True happiness

— Малыш, вставай, — ласково говорит Чонгук, заходя в комнату Хоа и тихонько прикрывая за собой дверь. Как бы ему не хотелось будить свою сонную кроху, что так сладко пускает слюнки на подушку с рисунком тигрят, но, увы, учёбу никто не отменял. — Ммм… — мальчик только отворачивается от отца и пытается снова заснуть, сонно бубня: — Не хочу в школу, пап. Там скучно… — Ну, солнце, я, может, тоже не хочу на работу идти, но надо же денюшки нам на покушать зарабатывать. Да и к тому же твоим друзьям будет скучно без тебя на уроках. Так что не вредничай и вставай! — Альфа подходит к Хоа и устраивает настоящее нападение поцелуями в щёчки, попутно легонько тряся за плечи. Малыш тяжело вздыхает и всё-таки открывает свои большие тёмно-карие глазки, обрамлённые длинными ресницами. — Ммм… ладно, — бубнит омежка, вставая с кроватки. Он несколько раз потирает глаза ладошками, зевает, обувает свои любимые тапочки с розовыми свинками и поправляет бежевую пижаму. Затем берёт за руку своего неугомонного родителя и тащит на выход из комнаты.

***

Чонгук всегда просыпается немного раньше малыша, чтобы успеть сходить в душ и приготовить завтрак или же разогреть заранее купленные блюда из супермаркета. Вот и сейчас, пока Хоа умывается, альфа раскладывает посуду на столе и разливает горячий чай по чашкам, дабы тот немного остыл. Далее накладывает завтрак по тарелкам и как раз успевает всё доделать к приходу сына. — О, у нас сегодня на завтрак фирменная яичница папочки Гу? Рис, кимчи и нори, я даже немного соскучился по домашней еде, — говорит мальчик, довольно улыбаясь. — Садись уже, кроха, — альфа отодвигает стул для своего лохматого чуда, и они начинают кушать. — Вчера Бэк притащил в школу свою морскую свинку, так как не может столько времени проводить без него… — начинает свой рассказ Чон-младший. — Зато чуть урок не сорвал, когда зверёк начал пищать в рюкзаке! И было весело с ним играть. А Джи закатил истерику из-за того, что у него в столовке украл тарелку с рисом какой-то третьеклассник. Прямо с подноса, представляешь! Они успевают обсудить ещё многое. Чонгук жалуется на своих подчинённых и рассказывает о последних курьёзах в соседнем отделе, а омежка делится впечатлениями о школьной жизни. Он пошёл в первый класс в возрасте семи лет, уже как три месяца тому назад. Но каждый день случается что-то новое, чем обязательно хочется поделиться с родителем, которому он доверяет абсолютно всё, даже некоторые секреты его друзей. Чон очень рад, что сын попал в вполне нормальный класс и уже успел подружиться со многими ребятами, даже организовать какую-то свою банду из двух омег, трёх альф и одного беты. Разбоями не занимаются, и то хорошо. Да и родители у них адекватные, мужчина уже успел со всеми перезнакомиться, когда ждал Хоа после занятий. После завтрака альфа сгружает всю посуду в посудомойку, и они вместе идут чистить зубки, успевая покорчить смешные рожицы в зеркале над раковиной и пощекотать друг друга, забрызгивая всё зубной пастой. Но ничего, это уже проблемы бедного помощника по дому, который ежедневно убирает в этой просторной пятикомнатной квартире, в новострое самого экологичного района Сеула. Далее отец с сыном направляются в гардеробную, где пытаются как можно быстрее выбрать одежду. Вообще, у них очень много семейных образов, но со школьной формой одеваться стало немного труднее, поэтому они отдают предпочтение схожей цветовой гамме. Омежка каждый день носит чёрные брюки, белую рубашку, красную кашемировую жилетку с эмблемой учебного заведения и классические туфли, но у него есть сменные комплекты и несколько сезонных вариаций наряда. Альфа сегодня останавливает свой выбор на чёрном пиджаке, чёрных брюках, такого же цвета галстуке, туфлях от Louis Vuitton и бордовой рубашке. Мрачно, стильно, восхитительно — самое то для директора отдела одной из самых крупных компаний в Корее. Чонгук завершает свой образ чёрным пальто и помогает Хоа надеть точно такое же, только, разумеется, поменьше. И не забывает про стильную белую шапку для малыша.

