как? Как себя чувствуешь? – нога всё еще болит. Без костылей, как без рук. Ну или как без ног. – усмехнулся он. – ну а в целом, неплохо. Люси чуть улыбнулась себе под нос. – это хорошо. Я скоро приеду. – как-то устало проговорила она, от чего Нацу даже удивился. – но время еще только половина пятого. – мне скучно без тебя! – она надула щеки, обидчиво ворча в трубку. – к тому же, я не могу надолго оставить тебя одного. – говоришь так, будто я ребенок какой-то. – бурчит он в ответ. Но совсем не обижается. Люси даже хихикает. – Ай! Хеппи, прям по ноге! – кстати, ты обедал? – вдруг всплывает у неё в голове. Она не замечает, как Стинг входит в кабинет после сытного обеда, и даже не интересуясь, с кем она говорит, валиться на свой стул с недоеденным пирожком в зубах. – нет, только завтракал. Ты не успевала на работу, вот я и не спрашивал про то, оставила ли ты мне обед. На костылях сложно ходить, чтоб ты знала! А потому с дивна в гостиной я особо не передвигался. Люси резко встает. Не сдерживается, и прихватывая уже подготовленные на дом папки с документами и записями, хватает со стола ключи от машины. – я уже еду! Ну как можно было раненого, крупного мужчину оставить одного, так еще и без обеда, на весь день!? ***

Апартаменты Нацу и Люси 18:08

Нацу буквально мурчал от удовольствия, подобно Хеппи. Люси откинулась на спинку дивана, устроив на своих коленях голову сытого мужчины. Она зарылась пальчиками в его мягкие волосы, массируя, и наслаждаясь его бархатным урчанием. Но, не как у маленького котенка, а как у настоящего льва, отобедавшего убитым им же буйволом. По телевизору шел какой-то сериал, но его смотрел разве что Хеппи, даже не понимающий смысл происходящего на экране. Котенок лежал на широком подлокотнике дивана рядом с Люси, и скрутившись в клубочек, урчал себе под нос от удовольствия. – мы даже со Стингом подружились. – спокойным, домашним голосом произнесла Люси, тут же замечая недовольство на лице своего парня об одном упоминании от его имени. – он даже готов еще и перед тобой извиниться. – мне-то зачем? Если он молил у тебя прощение на коленях, то мне и этого достаточно. – пробурчал он, не открывая глаз. Люси нежно улыбнулась и хихикнула. Порой, он бывает таким забавным. – Нацу.. – протянула она, улыбаясь. Мужчина приоткрыл один глаз, как бы интересуясь. – ты меня любишь? – больше жизни, а что? – не задумываясь, твердо и четко. Не врет, и не хочет обманывать. Люси вновь довольно улыбается, не переставая массировать его волосы. – а ты любил хоть одну свою бывшую так же, как меня? – будто с подвохом, спрашивает она, от чего Нацу подозрительно открывает оба глаза. – что за вопросы, принцесса? – он сощурился, когда его девушка лишь нежно заулыбалась, не отводя от него карих глаз. – ну ответь. – протянула она. Ей было и вправду интересно. Нацу только выдохнул. – нет. Все мои бывшие были просто для снятия стресса. Я был еще молод, и разумеется, мне, как мужчине, хотелось трахаться направо и налево. Но скорее даже не от этого, а именно из-за стресса. Я многое пережил в периоде от семнадцати до двадцати трех. За последний год у меня не было ни одной женщины кроме тебя. И не будет. «а мы знакомы около четырех месяцев. Может чуть больше» – подметила для себя Люси. – а что на счет тебя? – спрашивает вдруг Нацу. Но Люси отвечает сразу, без запинок и каких либо мотивов что либо скрыть: – для самоутверждения. Я заполучала связи. Да, у некоторых это получалось только таким путем. А некоторых, чтобы выманить из них информацию, приходилось отвлекать сексом. У Нацу по телу разошелся укол ревности. Он недовольно сощурился, сжимая один кулак, свисающий с дивана. А Люси с довольной лыбой наблюдала, как её парень ревнует. – посмотришь как-то не так хоть на одного парня или мужчину - накажу. – вдруг рычит он, и Люси не может сдержать смех. – а что, если я ослушаюсь? – хихикает она, и Нацу обидчиво смотрит на неё. Но не менее тому грозно. – я его застрелю, а тебя из дома не выпущу. – твердо заявляет, и сжимает её ляшку крепкой ладонью. Люси только пискнула, и не удержавшись, наклоняется к нему, целуя в губы. Драгнил притягивает её к себе ближе, проводя ладонью по щеке. Люси улыбалась всё шире только от того, как на неё смотрит Нацу. Она еще с подросткового возраста умела читать людей. Видела, когда человек что-то скрывает, даже если он мастер во лжи; видела, как другие относились к ней по одним лишь движениям его рук. Видела и могла предсказывать дальнейшие эмоции и действия человека. Но Нацу... он чем-то отличался от других людей.. Она не могла прочитать его. Не могла предречь его. Он слишком непредсказуем, а потому, даже ей не подвластны его мысли. Она бы всё отдала за то, чтобы узнать, о чем он думает. Хотя, она давно подозревает, что Нацу непредсказуем даже для себя самого, а потому и ей читать его действия было не дано. Однако, она могла читать его взгляд. Точнее, он сам позволяет читать его. Даже если на его лице ни дрогнет и мускул, она всегда знает, что он чувствует. Гнев, радость, или равнодушие. Сразу понимает его намеки жестов, всегда знает, чего он хочет. Драгнил ей доверяет.. целиком и полностью. Люси не переставала удивляться и восхищаться Драгнилом еще с первого дня, четыре месяца назад. Он и вправду отличается от остальных людей. Десятки людей боятся его, как огня, а некоторые, спокойно общаются с ним, словно они с рождения знакомы. А еще, немногие люди, как заметила Люси, называют Нацу по прозвищу. Например, тот же Гажил. Он всегда обращается к Драгнилу так: «Хей, Саламандр!». За всё время, что Люси знает Гажила, он ни разу не назвал Нацу по имени. Лексус тоже иногда называет его Саламандром. Но на удивление Люси, Драгнил ни разу не обижался на таких людей, что называли его по позывному. Хотя, это нельзя назвать кодовым именем. Это скорее именно как прозвище. Даже сам Макаров частенько называет его так. Хартфилия не знала причин, откуда появилось его прозвище. Могла лишь догадываться. Вокруг Нацу так и витает аура столба пламени. Для некоторых людей она может быть теплой и мирной, а для других… она может обжечь так, что придвинув лишь палец, вся рука станет лишь пеплом… Потому что ящериц Саламандры называют посланниками Бога Огня..