Разбитые зеркала

Прошло еще несколько дней. Горожане радостно прогуливались по снежным улицам, поздравляя друг друга с наступлением нового года. Люси с улыбкой наблюдала в окне прохожих и бегающих по заснеженным тропинкам детей. Её руки тут же нашли её живот, который уже стал более заметным. А следом, женщина повернулась к жениху, которому закончили менять повязки. Нацу недовольно кряхтел, и откинулся на спинку больничной койки. – Драгнил! – дверь палаты резко распахнулась. Нацу тут же напрягся и подумал схватиться за что под руку попадется. Поэтому Люси пришлось мигом его успокаивать. После возвращения из плена психика Нацу сильно пошатнулась. Он всё также просыпается по ночам от кошмаров, ест больничную еду с осторожностью, пугает медсестер своим свирепым взглядом недоверия и дергается от каждого резкого движения со стороны окружающих. Лишь от ласк и заботы Люси он быстро успокаивается. Всё это время Люси и сама была под наблюдением в больнице, так что ночевала с ним в одной палате. Её нервная система не была нарушена, лишь депрессия, из которой девушка постепенно выходит, в отличие от Драгнила. – ну вы.. – Люси хотела зашипеть на вошедших, но увидев в проходе обеспокоенного своим поступком Макарова, затихла и села на краешек койки Драгнила. Её руки легли по плечам утихающего Нацу. Сам Драгнил смотрел на начальника с осторожностью. Они заметили, как следом за Дреяром вошли и их друзья. – Нацу, ну как ты? – осторожно спрашивает Макаров. Будучи со сломанной рукой еще с похищения, он присел на стул возле койки агента. Остальные агенты встали вокруг койки больного. С крайней осторожностью – боялись его напугать. Всё же, все они знают, в каком он сейчас состоянии, и пытались не делать лишних движений. – более менее – не соврал Драгнил. – знаем, что для тебя сейчас это может быть тяжело, но мы должны узнать, что произошло – мягко влез в разговор Лексус. – ах. – Нацу лениво почесал затылок, отводя взгляд. Люси погладила его по плечу, пытаясь подбодрить. – мы будем задавать вопросы, а ты отвечать, хорошо? – следом спрашивает Грей, доставая документ с ручкой. – да, хорошо. – Нацу явно было некомфортно, все это понимали, но им всё-таки нужно заполнить важные документы по этому делу. – тогда начнем. – Грей выдохнул. – первым делом.. как ты понял, что Грехи собираются похитить тебя и именно в тот день? Драгнил задумался. Народ вдумчиво смотрел на Нацу, готовясь услышать паутину улик и доказательств по этому поводу. Потому что это Нацу. У него сильная интуиция, но делать что-то просто так он не станет, не удостоверившись в своей правоте. Вероятно, Драгнил думал, как лучше сформулировать мысль, но думал он относительно не долго. – я об этом и не знал. То, что он ответил, заставило других агентов раскрыть рты от удивления. Даже Люси. Они чуть ли не с шоком смотрели на агента, непонимающе переглядывались, но Драгнил вдруг продолжил: – я заметил, что в последние дни перед похищением по участку ходило слишком много подозрительных людей. Мне это не понравилось, и я решил искать поводы, чтобы оставить Люси дома, ведь в последнее время ей нездоровилось. Ночью перед тем днём ей стало особенно плохо, и на утро я сказал ей остаться дома. А уже в участке тем утром я понял, что за мной нагнетающе следили. И понял, что меня похитят именно в этот день, ведь для наблюдения людям Грехов нужна лишь пара дней, и сообщил об этом Водолею. Тогда я и решил сходить к электрическим щеткам, чтобы это проверить. Агенты молчали, обдумывая. Гажил, Грей и Лексус записывали это. Джувия держала в руке