***

До школы они добираются сегодня относительно быстро — за двадцать минут, тогда как обычно дорога занимает не менее получаса. Мальчик крепко обнимает своего отца, целует на прощание в щёчку и выпрыгивает из новенькой чёрной Audi, чуть не забыв про рюкзак. Альфа на это только улыбается и качает головой, поворачивая ключ зажигания и медленно выезжая с парковки. Мужчина всегда максимально внимателен на дороге, и его по праву можно считать человеком, с которым будешь чувствовать себя в безопасности даже в сумасшедшем трафике переполненного Сеула. Несмотря на то, что его авто можно отнести к категории представительского класса, Чонгук никогда ничего не доказывает на дороге, редко нарушает скоростные ограничения, всегда пристёгнут и раз в год отдаёт машину на полную диагностику. Ведь кто ещё так позаботится о малыше, как не он? Родители уже совсем старые, да и у них полно хлопот из-за тёти Чона, что пять лет назад развелась с мужем и переехала со своими четырьмя детьми к своему старшему брату и его жене. Ещё есть Юнги, но не хочется на друга ставить клеймо отца-одиночки… Альфа несколько раз промаргивается в попытке отогнать дурные мысли куда подальше и собраться — уже виднеется здание корпорации. Заботливый папочка остаётся дома, а здесь просыпается обозлённый на весь мир, жестокий, но справедливый директор финансового отдела Чон Чонгук. Мужчина заезжает в паркинг, оставляет авто, забирает с заднего сиденья возле чёрного детского автокресла офисную сумку и уверенно направляется к лифту, предварительно поздоровавшись с охранником кивком и показав пропуск. Альфа выходит на этаже своего отдела и твёрдой походкой заходит в офис. Невольно всплывают в памяти слова бывшего менеджера, который в первый день ему здесь всё показал и рассказал: «Белые стены, чтобы подчеркнуть строгость и чтобы меньше отвлекались, ведь работа с цифрами требует особой скрупулёзности; синие столы и картины показывают современность офиса, и этот цвет, говорят, мотивирует работать; а серые матовые полы — чтобы и не пачкались, не ярко и не броско». Здесь суетятся самые разные люди: альфы, беты, гаммы, омеги, молодые, пенсионеры… Кто-то выполняет свою работу качественно, кто-то не очень, но каждый из них дорожит своей должностью, поэтому сразу, как Чон переступил порог, они отрываются от дел и почтительно кланяются, приветствуя директора. Чонгук ухмыляется и кивает в ответ, а у сотрудников сердца пропускают удар — по выражению лица они понимают, что в квартальном отчёте, который был закончен вчера, есть ошибки, и получат все. Он не спеша проходит через весь офис и доходит до двери, что ведёт в отдельную часть здания, где расположены кабинеты начальников. Конечно, там имеется свой лифт, но знаете, альфа просто не может не поприветствовать своих подчинённых и не пожелать им доброго утра… То есть кабинет директора отдела расположен через дверь от его офиса и небольших кабинетов со стеклянными перегородками, но, фактически, он находится в другой части здания. Чонгук плюхается на кожаный диван и задумчивым взглядом осматривает помещение: стол из красного дерева, кресло и диван цвета антрацита, серые стены, чёрная полка с сотнями папок, такого же цвета шкаф с важными документами, сейф, их с Хоа фото с отдыха в Португалии, которое хранится в закрытом ящике… Но всё равно чего-то не хватает. Может, стоит купить фикус или картину на стену повесить? Альфа быстро вешает пальто на вешалку у входа, поправляет волосы, садится за стол, по-деловому складывая руки, и вызывает секретаря по офисному телефону. — Лиён, позови-ка мне главного бухгалтера… со