Белая Роза

Пьянящий поцелуй Драко ещё оставался на губах Гермионы, когда она трансгрессировала в Хогсмид. Пробиваться сквозь барьер не было смысла, поэтому девушка решила не рисковать лишний раз. Попав в Хогсмид, Грейнджер поняла, что ей и тут негде остаться: ходить в такое время по барам не безопасно, гостиниц здесь не было. Печальная Гермиона сидела на скамейке на главной площади, когда обратила взор на лес. На взгорье виднелась Воющая хижина. Идея была очень безумная, но Гермиона знала, что в этом здании, каким бы мрачным оно не казалось, не опасно. Подниматься в гору было сложно, а лес и ночь усиливали страх. И вот гриффиндорка стояла перед хижиной. Выглядело это очень зловеще, но Грейнджер уговаривала себя, что в этом нет ничего опасного. Ветхая входная дверь тихо скрипнула, но отворилась, впуская девушку в своё мрачное чрево. С помощью «люмоса» Гермиона без травм поднялась по шаткой лестнице на второй этаж. Там была развалившаяся, но все же кровать, на которую можно было лечь, использовав пару заклинаний. Но как только Гермиона коснулась ручки двери на второй этаж, оттуда послышались голоса, а потом смех. Мерлин, как она могла быть такой безрассудной и прийти сюда в такое время. Здесь мог быть, кто угодно: пьяные колдуны, не успевшие вернуться домой и решившие остаться здесь на ночь, оккультные маги, на которых часто натыкались ученики в запретном лесу. Любой сброд мог зайти сюда, туда же сунулась и Гермиона. Где же вся её осторожность? Усыплена поцелуем противного Малфоя. А противного ли? Не таким уж не был и ужасным, призналась себе Гермиона. И хоть он пытался скрыть за льдом глаз светлое чувство, которое испытывал к Гермионе, она его почувствовала. Это было видно в незаметных взглядах Драко, в подкрашивании его плеч, когда она подходила ближе, в незаметных улыбках, которые он бросал в её сторону. Но пока Грейнджер оставила эти размышления. Ей нужно было убираться отсюда. Гермиона тихонько опустила ручку и развернулась, молясь, чтобы половицы не скрипели. Она уже почти дошла до лестницы, как скрипнула дверь, и в узкий пыльный коридор пролился тусклый свет. -Кто это тут у нас бродит по ночам? -раздался надрывный голос. Гермиона вздрогнула и обернулась. Перед ней стояла Беллатриса. Ведьма в свою очередь тоже узнала несчастную и улыбнулась гнилыми зубами. -Да, ведь это моя знакомая, -пропила Лестрейндж.-А ты думала, что убежишь от меня, дорогая? С ловкостью кошки Беллатриса схватила Гермиону, и не успела та опомниться, то уже была привязана к стулу. Она жмурилась и пыталась убедить себя, что это иллюзия, но Лестрейндж с кем-то общалась, поэтому не было сомнений, что Гермиона попала в худший свой кошмар. --А ну-ка посмотри на нас, крошка, -Беллатриса схватила Грейнджер за подбородок. Девушка открыла глаза. Перед ней стояли Снегг, Беллатриса и Каркаров. -Этого не может быть, -выдохнула гриффиндорка.-Вы умерли. -Я бы поспорил с этим утверждением, мисс Грейнджер, -подал голос Снегг, скрестивший руки на груди. -Значит, Драко сказал правду, -заключила девушка. -О да, мой племянничек любит выдавать свои тайны всем, но раз ты попала сюда, то нечего больше скрывать. Ты-то нам и нужна, -Беллатриса провела по лицу пленницы острым ногтем. -Зачем? -выдавила из тебя Гермиона. Лестрейндж рассмеялась. -Расскажи ей, Северус. Снегг закатил глаза. Он всем видом говорил, что ему совершенно не нравится все происходящее, но ничего не мог поделать. -Вы-ценная пленница, мисс Грейнджер. Вас можно использовать в выгодных для нас целях. Можно было бы захватить любого ученика, но вы сами пришли в наши руки. А теперь… Северус не закончил, его оборвала Беллатриса. Она приблизилась к лицу девушки настолько, что Гермиона почувствовала её ледяное могильное дыхание. -Мы будем держать тебя до тех пор, пока за тебя не предложат хорошую цену. Никто не поверит, что мисс Грейнджер украли три трупа. Так что, милочка, мы с тобой позабавимся. Из глаз Гермионы брызнули слёзы. Она больше не могла сдерживать эмоции. После Малфой-мэнора, потом самой Беллатрисы — это было слишком. -Ну же, не надо плакать, -Беллатриса вытерла пальцем слезинку с лица девушки, а потом облизнула палец.