диктофон, записывая диалог. – на тот момент ты знал о том, кто такая Лисанна Штраус? – спрашивает Леви. – я бы не сказал. – Нацу неуверенно покосился на своё одеяло. – Стинг дал мне подсказку, что Лисанна работала в федеральном участке в Крокусе и дал мне её досье. Тогда я решил расспросить о ней Миру, но она заплакала и призналась, что Лисанна давно считается пропавшей без вести. Что они жили в доме сирот и так далее. Но я был озадачен тем, что Лисанна нашлась при непонятных обстоятельствах и при том совсем не связывалась с Мирой и Эльфманом. Но я не был уверен, что она имеет какое либо отношение к Грехам. Однако её поведение очень настораживало. – вот как. – Макаров с громким выдохом закрыл глаза. – знаю, это может быть очень тяжело для тебя, но.. что с тобой происходило, пока ты был в плену? Нацу нахмурился. Народ затих, смотря на то, как Нацу сжимает одеяло в кулаках. Для него страшно вспоминать об этом, не то что отвечать, но Драгнил всё же решился: – они связали меня и заперли в подвале. Я понятия не имел, где находился. Только по форме окна с решеткой и видом территории за окном я подтвердил свою теорию, что это психушка. Морили голодом, а потом привели пропавших детей из детского дома. Они посадили их в одну камеру вместе со мной, хотели посмотреть, как я буду реагировать. Нацу стал кашлять, как от обезвоживания. Люси сразу подала ему стакан воды и погладила по плечу. Народ терпеливо ждал, пока ему не станет лучше. Пока был в плену, Нацу почти не разговаривал, лишь кричал от боли. Для столь долгого молчания это вполне нормально. Потому и разговаривать ему сейчас тяжело. – потом они.. – осушив стакан прохладной воды, он сжал в руке стекло, сжимая зубы. – поставили мне клеймо Греха Гнева. Гордыня по имени Шакал сказал, что Гнев был бы доволен, если бы был жив. Я и понятия не имел, что это я его убил. Поэтому о Грехе Гнева мы так долго не слышали. Да и зачем им пригодились именно те дети, я понятия не имею. – по этому поводу я провела отдельное расследование – заговорила Эльза и достала пару документов – за пару недель из разных детских домов были похищены по двое детей с одинаковой группой крови. – мммм.. – Нацу закрыл глаза. Он задумался, но всего на секунду – в момент, когда Гордыня меня чуть не застрелил, я воткнул ему в ногу шприц с ядом королевской кобры. Он принадлежал Греху Алчности, пока я его не задушил. Этот псих хотел сначала воткнуть его мне, а потом детям. Скорее всего, опять для его экспериментов. Каждый день он приводил ко мне в подвал новую жертву и издевался над ней. В последний день он привел полумертвую беременную женщину, вырезал малыша и воткнул ему яд. Даже агентам с крепкой психикой захотелось заткнуть уши. Какое же ужасное зрелище, видеть, как каждый день тебя мучают, так еще и на твоих глазах такое творят с людьми. – еще вопрос, – внимание Нацу с одеяла Макаров перевел на себя. – что ты понял при просмотре тех записей с камер видеонаблюдения? – это началось с документов, которые передали нам госпожа Водолей и Локи еще в Крокусе. Я перечитывал их много раз. Информация там была не слишком значительной, ничего нового я сначала не замечал, но после обратил внимание на то, что в отчетах несколько раз упоминаются разные заброшенные психбольницы. Затем стал пересматривать записи с камер. Тогда-то меня и осенило. Я дал указания Стингу, чтобы он приготовил список всех заброшенных психушек в городе и округе. Вычеркнув все лишние, осталась лишь больница Лонклив. – кстати, как ты узнал, что у Гордыни в тот момент произойдёт осечка? – задал вопрос Гажил. – я