вчерашним отчётом. — Да, конечно, господин Чон. Принести латте без кофеина? — Позже. Через минуту в двери показывается макушка беты средних лет. Мужчина кланяется начальнику и просит разрешения войти внутрь. — Проходи, проходи, Энджо, — холодно бросает Чон, вытаскивая из сумки папку с документами. — Вы посмотрели отчёт? Мы вчера всем отделом остались допоздна, чтобы всё доделать и перепроверить, — бухгалтер ещё раз кланяется и коротко улыбается. Чонгук отрывает свой взгляд от бумаг и внимательно следит за выражением лица сотрудника. Улыбка беты исчезает с лица, и он опускает голову. — Переделайте. Это никуда не годится! — Чонгук откидывается на спинку стула, а затем звонит секретарю и просит принести новый контракт, который компания вчера подписала с малайзийской фирмой. — И вот этим займитесь, всё просчитайте подробно и занесите в отдел экономики. Ошибки в отчёте ищите сами, их больше десяти, чёрт возьми! Чем ты, вообще, и твои люди занимаетесь здесь, кроме распускания сплетен?! — Простите, господин Чон, но после ухода Хёншика в декрет не хватает рук. Нам бы ещё одного толкового бухгалтера. — Лиён! — рявкает Чонгук на парня, что так и остался в кабинете и отвлёкся на сообщение, усердно печатая кому-то ответ. Наверное, опять с братом ссорится, что активно пытается найти ему жениха. Альфа пару раз ходил выпивать с Джэ Лиёном, они даже изливали друг другу души, так сказать. Блондинистый омежка с осветлёнными ухоженными кудрями поведал свою драматичную историю первой любви, рассказал о своём альфе, которого сейчас ждёт со службы на границе с Севером, но брат почему-то отказывается в это верить, мол тот всё выдумывает и никакого парня у его брата нет. Чонгук рассказал о своём сыночке, но пара таких вылазок практически не сблизила их, отношения остались сугубо деловыми. — Извините, господин. — На какое число назначены собеседования для набора новых сотрудников? — На сегодня. Пять человек, первый на… — Хорошо, я понял, — прерывает альфа секретаря. — Энджо, время даю до пяти вечера. — Но, господин Чон, на детальную проверку нужно больше времени, все пересчитывать, и ещё новый договор… — Можешь идти. Я сказал всё, что хотел. Бета вздыхает и, поклонившись, выходит, осторожно прикрывая дверь, которую хочется сорвать с петель и разрубить на мелкие кусочки. — Лиён, принеси мне матчу, пожалуйста. — Секретарь тут же скрывается за дверью, где весь отдел обсуждал распоряжение начальника. Кто-то даже выкрикивает: — Поскорее бы он себе омегу нашёл, а то холодом и недотрахом за километр несёт. Джэ на это лишь криво усмехается, вспоминая рассказ Чонгука. Во всей компании лишь пару человек осведомлены о ситуации Чона — тот не очень разговорчив на тему личной жизни, а сына, из-за текучки кадров, нынешние работники ни разу не видели. Однако по возвращению в кабинет начальника, он отчасти соглашается со словами, сказанными выше: — Блять, — альфа давится и сильно кашляет. Испуганный секретарь в мгновение ока оказывается рядом с начальником и со всей силы лупит кулаком по спине мужчины. — Твою мать, Лиён, что это за помои?! — Матча, как вы и просили, — секретарь недоумённо смотрит на вспотевшего, покрасневшего начальника и на зелёную жидкость в стаканчике. Альфа хлопает себя по лбу и бубнит под нос: — Чёртов Мин Юнги со своими советами. Попробуй это, попробуй то. Хватит литрами пить кофе… — После небольшой паузы чуть громче он обращается к Джэ: — Принеси, пожалуйста, обычный чай, Лиён, без сахара и прочего. — Хорошо, господин Чон, — секретарь кланяется и отправляется в столовую на первый этаж за новым напитком.

