Полусладкий привкус серы

      Сэм наматывал круги вдоль стен Клетки, шумно дыша и глядя сквозь отверстия в мрачную пустоту, глухую к мольбам о свободе. Казалось, вместо глаз у младшего Винчестера были бездонные чёрные дыры — зловещие и тёмные, в них можно было только иногда что-то разглядеть, и чаще всего это была жажда демонической крови, крови Дина, остатки которой запеклись в уголках губ Сэма.       Раз в некоторое время младший Винчестер спотыкался о Михаила, забившегося в один из углов и что-то без умолку бормотавшего или напевавшего молитвы, за что он регулярно получал пинки. Архангел уже давно слетел с катушек, ещё до прибытия сюда Винчестеров.       Дин разлёгся в середине Клетки и, хищно улыбаясь своим собственным мыслям, разглядывал узоры на потолке. В его голове крутились воспоминания о выпивке, сексе с красивыми девушками, крови, убийствах монстров, пытках, аде, невыносимой душевной боли, которую он, однако, теперь не ощущал. Когда ему надоедало думать об одном и том же или хотелось выбраться отсюда, Дин, чтобы развеять скуку или выплеснуть злость, подходил к Михаилу и принимался в исступлении избивать его. Обычно Сэм присоединялся к этой забаве, но иногда, отвлечённый от бесцельного брождения по кругу, нападал на собственного брата, впиваясь зубами ему в руки, шею, бока или ноги, и жадно пил его кровь, захлёбываясь, рыча и хрипя, будто бешеный зверь, в мясо раздирая плоть старшего Винчестера. Дин в таких случаях жёстко отпихивал его, швыряя себе под ноги, и смеялся над искажённым яростью выражением лица младшего Винчестера, вновь и вновь рвавшегося к источнику утоления своей жажды.       Раз в некоторое время Дин приходил в себя и, сражённый тут же накатывавшейся апатией, тихо стонал, изо всех сил зажимая больную голову руками и умоляя кого-то, чтобы это всё кончилось. Ему было невероятно больно смотреть на своего брата, которого зависимость от крови демона лишила рассудка. Сэм, словно какой-то дикий и взъерошенный зверёк, подхвативший смертельную болезнь, медленно высасывавшую из него жизненные соки, сверлил взглядом плачущего Дина, заинтересованный странным поведением своего «соседа по тюремной камере». Младший Винчестер давно утратил последние остатки человечности, он больше не узнавал в демоне рядом своего брата, бездушной и немой оболочкой метаясь в заточении. В периодических приступах гнева Сэм бросался на металлические стены Клетки и пытался разорвать, сломать их, грызя их зубами и стирая о них руки в кровь, при этом он истошно кричал от боли, ломая очередной ноготь или палец. Это могло продолжаться бесконечно из-за постоянной регенерации, которую даровала ему сила демона. Стоило в это время Михаилу как-то напомнить о себе лишним движением или звуком, как Сэм кидался на него, заливая его своей кровью, слезами и слюной, вдалбливая архангела ногами в пол, вгрызаясь в его тело зубами, давясь его кровью, таская за волосы по всей Клетке и бесконечно истязая. Дин следил за этим безэмоциональным взглядом уставших заплаканных глаз, настукивая костяшками пальцев о пол какую-то умиротворяющую мелодию. А Сэм начинал безумно смеяться, в очередной раз швыряя Михаила в стену и добивая ногами. Старший Винчестер заражался весельем брата, его глаза наливались насыщенными чернилами, и он улыбался, скаля белоснежные зубы. Душевная боль вновь отступала, стоило отдаться демоническим инстинктам.       Прошла целая бесконечность времени. Дин выплакал все слёзы, теперь, когда в нём просыпалось что-то человеческое, он сидел тихо, уткнувшись лицом в согнутые ноги. Сэм, раньше круживший вдоль стен по клетке, теперь лежал и занимался тем, что выцарапывал себе глаза или как-то иначе старался причинить себе боль, уродуя своё тело. Изредка он кричал, стоило ему найти новую болевую точку, и Михаил, чьё состояние осталось неизменным, начинал протяжно завывать какие-то жалобные мелодии.       Внезапно Сэм замолк и замер, лёжа на спине. Стеклянные просветлевшие глаза безжизненно уставились на Дина. Михаил стал отчаянно молиться, в миллиардный раз взывая к своему отцу, чтобы тот вытащил его из этой тюрьмы. Тогда старший Винчестер поднялся и медленно подошёл к брату, потрепал его за плечо. Ноль реакции. Дин наклонился к лицу Сэма близко-близко, и тот вдруг моргнул и растянул губы в улыбке умалишённого. Руки младшего Винчестера схватили старшего за плечи и увлекли вниз, в объятия.       — Привет, Дин, я так соскучился! — счастливым безумцем воскликнул Сэм, и его глаза почернели. Дин понял: душа его брата, забившаяся в самый тайный уголок и очень долго сопротивлявшаяся влиянию демонической крови, наконец сдалась под натиском этой силы и приняла её в себя. — Ох, всё затекло, хочу размяться! — Сэм оттолкнул брата и вскочил на ноги, потягиваясь и осматриваясь по сторонам. — Классные хоромы. О, — младший Винчестер заметил Михаила, тот задрожал под его взглядом, — привет, пуси бой!       Дин рассмеялся, и Сэм хищно улыбнулся, ощущая превосходство над слетевшим с катушек Архангелом. Братья приблизились к жмущемуся в угол Михаилу и, нависнув над ним, принялись пристально разглядывать его, как какого-то поросёнка на рынке.       — Хэй, Сэм, как насчёт сыграть в семейный обед? — облизывая сухие губы, предложил Дин. Младший Винчестер издал какой-то ликующе-одобрительный смешок и присел на корточки, оказываясь на одном уровне с Михаилом, чтобы посмотреть в его округлённые от страха глаза.       — А знаешь, что? Давай, — глянул на брата Сэм, затем снова поворачиваясь к архангелу. — Ложись и получай удовольствие, Микки!       Михаил растерянно метался взглядом от одного брата к другому, не понимая, что от него требуется. Дин раздражённо выдохнул и, подавшись вперёд, схватил архангела за шиворот.       — Тебе что сказали, сукин сын? — с этими словами старший Винчестер со всей силы швырнул Михаила на пол клетки и поставил ему ногу на голову. Череп Михаила затрещал и с громким хрустом проломился, словно сочный арбуз, выпавший из рук на асфальт. Шаркнув ногой, чтобы избавиться от ошмётков мозга и костей, Дин усмехнулся. Рядом ухахатывался в дичайшем восторге Сэм, схватившись пальцами за свои длинные волосы и сверкая чёрными глазами.       — Приятного аппетита, Дин! — выдавил сквозь истеричный смех младший Винчестер, усаживаясь ближе к обезглавленному архангелу.       — И тебе того же, дорогой мой Сэмми, — наигранно просюсюкал Дин, потрепав брата по голове, и засмеялся, усаживаясь рядом с ним и окидывая взглядом «обед».       В Клетке невозможно умереть, поэтому Михаил чувствовал каждый свой оторванный и съеденный Винчестерами кусочек. Он не кричал только потому, что от его головы осталось лишь одно кровавое месиво, которое восстановится ещё нескоро. Сэм вспорол ему живот, вытащил кишки и прочие внутренние органы, до которых достал, откинул их в сторону и залез под рёбра, выдёргивая лёгкие и сердце. Кровь архангела замарала демону руки, и пока младший Винчестер вкушал сердце Михаила, Дин облизывал пальцы своего брата. Сэм откусил очередной кусок и протянул остатки сердца старшему Винчестеру. Дин послушно съел прямо с рук брата, рыча от удовольствия, как какое-то дикое животное. Сэм содрал всю кожу с рёбер архангела и провёл пальцем по ним, тихо что-то нашёптывая. Вдруг он остановился, замахнулся рукой, сжав её в кулаке, и со всей силы проломил грудную клетку. Сэму понравился получившийся фейерверк из брызг крови и осколков костей, поэтому он лучезарно улыбнулся, щуря чёрные глаза.       — Сэмми, ты как, наелся? — заметив, что его брат уже стал «играть с едой», спросил Дин, чуть наклонив голову к плечу.       — Да, — мило похлопав ресницами, ответил младший Винчестер.       — Тогда время десерта! — задорно воскликнул Дин, придвигаясь ближе к шее Михаила и делая на ней небольшой надрез своим ногтем. Через порез заструился ярко-белый свет: благодать самого архангела Михаила! Сэм поражённо выдохнул, он трепетал, ожидая попробовать заветное лакомство. Он подобрался ближе к брату, и Дин, наклонившись к порезу, стал высасывать благодать. Младший Винчестер последовал его примеру, присоединившись к «поеданию послеобеденного сладкого». Лица братьев оказались невероятно близко: они чуть ли не соприкасались щеками. Дин, сделав последний глоток, вдруг схватил брата за подбородок и, повернув к себе его лицо, поцеловал прямо в испачканные в крови Михаила губы. Сэм благодарно застонал, активно отвечая на поцелуй и притягивая брата за талию к себе на колени. Не прекращая поцелуй, братья принялись срывать с себя ненужную одежду. Становление братьев демонами сильно исказило их прочную эмоциональную связь, а все моральные принципы Винчестеров были стёрты, поэтому всё происходящее далее стало возможным. Сэм пихнул Дина в грудь, повалив на пол Клетки и подмяв под себя, и навис сверху, такой изголодавшийся по сексу, огромный и опасный. Его большие ладони ласково оглаживали бока, бёдра, грудь и живот старшего брата, тот млел под ласками, удерживая себя за широкие плечи младшего Винчестера.       Братьям Винчестерам не надо спать, не надо есть, они никогда не умрут и проведут целую вечность друг с другом, так почему бы не оторваться по полной? А там, кто знает, кто-нибудь их выпустит на прогулку. Уж тогда вся планета будет участвовать в вечеринке этого дуэта сумасшедших демонов...