долго думал над тем, как спрятать маячок, чтобы дать вам сигнал. И решил пожертвовать своим пистолетом, в последнее время я им совсем не пользовался. Я раскрыл один патрон, высыпал порох и засунул туда маячок, а после запаял крышку обратно как можно аккуратней, чтобы было незаметно. Я знал, что они отберут пистолет, и по иронии судьбы его решил забрать себе псих Алчность. Но Гордыня отобрал его, чтобы тот не начал буйствовать. Ну и, этот патрон с маячком я поставил четвертым на очереди, чтобы он в случае чего совершил осечку и дал мне шанс выжить. – так вот как ты подал сигнал.. – почти прошептала Люси, гладя его по плечам. – и ты связался с Зодиаками? – верно. – Нацу нежно усмехнулся, откидываясь на спинку койки. – сигнал такого маячка очень трудно заметить, поэтому я решил попросить помощи у Водолея, чтобы она тщательно следила за сигналом со всей организацией. Тогда же я и обратился к Локи, чтобы он защищал тебя. Люди в палате затихли, записывая слова в документы и обдумывая всё сказанное Драгнилом ранее. Такое и вправду тяжело представить. Неудивительно, что психика Нацу сильно пошатнулась после стольких отвратительных дней мучений в плену. Всё-таки, каким бы сильным человек не был морально, он всё еще остается человеком. Даже самая сильная нервная система не выдержит такой нагрузки. – хорошо. На сегодня достаточно. Мы пойдем, а вы двое хорошенько отдыхайте и лечитесь. – Макаров ободряюще улыбнулся и встал со стула. Макаров стал не спеша уходить в сторону выхода из палаты, а следом потихоньку и другие агенты двинулись за ним. – поскорее выздоравливай, Нацу! – увидимся завтра! – мы навестим вас еще! – хорошенько питайтесь и набирайтесь сил! Ребята уходили, крича ободряющие слова. Люси с Нацу улыбались им в след. А когда все вышли и дверь палаты закрылась, Люси прильнула к своему мужчине щекой. – как же я рада, что ты снова рядом со мной. – почти прошептала она. – и я тоже – он поцеловал её ладонь – Люсь.. – что такое? Что-то болит? – женщина крепко обнимала своего мужчину за шею. – я ног не чувствую. – хохотнул он с хрипотой. – у тебя отморожение ног, так что это нормально. Скоро пройдёт, не волнуйся. – Люси поцеловала его в висок. Нацу задумчиво кивнул. Но не прошло и десяти секунд, как он поднял на неё интригующие глаза. – когда будем готовиться к свадьбе? Я уже жду не дождусь познакомиться с твоей мамой. – только когда ты до конца выздоровеешь. – она похихикала и поцеловала его – я тоже хочу наконец встретиться с ней. – может, устроим ей сюрприз? – Нацу коварно улыбнулся, а следом за ним и Люси. ***

2 месяца спустя 16 марта 13:29

Нацу выписали лишь спустя 2 месяца. Лишь с уговорами от Люси, Нацу ежедневно посещал психиатра по его лечебной программе. И, в конце концов, мужчина смог оправиться от страха воспоминаний, угрызений совести за то, что не смог спасти тех убитых людей, и вернул себе свою уверенность и спокойствие. Но, не смотря на это, он всё равно иногда просыпается ночью от кошмаров. Сразу после выписки его наградили медалью за отвагу и благодарностью правительства за закрытие этого ужасного дела. Люси всё это время была рядом с ним, поддерживая своего жениха. Каждый, кто участвовал в аресте и убийства организации Семь Смертных Грехов, получил щедрые заслуги от правительства. Люси уже на 4 месяце беременности. Её живот уже ярко округлился и стал большим. Нацу всё не может от него отлипнуть. Всё время гладит её живот и прилипает к нему ухом. Драгнил безгранично рад тому, что у него скоро появится такая замечательная и любимая жена, как Люси, и