***

Первые четыре встречи с новыми сотрудниками проходят неудачно. Первый омега пришёл без какого-либо образования и опыта работы, пытаясь соблазнить начальника. Второй кандидат — гамма модельной внешности, закончивший какой-то колледж, но когда Чонгук рассказывает ему об обязанностях на данной должности и упоминает банальный математический термин, на котором строятся почти все расчёты в их сфере, парень вылупляет свои глаза и спрашивает: «А что это?» Третий человек отказывается, так как начало рабочего дня в девять утра слишком рано для него. Четвёртому не подходит зарплата, хотя в их компании она одна из самых высоких для обычного младшего финансиста… Надо будет потом уточнить, где Джэ нашёл их всех. Чон отрывается от чтения договора для предстоящей сделки и подсчитывания возможной прибыли. За окном сейчас октябрь, неплохой месяц — уже не жарко, но ещё и не холодно. Вид на каменные джунгли уже становится родным за прошедший год. Год… Два года прошло, как Чонгук развёлся. И это многое изменило в их жизнях. На следующий день после ухода Лан его с красными глазами, синяками под ними и трясущимися руками окликает глава компании — господин Ким Дживон — перед входом в здание и просит, тогда ещё младшего финансиста, который не успел проработать и дня на новой должности, пройти вместе с ним в кабинет на последнем этаже. Чонгук тогда подумал, что его собираются уволить, но всё оказывает иначе. Глава корпорации предлагает альфе выпить коньяка и Чон соглашается. Постепенно старший выводит Чонгука на разговор, сначала задавая банальные вопросы: нравится ли ему компания, что может сказать про сотрудников и что бы улучшил. А потом спрашивает прямо: — Что у тебя произошло, парень? — Ким Дживон сидит за столом, подперев подбородок рукой, а Чонгук — на стуле перед ним. Отчаянно хочется кому-то высказаться, поэтому он и рассказывает всё, как есть. — Муж ушёл к своему истинному… — Гук печально усмехается и делает ещё глоток. Янтарная жидкость немного забивает дыхание и постепенно разблокирует забытые воспоминания — с рождением малыша он пил только с начальством и то редко. — Ты любил его? — старший альфа внимательно смотрит на Чона, ожидая ответа. — Нет… — качает головой и допивает остатки коньяка. — Тогда чего грустишь? Это повод для радости. Ой, то ли ещё будет… — Дживон наливает из графина ещё по рюмке. — Я хотел, — тихо начинает Чонгук, — чтобы сын рос в полной семье, но малыш, — сглатывает вязкую слюну, на полминуты замолкая из-за навязчивых картин вчерашних слёз крохи в голове. Хоа — молодец, сильный мальчик и, Гук уверен, справится с уходом папы, всё же отношения у них были не особо тёплыми, но альфа всё равно переживает. — Но малыш не нужен мужу… вернее, бывшему мужу, — насильно заканчивает сиплым голосом. — Сын останется с тобой после развода? Сколько ему? — Да, со мной. Его папа даже не хочет видеться с ним. Моему омежке пять. И… я боюсь, что не смогу дать ему всё необходимое. Папы-омеги более заботливые, им проще понять своих детей. Не знаю, справлюсь ли я. Неожиданно старший альфа накрывает своей рукой ладонь младшего и начинает свой рассказ. — Я обычно не распространяюсь о своей личной жизни, но так получилось… что сейчас я тоже отец-одиночка двоих омежек. Только они у меня уже взрослые. И очень вредные, — Ким грустно улыбается, залпом осушая рюмку. — И по своему опыту могу сказать, что им как раз таки не хватило внимания со стороны отца-альфы. Появление старшего сына было… случайностью, ошибкой, просто заигрался с мальчишкой из борделя, которого я не признавал, пока… его папа не умер. Тогда ему было семнадцать, и навёрстывать упущенное было поздно. Я всё так же продолжаю откупаться от него деньгами, а он и не против. Делает вид, во всяком случае. А младший, Тэхён-и, — пауза болезненно режет слух тишиной. Тогда Чонгук думает, что у неизвестного ему ребёнка красивое имя. — К нему я привязан больше, и с ним уже проявился отцовский инстинкт. Но я практически жил на работе, поднимал корпорацию с колен, пока няни баловали мальчика и сдували с него пылинки. И здесь я был эгоистом: завёл ребёнка только для того, чтобы был хоть какой-то официальный наследник, — мужчина переводит взгляд на свои руки. — Сейчас мальчики уже взрослые, но до сих пор воюют за внимание отца и обижаются на меня, думая, что я ничего не замечаю. Не хочу встревать и выбирать кого-то одного, ведь обоим причинил сполна боли. А истинного я так и не встретил. Тогда они ещё о многом говорят. В тот день Чонгуку дают выходной, чтобы он провёл время с сыном, а на следующий Чон узнает, что его повысили. Место директора финансового отдела оказывается свободным, и Ким Дживон решает доверить его тому, кто в этом нуждается, тому, кто не подведёт. Чонгук ещё долго кланялся старшему в кабинете и даже расплакался, а старший взамен попросил не повторять его ошибок и стать достойным отцом. И младший никогда не забудет того, что для него и для его сына сделал глава корпорации. От мыслей альфу прерывает короткий стук в дверь. Он быстро возвращается к просмотру бумаг и разрешает войти. За дверью появляется парень с завитыми золотисто-русыми волосами в классическом, но явно брендовом костюме и белой рубашке. У него мягкие черты лица, однако голос грубоват. Выше среднестатистического омеги, но недостаточно для альфы, да и мышечная масса отсутствует. Без запаха, на вид года двадцать три-двадцать четыре. Бета?.. Необъяснимое волнение окутывает Чонгука при прочтении резюме. Ким Тэхён… Это же тот самый сын Ким Дживона, он ему тогда и фотографию своего любимчика показал. Тогда перед ним, получается, омега? Так-так-так. Образование высшее, выпускник престижного ВУЗа, два года работал при университете, проходя стажировку там же и занимаясь научной деятельностью. В любом случае, им нужен новый сотрудник, да и, может, это решение как-то поможет искупить часть долга перед господином Кимом, поэтому он берёт парня на работу. Когда этот причудливый вихрь уносится из его кабинета со скоростью света, альфа медленно встаёт из-за стола и подходит к окну, всматриваясь в облака. Тогда, двенадцать лет назад, Лан обманул его, а это значит, что где-то на этой планете до сих пор может жить его истинный — та самая детская мечта. Чонгук горько усмехается, ибо даже не представляет, где искать свою омегу, да и стоит ли это того, ведь… он не дождался. И где же теперь его истинное счастье? От печальных мыслей его отвлекает очередной стук в дверь и окрик главного бухгалтера: — Господин Чон, мы закончили с отчётом и новым договором!