-Насколько же вкусны слёзы грязнокровных жертв. -Хватит, -оборвал её Снегг. --Нам нужно куда-нибудь её спрятать, -падал равнодушный голос Каркаров. -О да, мальчики, -Беллатриса сверкнула чёрными глазами.-И я знаю такое место. Они трансгрессировали. Очнулась Гермиона в катакомбах. Здесь пахло сыростью и плесенью. Под ногами пробегали крысы. От этого-то Гермиона и проснулась, что по её ноге пробежала такая тварь. Девушка покрутила головой по сторонам. Справа от неё стояла зажженная лампадка и букет белых роз. Гермиона вздрогнула. Неужели они посылали ей цветы, чтобы напугать. Но зачем им такие жесты? Одни видения чего стоили. Из невинной шутки цветы переросли в ужас. Было тихо. Настолько, что Гермиона слышала стук капель от мокрой плесени, стукающих вниз. Она все ещё была привязана, но комната освещалась лампадкой, поэтому девушка могла разглядеть её получше. Внимание девушки привлекли стены. Почти под потолком были высечены гербы. Грейнджер всмотрелась в них внимательнее. Букву «М» охраняли два дракона. Из груди гриффиндорки раздался резкий вздох. Она была в Малфой-Мэноре. Мысли захватили голову девушки. Неужели и Драко с ними заодно? Но зачем он тогда целовал её? Чтобы усыпить её бдительность. Тогда все становилось на свои места. Своим обаянием Драко запудрил девушке голову, а потом заманил в объятия безумной тетки. Гермиона злилась на Малфоя, на себя, на весь мир. Из глаз брызнули слёзы ярости. На всхлипы пришёл Снегг. -Вставайте, -он взмахнул палочкой, и Гермиона была свободна от стула. При виде живого Снегга Грейнджер до сих пор теряла дар речи, поэтому послушно встала и пошла с профессором. По каким-то узким коридорам он вывел её в большую подземную залу. Здесь имелся трон из белого мрамора с высеченными на нем белыми змеями. На нем восседала Беллатриса. Она переоделась, и теперь вместо лохмотьев на ней было чёрное платье в готическом стиле с кружевными вставками на горле и рукавах. Если бы Гермиона не знала, кто она такая, то приняла бы ведьму за готическую королеву, несущую траур. А ведь если бы не болезненная любовь к Темному лорду, Беллатриса могла бы стать настоящей Блэк: жила бы в родовом поместье, хранила честь фамилии. Была бы похожа на свою тетку, помешанную на чистоте крови. Но ей суждено было сойти с Ума ради своего лорда. И вот теперь Беллатриса сидела на белом троне, как королева, и смотрела надменным безумным взглядом чёрных глаз на Гермиону. Перед троном стоял мраморный стол, похожий на стол для жертвоприношений. -Ложись, -ведьма махнула рукой, и Снегг подтолкнул девушку к нему. Шокированная Грейнджер не могла произнести ни слова, но с места не сдвинулась. -Ложись! -истерично крикнула Лейстрендж, а когда пленница не послушалась, взлетела с трона и за волосы потащила гриффиндорку к столу. Девушка больно ударилась животом о мраморную плиту, а потом всхлипнула. Беллатриса с удовольствием улыбнулась. Откуда-то из рукава она достала белую розу, всю утыканную железными шипами. -Пора преподать тебе ещё один урок, грязнокровка. Легким касанием о кожу шип пустил струйку крови по запястью Гермионы. Из её груди раздался всхлип. Беллатриса наклонилась к запястью и слизала кровь. -А твоя кровь достаточно приятная, Грейнджер, если не думать, что она грязная, -ухмыльнулась ведьма. Такую процедуру они проводили несколько раз на дню, так что порезы на руках Гермионы не прекращали кровоточить. Сил плакать уже не было, так же как и сил наделяться на спасение. В катакомбах Малфой-мэнора гриффиндорка умирала. И никто не пытался её найти