уже возлюбленный им ребенок. Всего пару дней до отъезда в родной поселок Люсьены недалеко от Крокуса, где живет её мама, они ходили на УЗИ. Люси чуть ли не заплакала от счастья, когда доктор поздравил будущих родителей со здоровенькой, крепенькой девочкой. Нацу счастливо улыбался и утирал слёзы невесты. И после этого они сразу решили наконец поехать к матери Хартфилии, чтобы лично пригласить её на свадьбу. Нацу так радовался, когда вновь сел за руль своей машины. Он аккуратно, и тем не менее быстро вёл машину по дороге, которую ему подсказывала Люси, сидя на соседнем сидении. Уже прилично подросший кот Хеппи как всегда валялся у неё на коленях. Спустя несколько часов пути от города, Нацу наконец припарковался возле знакомых для Люси ворот частного дома матери. Вместе с ним на участке уже виднелась и конюшня. Жених и невеста еще некоторое время сидели в машине. Нацу сложил руку на её ладонь. – всё хорошо, милая. Уверен, она очень скучала по тебе. Не совестно тебе еще задерживать её терпение? Будущая Драгнил похихикала и прижалась губами к губам жениха. Рука крепко сжала сильную ладонь Нацу. – ты прав. Идём. Они вышли из машины. Но стоило им только высунуться, как лошади, что увидели их из-за забора, стали ржать и топать копытами. Лошади, что гуляли на территории огромного участка, не спеша подбежали к забору, а кони в загонах ржали целым галопом. – похоже, они тебя помнят. – усмехнулся Драгнил. Мужчина продолжал крепко держать её ладонь. – тут совсем ничего не изменилось. – Люси подошла к забору и стала гладить выглядывающие головы лошадей. Нацу тем временем отошел к багажнику машины, чтобы достать сумки с их вещами. Будущая Драгнил наслаждалась встречей со знакомыми лошадьми, каждого звала по имени, уже давала подготовленные вкусняшки для них: сахар да яблоки. Но тут услышала как дверь дома на участке громко захлопывается, а по лестнице звучит торопливый шаг. Калитка забора раскрывается от замков, и от туда выходит немолодая, но всё такая же красивая как в молодости Лейла Сердоболия. Запыхаясь, она с волнующимся взглядом искала дочь по сторонам. А когда наконец её взор упал на лицо нежно улыбающейся Люси, то мама тут же прослезилась, и прижала руки ко рту. – мама.. – почти прошептала Люси и медленно подошла к матери. Женщины молча, без лишних слов и секунд крепко обнялись. Лейла уже плакала дочери в плечо, моча её блузку своими слезами. Да и сама Люси не сдерживалась, плакала навзрыд от тоски по матери и родному дому. Она и сама не осознает, насколько сильно она рада вернуться домой. – доченька.. ты вернулась. – Лейла слегка отстранилась и вытерла слезы с щек дочки. Люси то смеялась, то смущенно хихикала, смотря на мать непрерывно. Мать хотела еще раз обнять Люси, но препятствием стал ярко выраженный живот дочери. От радости Лейла его даже не заметила. Но лишь посмотрев на него, на лице матери вылезла счастливая улыбка. – Люсенька, ты беременна! Как это прекрасно! Поздравляю! – Лейла как маленький ребенок начала топтаться на месте под звонкий смех дочки. – да, мама. Ты скоро станешь бабушкой. – Люсьена нежно улыбнулась. – и кто же его отец? – Лейла нетерпеливо смотрела на дочь, и крепко держала её за руки, сгорая от нетерпения. – кстати об этом. – Люси повернула голову к машине возле ворот участка, и увидела там своего жениха возле багажника, который пытался прогнать наглого кота с сумок с их вещами. Лейла тоже перевела взгляд на мужчину, и стала внимательно оглядывать его. Но судя по тому, как быстро меняется выражение её лица, она уже узнала Драгнила. – ты же старший следователь Драгнил! Я видела вас с Люси по телевизору на награждении! – воскликнула Лейла и отпустила руки дочери. Нацу отозвался на имя и посмотрел на будущую тёщу. Он улыбнулся и положил сумки вместе с котом на землю, вставая рядом. – да, именно так, миссис Сердоболия. – Нацу приобнял невесту за плечи одной рукой и вежливо поклонился Лейле. – ого. – Лейла слегка ошарашено смотрела на его волосы. – так это твой настоящий цвет волос? – да, мама. – вмешалась в диалог Люси, держа одну руку на животе. – ого, как я рада, что моя дочка нашла себе такого хорошего мужчину. К тому же красавчика! – кажется, Лейлу совсем не смущал цвет волос Драгнила. Она без лишних слов обняла будущего зятя. – мама! *** Уже ночью, после нескольких часов, проведенных на веранде в окружении пасующихся лошадей, Лейла расположила будущих супругов в свободной, скромной, но очень уютной комнате. Уже была поздняя ночь. Люси лежала на кровати на боку, а Нацу мирно спал позади неё, обнимая будущую супругу за талию. Люси было неспокойно. Перед закрытыми глазами в темноте прорезается образ Нацу, в цепях, всего израненного, которого вот-вот застрелит сумасшедший Гордыня. А позади них стоит и сама Люси, держась от страха за свой живот. Страх за любимого сковал женщину настолько сильно, что мало что двинуться, ни единого звука не могла произнести. – Люси? – где-то вдали её начал звать голос мужчины. Вот, Гордыня делает выстрел, но осечки как в жизни не случилось. Пуля попадает Драгнилу прямо в лоб, и брызги крови расплескались по полу. Женщина закричала от горя во весь голос. – Люси! Люси резко вскакивает на кровати с громким вскриком. Руки на автомате ложатся на живот, а сама пытается отдышаться. Чувствуя на плечах сильные руки мужчины, Люси поворачивает голову и видит своего жениха. Нацу с обеспокоенным лицом гладит девушку по плечам и смотрит ей в глаза. Люси сразу же хватается за крепкую шею. – тише, любимая, это всего лишь сон. – шептал Нацу ей на ухо, пытаясь успокоить, и крепко обнимает за спину. – ты рядом.. живой.. и наш малыш.. – уже начиная плакать, говорит Люси ему в шею, жмуря глаза. – тшш… – Нацу поднимает её лицо и мягко целует. Мужчина нежно гладит невесту по плечам и спине, успокаивая. Он продолжал еще несколько минут нашептывать ей ласковые слова, не переставая обнимать. Лишь через 10 минут женщина успокоилась. Все это время она не переставала крепко обнимать своего мужчину и сильнее к нему прижиматься. Нацу прижимал невесту к себе, шепча ей нежные слова на ухо. – тише, успокойся.. – Нацу с нежной улыбкой погладил Люси по пшеничным волосам. – я здесь, рядом с тобой.. я всегда буду рядом с тобой. Будущая Драгнил вытерла слезы с глаз и с улыбкой посмотрела на Нацу. Мужчина ей нежно улыбался. Сейчас он не скрывал свой оголенный торс. Ему всегда жарко, поэтому даже зимой на ночь он снимает футболку. Клеймо греха Гнева осталось на его ключицах темных пятном, которое никак не смыть. Но перед ней он его не скрывал. Лишь перед ней он полностью открыт и даёт читать себя. Его поведение, его взгляд, замыслы. Всё. Он отдал ей себя всего. Он разбил своё зеркало оболочки перед ней, всегда показывая своё настоящее отражение. Её зеркало давным-давно разбилось перед чувствами этого мужчины на тысячи мелких осколков. Она тоже отдаст себя всю в его руки. Она знает. Он всегда будет рядом, всегда защитит, всегда успокоит, всегда поддержит. Всегда. – я знаю.. – он взяла его за щетинистые щеки и мягко поцеловала. – я люблю тебя. Они прикрыли глаза и соприкоснулись лбами. – и я тебя люблю, принцесса..

Конец.